В волчьей стае
Шрифт:
Баринов посмотрел на свои часы. Итак… Вышел из машины, дверцу закрывать на ключ не стал – дорога будет каждая минута, он плюхнется за руль и помчится прочь.
Сергей посмотрел на вывеску: «Приват клиника» – частная клиника профессора Касогова. Он впихнул ключ в замочную скважину, провернул два раза. Все. Стоит потянуть дверь на себя, и цепь сигнализации разомкнется.
Сергей готовился к этому визиту очень давно. Изучил расположение комнат, снял слепки со всех замков, заказал ключи, составил хронометраж возможных действий полиции. Пришло время осуществить все на практике.
Он резко дернул дверь на
Сергей лихорадочно оглядел кабинет – луч фонарика дергался, выхватывая из темноты столы, стулья, комод с выдвижными ящиками, компьютер, кушетку, мойку, кафельную плитку на стене. Куда? Все, время пошло – он включил на своих часах секундомер – через три минуты зуммер пискнет, Сергей все аккуратно запрет, как было, выйдет на улицу, сядет в машину и уедет. Через полторы минуты после его отъезда у клиники затормозит «уазик» отдела охраны. Полицейские упрутся в закрытые двери, откроют замок своим ключом, обследуют вестибюль и коридоры, подергают запертые двери кабинета и вызовут Касогова или его администратора. Касогов осмотрит, злясь на чересчур бдительную полицию, кабинет – все на месте. Бойцы охраны пожмут плечами – шутки техники, самопроизвольное срабатывание. Старинное оборудование, которое использует полиция, такие выкрутасы проделывает регулярно. Все успокоятся. А Сергей будет самодовольно потирать руки.
Сыщик шагнул к столу Касогова, откатил в сторону кожаное кресло. Куда? Столик для монитора компьютера. Он переставил монитор на письменный стол, вытащил два тяжелых ящика с бумагами. Сам столик оказался легким. Он перевернул его колесиками вверх.
Расстегнув небольшую сумку с инструментами, Сергей приложил две полоски жгута, наколол их шилом, в розетку включил намагниченную электроотвертку, открыл баночку с шурупиками. Отвертка поймала шурупик. Сергей упер шурупик в отверстие, нажатие на ручку отвертки – ж-ж-ж – шуруп прочно прижал конец жгута к днищу столика. Две секунды – второй жгут тоже привинчен. Сергей вздохнул, глянул на секундомер (потерял три секунды). Профессионализм – это точное выполнение всех технологических операций плюс оснащенность инструментами. Хорошая у него электроотвертка.
Из сумки Сергей извлек длинную колбаску в целлофановой упаковке. Ласково погладил ее – пластит. Где же ты его добыл, Сережа? Где добыл, там добыл – профессиональная тайна, все-таки бывший мент.
Усмехаясь, Сергей изогнул колбаску несколько раз, уложив ее на днище столика. А что такое пластит? Пластит – это такая штука… пластит!
Сергей натянул жгут, притягивая пластит к днищу. Проткнул шилом. Отвертка в баночку, шурупик в дырочку, ж-ж-ж. Готово. Ж-ж-ж. Готово.
Сергей быстро побросал в сумку инструменты. Перевернул столик в нормальное положение. Потяжелел, однако. Выдвижные ящики на место, монитор на место, кресло на место и вообще все на место. Выдохнув, осмотрел кабинет – никаких следов не оставил? Никаких. Можно было не смотреть – потерял еще пять секунд.
Сергей замкнул дверь
Сергей сбежал по ступенькам…
Машины не было.
Он растерянно встал, тяжело дыша. Что за ерунда? Так не бывает!
Машины не было!
Улыбаясь по-идиотски, он помчался бегом прочь от больницы, то и дело поправляя болтающуюся сумку с инструментами. Это что, шутка чья-то с «восьмеркой» Матвеева? Не могли же ее угнать за те три минуты, пока он возился в клинике Касогова! Кому она нужна, эта ржавая хрень?!
Сергей бежал по темной улице и чувствовал себя дураком. Впереди бушевал пульсирующий красным-желтым-синим электрический оазис – ночная закусочная.
Остановившись, Сергей вошел в кафе, посмотрел на усталых, замотанных продавцов за стойкой в фирменной амуниции, зыркнул на себя в большое настенное зеркало – не подозрительно ли он выглядит (все-таки ночь!). Нет, обычный мужичок, ночью пожрать захотел.
Сергей заказал два хот-дога и стакан горячего какао. Нервно отхлебнув, пошел к телефону-автомату. Набрав «02», сказал удивленно:
– Алло, у меня машину угнали… Когда? Только что. Зеленая «восьмерка»…
Заявление приняли, обещали сообщить всем постам ГИБДД, а утром велели лично подать письменное заявление об угоне.
После этого Сергей позвонил Матвееву домой. Сонный Петька враз стряхнул дремотную негу.
– Баринов, урод! Козел! Как?
– Да поесть зашел в харчевню… Я уже заявил от твоего имени…
– Ты меня не зли. Это что, шутка дурацкая? Кому он нужен, рыдван ржавый?
– Правда, угнали.
– Серый, я ничего не знаю, ничего не слышал. Ты взял машину; в оговоренный срок или верни машину в целости и сохранности, с полным бензобаком, или шестьдесят тысяч.
– Что так много?
– Ты шутишь, и я шучу.
– Да не шучу я, вот глупый. Правда угнали!
– Все, я ничего не знаю.
– Ладно, спи дальше, если сможешь.
Сергей повесил трубку, вернулся за столик и жадно поел. Главное, дело с пластитом сделано. Все-таки кому же понадобилась Петькина «восьмерка»? Пацаны какие-нибудь обкуренные взяли покататься – надо было запереть дверцу, маху дал…
Домой пришлось возвращаться на такси. Приняв душ, Сергей нервно уснул. Всю ночь мозг терзали кошмары. Какой-то покрытый коростой вурдалак тянул к нему когтистые жилистые лапы, Сергей кричал, отбивался, бежал по лестнице на улицу – зеленая «восьмерка» была на месте, но за рулем… за рулем кто-то сидел. Он обернулся. Это был маньяк. Он ощерился в гнилозубой улыбке.
Сергей вздрогнул и проснулся. Физиономия маньяка была серьезная, он смотрел на Сергея в упор.
– Ну, как, хорошая работа?
Филиппов, самодовольно ухмыляясь, убрал от лица Сергея отличного качества фотографию маньяка.
– А-а… – Баринов, кряхтя, поднялся, спустил ноги, сдавил рукой лоб – было ощущение неимоверной усталости, словно ночь он не спал, а предавался алкогольным и иным забавам. – Чай есть?
– Все готово, босс, чай, яичница, сыр, ветчина. Надеюсь, мой подхалимаж при расчете будет щедро вознагражден.
– Надейся, – разрешил Сергей, направляясь в ванную.
Холодная вода из душа смыла сонную усталость. Плотно поев, Сергей сказал Сашке: