Валентинка
Шрифт:
– А вот и не была! – выкрикнула она. – Никогда не была! Довольны теперь?
Мы так и ахнули. Неужели такое возможно, чтобы Катя, та самая Катя, у которой столько игрушек, даже говорящий младенец, сосущий бутылочку с молоком, есть, и которая уже два раза с родителями за границу ездила, ни разу не была в цирке?
Какое-то время мы все подавленно молчали. Наконец я сказал:
– Наверное, тебя в городе не было, когда к нам цирк приезжал. Ты ведь все время в разъездах. То на море, то еще где. Вот и
Катя посмотрела на меня с благодарностью и улыбнулась:
– Да нет, просто так вышло. Мама уже который раз обещает меня в цирк сводить, да все не получается никак. То одно мешает, то другое. И папа тоже всегда занят. Вот я в свои десять лет в цирке ни разу и не была. Перед людьми стыдно.
Девочка встала со скамейки и пошла к своему подъезду, горестно опустив плечи. А Лешка смотрел ей вслед такими грустными глазами, как будто это он ни разу не был в цирке. Когда за Катей захлопнулась подъездная дверь, он вскочил со скамейки и стал ходить взад и вперед, как тигр в клетке.
– Эту несправедливость надо исправить! – наконец твердым голосом сказал он.
– Что исправить? – не понял я.
– Это безобразие. Взрослая девочка, а в цирке ни разу не была. Нет, надо что-то делать.
Он еще несколько раз быстро прошелся вдоль скамейки. У меня даже в глазах зарябило.
– Да не мельтеши ты! – сказал я. – Что ты предлагаешь?
– Что я предлагаю? – Лешка остановился, и глаза у него заблестели. – Я должен сводить Катю в цирк!
– Ты хочешь сводить Катю в цирк? – удивился я.
– Да.
– Ничего у тебя не получится.
– Это почему же?
– Ее с тобой не пустят.
– Спорим, пустят!
– И спорить нечего. Не пустят и все. Ты же знаешь ее маму. Она до сих пор Катю в школу водит.
– Да, это проблема.
Лешка сел рядом со мной и задумался.
– Со мной одним не пустят, а если с тобой, то пустят, – вдруг сказал он, внимательно посмотрев на меня. – Со стороны ее родичей будет просто свинством, если мы придем с билетами и пригласим Катю в цирк, а они ее не пустят. Разве не так?
– Наверно, – согласился я.
– То-то и оно! Пошли за билетами! – воскликнул Лешка.
Мы побежали домой за деньгами. Ради такого дела пришлось вскрыть все наши заначки. С трудом мы наскребли триста рублей.
– Думаешь, на три билета хватит? – спросил я Лешку, когда мы подсчитали наши финансы.
– Должно хватить, – неуверенно сказал он.
И мы поехали в цирк.
Цирк находился на другом конце города. Добираться до него пришлось на троллейбусе, но чего не сделаешь ради цирка! Минут через пятьдесят мы были уже на месте. Самого цирка еще не было, строители только начали возводить шатер, но касса уже стояла. Возле окошечка склонился какой-то мужчина в белом пиджаке с большой красной бабочкой на шее.
– Как обстоят наши дела? – спросил он у кассира, в тот момент, когда мы подошли и встали за ним.
– Пока никак, – ответил женский голос из-за стекла.
– Странно, – сказал мужчина. – Очень странно. Рекламу дали, афиши расклеили, радио трубит, телевидение вещает. И вот на тебе – никого. Ну, видно, в городе дела обстоят не лучшим образом.
И тут он заметил нас и почему-то сразу разулыбался.
– Да нет, кажется, дела налаживаются, – сказал он. – Вот и первые зрители. Вы в цирк, молодые люди?
– Да, – хором ответили мы.
– Пожалуйте, пожалуйте!
Мужчина отошел от кассы и уступил нам место. Мы с братом переглянулись и бросились к окошку.
– Когда первое представление? – спросил я.
– Через три дня! – улыбнулась молодая кассирша. – Вы хотите в первый же день попасть на представление?
– Конечно! Сколько стоят билеты?
– Двести пятьдесят рублей!
– Сколько?! – воскликнули мы.
– Есть и дешевле. По двести рублей и по сто пятьдесят.
– А еще дешевле нет? – жалобным голосом спросил Лешка.
– Дешевле нет, – сказала кассирша. – Сто пятьдесят – самые дешевые. Одиннадцатый и двенадцатый ряды. Так что, будете брать?
– Сейчас мы обсудим, – сказал я.
– Чего обсудим? – хмуро буркнул Лешка. – Чего тут обсуждать? Не хватает денег. У нас только на два билета и то на самые дешевые места.
– Ну и что? – сказал я. – Это ничего не значит. Все равно Катя должна увидеть цирк. Давай купим хотя бы два билета.
– Как два? Нас же трое! Это что же получается, кто-то из нас не пойдет?
– Ну да.
– То есть я не пойду? Да? – Лешка прищурил глаза и даже кулаки сжал. Вот чудак!
– Почему ты? – вздохнул я. – Я не пойду. Все равно я на два раза больше тебя в цирке был. Подожду вас, погуляю вокруг. Мороженого поем.
Некоторое время Лешка смотрел на меня и о чем-то думал, а потом сжал кулаки еще крепче и как ткнет меня в грудь.
– Ты что, очумел?! – воскликнул я.
– Это ты очумел! Хочешь сказать, что ты благороднее меня?
– Ничего я не говорю. Но ты же в Катю влюблен, а не я.
– Это ничего не значит! Я погуляю вокруг и мороженого поем. А ты ее поведешь на представление. Понял?
– Ну уж нет! Я там не смогу сидеть, если буду знать, что ты где-то тут в одиночестве бродишь.
– А я, по-твоему, смогу? Да?
– Сможешь! В общем, давай не спорить. Пойдешь ты! Потому что я старше.
– Нет, ты пойдешь!
– Вот упрямец!
– Все равно, пойдешь ты! – повторил Лешка и насупился.
– Но ведь ты хочешь идти! – воскликнул я.
– Хочу! Но и ты хочешь!