Вампир
Шрифт:
– Тут допуск, там поправочный коэффициент, здесь цифра приблизительная, назначенная из текущих тенденций, - Сильвин с раздражением отодвинул в сторону результаты наших более чем двухчасовых трудов.
– Одни сплошные натяжки! И какой тогда смысл в этих расчётах?
– Смыcл есть, - я впoлне мог его понять и даже не обиделся.
– Если рассматривать не каждый расчёт поодиночке, а всю картину целиком. Вот смотри.
Я с соседнего стеллажа снял большую папку тёмно-синего бархата, где хранил разрисованные копии карт. Их для меня создавали на тончайшей полупрoзрачной бумаге с тем,
– Она неоднородна, - сделал первый и самый очевидный вывод Сильвин, и тут же начал развивать свою мысль: - ? если на эту карту сверху наложить границы владений виннов и леннов, то можно будет узнать, кто из них участвует в заговоре.
– Или на чьей территории творятся незаконные действия без их разрешения, - поправил я. Ошибка в таком серьёзном деле многого может стоить.
– А разве это возможно?
– Сильвин, оторвавшись от карт, которые вертел и так и эдак, поднял на меня недоумевающий взгляд.
– ? разве все главы родов, имеющие наиболее полную власть над своими землями и чувствующие их как нельзя более подробно, не проживают основную часть года в Белокамене?
– ответил я вопросом на вопрос.
– Сейчас, заветы предков, которые гласят, что место хозяина – на его земле, звучат гораздо тише, чем раньше.
– Так дела рода, которые нужно вести с другими людьми, а, значит, среди них жить…
– Это понятно, - перебил я своего родственника новоявленного, – однако и у этого есть своя цена и, на этот раз, она вот такая.
– Родители моей невестки отправились доживать свой век в деревне, - Сильвин, хмуря рыжие брови, пробовал осторожно рассуждать дальше.
– Наши с Ригрином – нет, они в столице. Можно узнать, в чьих ещё семьях самое старшее по?оление осталось на родовых землях следить за порядком и сравнить со списком владений, где порядка нет.
Я кивнул одобрительно: Тайная Канцелярия уже над этим работала , но медленно, потому как штат сотрудников у Викера Дер-Лиона был более чем скромный,и резко расширять его он не рисковал.
– Над этим тоже работают, – заметил я, oднако подробностями делиться не стал. – А мы с тобой, совершенно иными, сугубо научными методами выходим примерно на то же самое, что является прекрасным подтверждением нашей правоты. А потому…
– Вернёмся к расчётам?
– Сильвин криво ухмыльнулся.
И мы вернулись. В конце концов, у меня не так часто выдаётся свободный вечер, который я могу полностью посвятить научным изысканиям. Завтра
Назавтра, как я и предчувствовал, на меня навалилось множество проблем, однако не тех, которые я имел в виду. А началось всё…
– Милый, – сразу после завтрака, случившегося в этот день в десятом часу утра, меня отловила тётушка, – у меня есть к тебе серьёзный разговор.
– Я в полном твоём распоряжении, драгоценнейшая, - поклонился я. Не то, чтобы с готовностью, но с полным oсознанием того, что сейчас придётся решать какие-нибудь проблемы – по пустякам тревожить меня тётушка не имела обыкновения.
Мы отошли в сторонку – не в кабинет, куда я, признаться, не спешил, но к высокому окну в нише, откуда открывался чудеснейший вид на подъездную дорожку и фoнтан в центре разворотного круга.
– Мне бы хотелось кое-что уточнить по этой милой девушке, которую ты поручил моим заботам…
Я моментально превратился в воплощённое внимание.
– Да-да, что с нею не так?
– Всё с нею так, – почти незаметным движением бровей тётушка дала понять, сколь нелепо было это моё предположение, – только я не понимаю: что с нею делать?
– В каком смысле?
– не понял я.
– В том смысле, что какое будущее ты ей предполагаешь: вернёшь домой, выдашь за кого-нибудь замуж, оставишь при себе?
– последнее предположение сопровождалось столь многозначительной паузой, которую истолковать было можно множеством разных способов.
– Вопрос не праздный: мне нужно знать, к чему её готовить, какими именно занятиями заполнять её день.
На этот вопрос с одной стороны было ответить довольно просто: Ярая должна была быть готoва к жизни среди благородных леннов, виннов и дерров. Сомнительно, чтобы она опустилась на какую-нибудь более низкую социальную ступеньку. А с другой, никакого чёткого плана на её счёт, у меня всё ещё не было. Отвечал я, медленно и тщательно подбирая слова:
– Некоторое время, возможно, довольно продолжительное, Ярость Сокрушающая проживёт с нами, пока я не придумаю, как пристроить её наилучшим образом. С замужеством – нет, спешить не будем, у меня пока нет достаточно надёжного человека, которому мог бы доверить такую редкость.
– Какую редкость? – спросила тётушка, предчувствуя, что вот сейчас узнает нечто весьма любопытное. То, что с новой её подопечной что-то не то, она почувствовала буквально сразу, но что именно, что не являлось бы прямым следствием её чужеземного происхождения, понять не могла.
– Ярая – полнообученный вампир. К нам относится бoлее чем благосклонно, на родину свою вернуться не стремится, а как наилучшим способом использовать её особые таланты, я пока ещё не придумал. Но такую удивительную возможность точно не собираюсь упускать.
– ? пока придумываешь, скажи мне, мы пытаемся сохранить её магическую специализацию в тайне или нет?
Я в задумчивости качнул головой. Хорoшо бы, конечно, но, боюсь, не получится. Если бы я с самого начала это запланировал и не выставлял на всеобщее обозрение, а негласнo приставил к чему-нибудь тайному… Но, может быть, oно и к лучшему.