Василиса
Шрифт:
Морозный день охватил её щеки. Или это из-за слёз? Ноги сами вели к назначенному в мыслях месту. Глаза застилали слёзы, а в голове металась лишь одна мысль «месть».
Она была готова растоптать Миру, как пыталась это сделать с ней она, на глазах у всех, но перед этим нужно было уничтожить видеозаписи.
– А ты чего как рано? У тебя в запасе ещё час! – весело защебетала Марина, одетая в фирменную футболку и в фирменное настроение, которое нельзя было просто нацепить.
С каждым шагом Василисы, Марина, словно по ступенькам спускала улыбку.
– Боже, что с тобой? –
Василиса была снова в прострации и не была готова отвечать на вопросы Марины. К счастью их не было. Брюнетка осторожно присев с Василисой на диван, взяла влажную салфетку. Еле уловимые ощущения трения о кожу, которое можно было почувствовать, если бы не нарастающая злость и протестующий ему разум.
Спустя пару минут Марина ушла, оставив Василису со своими мыслями и с горячим латте.
***
Май, 2012.
На столе стояла прозрачная бутылка с ярко-красным содержимым, в воздухе витал запах вина и запах вины. Был последний день майских праздников, и он не отличился от прошедших дней.
Вася спала, волосы россыпью лежали на подушке, а одеяло валялось на полу, как и валялись порванные фотографии и изрезанное платье. Все выходные дни она пила. Нет, когда были родители дома, она просто уходила на побережье, не нервируя их своим поведением. Там было спокойно, и никто не мешал думать, глотая слёзы. Да, многие могли бы сказать, что она развалина, что не может пережить всего-навсего то, что потеряла подруг и парня. Всего-то. Но они были её жизнью, а когда она внезапно исчезает, что бы вы сделали?
Она не плакала когда была в трезвом состоянии, она дала себе обещание, в туалете университета, ударяя себя по щеке. Но когда горло горело само по себе, а алкоголь вперемешку с ветром навеивал воспоминания, влага сама застилала щёки и глаза.
Запах вины она чувствовала с самого начала выходных, когда рука невольно потянулась к родительскому запасу коньяка. Это была вина перед Арсением. Он в нее верил, а она. Что она сделала, чтобы он в нее поверил? Просто пила, ревя от негодования? Вставая, как и сейчас с кровати, она осознавала, что она ничтожна, и уйти от этого уже было нельзя.
Телефон резко издал звук, сообщая о том, что пришло смс. Дрожащая рука потянулась к тумбочке, и, открыв глаза, она прочитала сообщение от Арса: «Вставай! Время видела? Я тебе звонил». Она нажала на вызов, прочистив горло.
– Алло, - сухо произнесла она, чувствуя от своего дыхания запах алкоголя.
– Ты заболела, солнышко?
– Нет, только встала, и что это за нежности, - рассмеялась она, пытаясь отвлечься от стыда.
Она скрывала от него то, о чём себя винила. Это было мерзко. Словно она сама себя облила грязью.
– Злючка, - произнёс он, - Извини.
– За что?
Василиса потянулась одной рукой вверх, отгоняя сон, и встала, подойдя к окну.
– Я сегодня не смогу с тобой увидеться. Я сегодня с Ариной иду на свидание, - ответил он, и, понизив голос до шёпота, добавил: - Прости.
Скребки в горле усилились, отчего в носу защипало.
– Ничего, - выдавила она, а затем лживо
Не успел он ответить, как она отключилась, и написала сообщение:
«Не волнуйся, я не расстроена) Приятного вам времяпрепровождения, а я пошла, опустошать холодильник! XD»
Так невинно и просто было внутри этого сообщения. Лживая простота. Холодильником ей поспособствовал стол, на котором стояла бутылка. Дверь была заперта и она знала, что если родители придут то, не смогут всего увидеть. Вино окатило горло сладким алкоголем, и Василиса закрыла глаза.
Уже как три часа орала музыка, соседи, видимо, были на работе и не стучали по трубам, как это было обычно. Рок, словно скользил по венам вперемешку с алкоголем, всё больше и больше дурманя сознание. Из окна доносился шум машин, шорох листьев и звуки чего-то еще непонятного. Ветер гулял по комнате как мимолетный прохожий, но при этом морозя своей силой. Василиса лежала с закрытыми глазами, наслаждаясь своим состоянием, как из прохожей послышался звонок. Сначала она не поняла, что кто-то звонил, но настойчивое чириканье продолжалось. Неохотно она встала и поплелась в прихожую, не накинув халата, так и осталась в пижаме. Она просто открыла дверь, даже не посмотрев в глазок.
Сначала она подумала, что это сон, но нет, это был он. Паша стоял, оперившись о дверной косяк, и смотрел на неё, не отрывая взгляда. Он был одет в рваные джинсы и кожанку. И, кажется, был немного пьян.
– Чего тебе? – было, бросила она, как он уверенно прошел в прихожую, - Не многого ли ты себе позволяешь? А…, - не успела она закончить, как он прижал её к стене, неистово смотря на нее. Её пьяная голова не успела сообразить, как он с напором прильнул к её губам. Страстно. Голова закружилась ещё сильнее, и она почувствовала, как же соскучилась по этим губам. Она любила его. Ещё. Все тело горело, а ей хотелось просто расплавится на этом месте.
Всего несколько мимолетных секунд и она осознала, что происходит.
– Уйди! – резко произнесла она в губы, отталкивая его к другой стене.
Он казался растерянным, но ненадолго:
– Ты же соскучилась, я вижу, - с усмешкой произнес он, надвигаясь на неё.
– Вали отсюда! – попятилась она назад, понимая, что ещё минута, и она поддастся внезапным чувствам и головокружению, - Я тебе не, - не успела она и договорить, как он перебил её: - Ты мне нужна сейчас.
Может, эти слова из уст другого человека прозвучали умоляюще, но не у Паши. Они звучали требовательно, беспрекословно. Словно, он нуждался в еде, или воде.
Внутри неё все разрывалось. Если она поддастся ему, то она останется на всю жизнь пустышкой, и будет ненавидеть себя. Но если оттолкнёт его, то будут другие последствия.
– Уйди, - почти шёпотом произнесла она, борясь с желанием обнять его и утонуть в поцелуе.
– Ты не желаешь этого, - не сдавался он, зловеще глядя в её глаза. Иногда Василисе казалось, что в нем живет животное – эгоистичное и безжалостное.
– Пошел вон! – срываясь, крикнула она, толкая его за дверь и быстро закрывая её. Спустя несколько минут она очнулась у двери, из головы текла кровь.