Вампиры на Каникулах
Шрифт:
Вместе с тем, бездыханное тело под столом — плохая реклама для ресторана. С этим зрелищем сравнится разве что ухо, которое прилипло к бритве цирюльника, банка окаменелых леденцов в кабинете дантиста или же старушка из Общества Трезвости, в чепце и с Библией подмышкой, занявшая пост у дверей кабака. Но у Лоранов уже был отработан алгоритм действий. Посетителя нужно вежливо выволочь на улицу, заботливо уложить на дно канавы и закидать ветошью — чтоб ему спалось теплее, а вы что подумали?
— Не прикасайтесь к нему! — прогремел
Виконт попытался открыть глаза, но к векам словно подвесили по гире.
— Доктор, это вы?
— Нет, это не я, это моя незамужняя тетушка по материнской линии! — сострил все тот же голос. — Лучше скажите, у вас есть отдельный кабинет для деловых переговоров?
Прошло несколько минут, прежде чем Лораны поняли, что доктор имеет в виду ту комнату, в которой главари местных банд обедают, когда опасаются полицейской облавы.
— Да, конечно! Пожалуйте сюда, мсье!
Герберт почувствовал, как чьи-то руки подхватили его, понесли куда-то, а после без церемоний уронили на диван, обитый жесткой кожей с колючими трещинами. Пружины так и буравили плоть. Издалека донесся говорок Мег, и каждое ее слово отдавалось многократным эхом.
— … сидели и разговаривали, а он вдруг как потеряет сознание! Ну точь-в-точь как наша прима Сорелли, она тоже чуть что в обморок хлопается. Правда, Сорелли питается одной галетой в день, запивая ее сельтерской водой…
— Мсье доктор, что с ним?
Рубашку Герберта расстегнули, его кожи коснулось нечто холодное и круглое. После того, как этот металлический предмет всласть прогулялся по его груди, настала очередь запястья — его сдавили чьи-то пальцы.
— Состояние стабильное, — удовлетворенно произнес эскулап.
— Пульс прощупывается? Хотя бы нитевидный, как у нашей примы? — спросила наблюдательная Мег. Один этот вопрос мог стать основой для обширного исследования на тему расстройств питания в балетной среде.
— Конечно же нет. Именно это я имел в виду, когда говорил про стабильное состояние.
— Но…?
— Сердце не бьется, — продолжил доктор, — дыхание отсутствует, слизистые оболочки бледные, кожные покровы холодные. Это нормальное положение дел, если пациент вампир.
Последовала пауза, в течение которой присутствующие искали хотя бы искорку юмора в его словах. Но речь доктора была четкой и недвусмысленной, как энциклопедическая справка.
— Ну значит он точно из санитарной комиссии! — прогрохотала мадам Лоран. — Там упырь на упыре.
— А он не превратится в летучую мышь? — боязливо спросил ее супруг.
— Только этих тварей еще не доставало! Ввек не забуду, какую травлю устроил комитет по борьбе с грызунами, когда обнаружил в нашей пекарне колонию летучих мышей! Хотя они ничего даже не надкусили…
— Это так странно, — подала голос служанка. — Еще понятно, кабы они видели, что мы в хлеб мешаем, но они ж слепые!
— Не беспокойтесь, на трансформацию
Раздались торопливые шаги и хлопок дверью. Вампир чуть приподнял ресницы, чувствуя такую усталость, словно пару часов подряд таскал мешки на мельнице, и осмотрелся настороженно.
— Вы удивлены, мсье? — над ним склонился молодой мужчина, в очках и с бакенбардами. — Не ожидали застать врача у своей постели? Оно и понятно, более приемлем был бы гробовщик, который утюжит вам саван. Но в профессиональные обязанности доктора входит разделение здоровых и больных, живых… и мертвых.
Виконт почувствовал, как где-то в районе желудка холодным огнем вспыхнул страх. С детства он не питал приязни к служителям Асклепия. Бормочущие по латыни, неулыбчивые люди в черных балахонах, а во время эпидемии — еще и в масках с птичьими клювами. Они только и могут что толковать о гуморах, расхваливать клистиры и лгать, лгать, лгать без остановки! В памяти всплыла картина — он сидит в полутемной, жаркой натопленной спальне, украдкой вытирая глаза о балдахин кровати. В руках у него бутылка с микстурой, маслянистой и дурно пахнущей, но которая вместе с тем гарантирует исцеление от кашля. Больная должна принимать ее каждые полчаса. С таким же успехом доктора могли прописать ежевичное варенье. Пользы ровно столько же, но она отошла бы в мир иной, чувствуя сладость на губах, а не омерзительный вкус лекарства.
— Джон Сьюард к вашим услугам, — представился англичанин. — Я так долго ждал этой встречи, Альфред.
— Но его зовут… — Мег вовремя прикусила язык.
Происходящее нравилось ей все меньше. Причем переломный момент наступил, когда дверь распахнулась и в комнату вошли несколько мужчин, рядом с которыми даже пропойца Жозеф Буке воплощал элегантность и респектабельность. Возглавлял эту группу неряшливо одетый господин, который, подмигнув доктору, сказал что-то по-английски.
Юная Жири не верила в нечистую силу и не читала «Ламиеологический Вестник», научно обосновывающих ее существование. По мнению балерины, журналы с убористым текстом и совсем без картинок годились лишь для того, чтобы заворачивать в них бутерброды. Зато она читала другую прессу, пестрящую заметками о политических заговорщиках, налетчиках на поезда и прочих грабителях, которые в два счета обчистят квартиру, обдерут даже обои со стен и прихватят недопеченный пирог из духовки. И сейчас, судя по всему, ей посчастливилось присутствовать на криминальной сходке. Мег еще толком не разобралась, кто здесь хороший и кто плохой, но пока что ее симпатии были на стороне виконта. Он накормил ее бесплатным ужином.