Ваше сиятельство
Шрифт:
– Немцы.
– К ним притрагивался кто-то конкретно?
– Да, тот, что с усами.
Ясно, значит, я уже заражена. Вопрос только: зачем тогда присылать ещё и цветы? Выдала распоряжения обоим женщинам следовать за мной, Амира тем временем уже помыла за мной таз и вернулась.
“Розы взял?”
“Да. Я так это не оставлю.”
Мы прошли к лаборатории, которую я успела себе обустроить по последним достижениям науки, потратив целуй уйму заработанных денег мужа, и вход в неё был разрешён только двоим людям.
Возле нужного
Дышать становилось всё труднее. Мир подхватил меня под локоть и усадил за стол.
– Что тебе дать? Как ты? Давай целителя вызовем?
– Плохо. Целитель бесполезен при отравлении ядом. Он может убрать потом следствия, но пока причина не устранена, надо действовать быстро. Будешь смотреть сам. Бери зажим и ножницы в верхнем ящике правого стола. Теперь отрезай листик розы, клади под микроскоп, будем надеяться, что цветы отравлены, - перед глазами уже темнело, а в ушах стучало.
– Готово.
Затем я описывала мужу, что и где смотреть, как настраивать прибор. Не знаю, умел ли он пользоваться, но не пререкался, за что я ему была благодарна. Потом изучал и отправлял данные мне на МАС. Теперь надо было проверить мою кровь. По моим указаниям была взяла капелька крови из пальца. Проведены анализы, нужные реакции. Раньше кровь брали для таких целей из вены, но по новым разработкам крови для исследований было нужно совсем чуточку, поэтому ранить вену для этих целей было не разумно.
– Да, яд именно этот, но есть и ещё что-то в цветах, - сделала я вывод, когда муж продемонстрировал мне картинки с обоих микроскопов и технические данные анализа.
– Давай теперь это вещество раскладывать на составляющие. Нужно выделить общие компоненты из роз и крови.
Выделили. Запустили подбор элементов, влияющих на сей яд. Нужно хотя бы частичное расщепление. Осталось только ждать.
Мир не отходил от меня, успокаивая словами, но прикасаться к себе я запретила, только через одежду. Пару раз арабка проверяла состояние Даны. Та чувствовала себя хорошо и никаких признаков отравления не было. Заражение если и наступило, то позже, поэтому могла отставать по признакам.
Прозвучал звуковой сигнал, Мирослав оставил меня одну. А мне было страшно, всё же слепой стать никому не пожелаю. Но дело прежде всего.
– Полное разложение. Эти составляющие в разложенном виде не опасные?
– Ртуть опасна. Остальное - нет. Бери пробирку и набирай пипеткой каждого нужного вещества.
Они располагались в последовательности известной таблицы Менделеева, отображающейся на стене.
– Готово, что дальше?
– Бери шприц в стеклянном ящике у окна. Вскрывай, надевай иголку и набирай.
– Взбалтывать надо?
– Нет.
Потом мне муж делал укол внутривенно. Больно не было. И где только научился? Оказалось, что как-то маме надо было колоть. Вот Люба и стала тренироваться на игрушечном медвежонке.
Пока не подействовало противоядие, решили Дане не вводить. Муж взял у неё кровь на анализ и выяснилось, что она не заражена. Как такое может быть? Меня затошнило после поцелуя Адольфа, возможно это и послужило ускорителем. Дана, как выяснилось, не прикасалась к самим цветам, лишь к упаковке, боясь повредить такую красоту. Мир наложил на неё блокировку на последние воспоминания и она ничего не помнила со времени стука в наши покои с букетом роз.
Глава 29
Муж отслеживал моё состояние всё время. И если самочувствие у меня стало хорошим, как раньше, то зрение так и не проявилось.
Светить МАСом не стоило, ни моим, ни мужниным. Поэтому решили обойтись глазами Амиры. Виденное передавалось на МАС Мира, а потом на мой сразу мне в мозг. Картинка же была несколько сдвинутой. Не составило труда её выровнять, но муж перемещался постоянно относительно меня, и отследить каждое его движение не представлялось возможным. Поэтому я постоянно напарывалась на дверные косяки или столы.
– Может, объявим, что ты приболела?
– предложил муж, видя мои безуспешные попытки наладить таким способом зрение.
– Ничего страшного не случится, если ты не явишься на бал.
– Мир, как ты не понимаешь, если я не приду, это будет означать, что мне действительно плохо.
– И что? Лучше, чтобы ты мучилась в зале. Тем паче, Жан уже должен был прибыть.
– Нет, мы к этому балу готовились давно. Тебе там быть обязательно нужно. Поэтому я лучше с тобой пойду, чем останусь хоть ненадолго тут без тебя, - а чем не довод? Ведь бал этот затеян для определённой цели.
– Мне вот интересен другой вопрос. Что ещё за вещество было на розах.
Не сходилось что-то. С одной стороны голословно утверждать, что мне стало плохо после прикосновения фона Миллера, было глупо. С другой стороны, мне ведь действительно стало плохо и поскольку больше контактов ни с кем не было, вывод напрашивался сам собой. Как доказательство можно было привлечь запись с АСа, в крайнем случае. Но зачем тогда дарить розы?
Мы уже собрались уходить из лаборатории, когда меня осенило:
– Мир, тут такое дело... У тебя капля моей крови полностью истратилась?
Учитывая современные сибирские технологии, для исследований достаточно было клетки. Для проверки результата - ещё двух. Поэтому капли крови должно было хватить на всё, про всё.
Муж вновь изучал материал, на сей раз запустив программу сравнения. Ещё бы достать образец клеток розы - чистый образец - было бы замечательно. Сей час мы могли только отделять вещества лишь догадываясь, какие именно растительные составляющие принадлежат искомому растению, какие яду, а какие служат чему-то ещё.