В высших сферах
Шрифт:
Шерон искоса взглянула на Элана, потом после минутной паузы вдруг спросила:
– Хочешь, я тебе сейчас что-то скажу?
– Давай.
– Если когда-нибудь попаду в беду, – призналась Шерон, – то за помощью обращусь только к тебе, Элан.
– В беду мы попадем прямо сейчас. Давай-ка я сяду за руль.
Под протестующий визг резины Шерон затормозила машину.
– Это еще зачем? – невинно поинтересовалась она. – Уже приехали.
Сложная смесь ароматов пиццы и соуса к спагетти не оставляла в этом сомнений.
Тома Льюиса они застали за чтением континентального выпуска ванкуверской “Пост”. При их появление
– Юридическое общество, несомненно, изгонит тебя из своих рядов, – объявил он Элану вместо приветствия. – Естественно, только после публичной церемонии лишения тебя высокого звания адвоката. Тебе ведь доподлинно известны наши нормы относительно саморекламы.
– Дай-ка взглянуть, – Элан потянул к себе газету. – Я только сказал, что думал. К тому же в тот момент я был малость не в себе.
– Ну, это-то как раз сразу бросается в глаза.
– О Господи! – Элан расправил первую полосу, Шерон пыталась заглянуть через его плечо. – Я и не ожидал ничего подобного.
– И по радио тоже передавали, – проинформировал его Том.
– Но я думал, что материал будет о Дювале…
– Если говорить предельно честно, – подтвердил Том, – то я от зависти стал зеленее шартреза. Без малейших усилий тебе удалось заполучить громкое дело, славу героя и к тому же такую…
– Да, совсем из головы вон, – спохватившись, перебил его Элан. – Познакомься, это Шерон Деверо.
– Без тебя знаю, – отрезал Том, – я как раз подходил к этому пункту…
Глаза Шерон лучились веселыми огоньками.
– Не расстраивайтесь так, мистер Льюис, – утешила она Тома. – В конце концов, вас ведь тоже упомянули в газете. Там ясно сказано: “Льюис и Мэйтлэнд”.
– И за такие крохи я буду благодарен вечно, – продекламировал Том и стал натягивать пальто. – Да, кстати, я отправляюсь на встречу с новым клиентом. Он хозяин рыбной лавки, и, насколько я осведомлен, у него возникли трудности с арендой. К несчастью, ему некого оставить вместо себя присматривать за рыбой, так что придется идти мне самому. Как ты посмотришь на роскошную тресковую котлетку к ужину?
– Да нет, спасибо. – покачал головой Элан. – Я собирался пригласить Шерон куда-нибудь поужинать.
– Я почему-то так и подумал, – признался Том. Когда они остались вдвоем, Элан заметил:
– Мне бы лучше взяться за аффидевит. Тогда уже завтра я смогу предстать перед судьей.
– Может, помочь? – предложила Шерон, улыбнувшись ему и мелькнув ямочкой на щеке. – Я еще и печатать умею.
– Пошли, – согласился Элан. Он взял ее за руку и повел в свою остекленную клетушку.
ГЕНЕРАЛ АДРИАН НЕСБИТСОН
Глава 1
Все члены кабинета, за исключением трех отсутствовавших в Оттаве министров, собрались в аэропорту Аплэндс на проводы премьер-министра и сопровождавших его в Вашингтон лиц. В этом не было ничего необычного. Еще в первые дни своего правления Джеймс Хауден настоятельно дал понять, что хотел бы, чтобы его встречали и провожали не просто один-два министра, а все правительство в полном составе. Неписаное правило касалось не только каких-то особых случаев, но и самых обычных его поездок.
Между собой члены кабинета называли эту обязательную процедуру “построением на перекличку”
Давным-давно юный Джеймс Хауден отправился в трехсотпятидесятимильное путешествие из сиротского приюта в школу в Эдмонтоне, где ему предстояло держать вступительные экзамены в университет Альберты <Провинция на юго-западе Канады.>. Его снабдили обратным билетом, и подросток в одиночку пустился в долгий путь. Через три дня, распираемый счастливым восторгом от успешной сдачи экзаменов, которым ему отчаянно не терпелось с кем-нибудь поделиться, он вернулся домой – на пустынную железнодорожную станцию, где его никто не ждал и не встречал. Так что ему пришлось прошагать со своим картонным чемоданчиком еще три мили до находившегося за городом приюта, и все его радостное возбуждение по дороге исчезло без следа. С тех пор он возненавидел одинокие отъезды и приезды в отсутствие встречающих или провожающих.
Сегодня одиночество ему не грозило. Помимо министров кабинета, в аэропорт на проводы прибыли и другие официальные лица. С заднего сиденья служебного “олдсмобиля” они с Маргарет видели затянутых в парадную форму начальников штабов сухопутных сил, ВМС и ВВС и неотлучно находившихся при них адъютантов, мэра Оттавы, комиссара Королевской конной полиции, председателей нескольких правительственных комитетов, а также скромно державшегося в задних рядах его превосходительства Филиппа Энгроува, посла США в Канаде. Отдельной группой стояла неизбежная толпа репортеров и фотографов, среди которых находились также Брайан Ричардсон и Милли Фридмэн.
– Силы небесные! – шепнула Хаудену Маргарет. – Можно подумать, будто мы в Китай миссионерами едем.
– Понимаю, что это занудная формальность, – ответил он. – Но люди, похоже, считают, что так нужно.
– Не говори глупостей, – вполголоса сказала Маргарет. – Тебе самому это все нравится, и я тебя прекрасно понимаю.
Лимузин описал широкий полукруг и плавно остановился у “Вэнгарда”, самолета, предназначенного для “особо важных лиц”. Вдоль его сверкающего в лучах утреннего солнца фюзеляжа по стойке “смирно” выстроился экипаж из состава Королевских канадских ВВС. Полисмен распахнул дверцу автомобиля, из него вышла Маргарет, за ней Джеймс Хауден. Военные и полицейские вытянулись в струнку, четкими заученными движениями отдавая честь, и премьер-министр в ответ приподнял новенькую перламутрово-серую шляпу, которую Маргарет приобрела во время поездки за покупками в Монреаль. На лицах собравшихся, заметил Джеймс Хауден, застыло выжидательно-напряженное выражение, хотя, возможно, причиной этому был холодный резкий ветер, гулявший по взлетному полю. И все же Хаудена кольнуло подозрение – удалось ли сохранить в тайне истинную цель его поездки или произошла утечка информации – относительно ее подлинной значимости.