В тени от битвы
Шрифт:
Помост, на котором была возведена виселица, был окружён разноцветной толпой горожан. На казнь собралась поглазеть чуть ли не вся чернь Алвалена. Более состоятельные подданные короля не утруждали себя зрелищем извивающегося в петле тела.
Сам король присутствовал на казни. С огромного балкона своего дворца он равнодушно взирал на толпы людей и на самого Терику, выволоченного из его камеры. За его креслом чёрной фигурой маячил Мараат.
Жалобный взгляд Терики попытался найти участие в лицах людей, но споткнулся о животную жажду чужой смерти и перебежал на балкон. Бару ухмылялся.
– Камень
Кто-то в стороне зачитывал список его преступлений. Терика не слушал его, что-то подсказывало ему, что в том списке нет ничего, чего бы он совершил, и более того, вряд ли там даже упоминается его истинное имя и принадлежность к Ордену Хранителей. Короля Бару не смущали такие мелочи…
– Ты имеешь право на последнее слово, приятель, - ткнул его в бок палач.
– Только говори быстрее. У меня нет настроения торчать тут зря.
Терика попытался услышать в его голосе хотя бы каплю участия, но потерпел неудачу. Он поднял голову, ещё раз посмотрел на балкон, где в королевском кресле восседал Лорд Тени, и на него нахлынула ненависть. Громко, чтобы не успеть испугаться собственных слов, он крикнул с узкой скамейки:
– Жители Алвалена! Мне осталось жить несколько минут, и мне нет смысла лгать! Когда я умру, не будет всё равно, что происходит дальше в этом мире, но я не хочу, чтобы он погиб так же бесславно, как я!
– краем глаза Терика продолжал видеть насмешливое лицо Бару. Король Алвалена не знал, носителем какого знания является Хранитель из Сэнктима, и пока, пожалуй, даже не догадывался, что Терика скажет дальше.
– Запомните мои слова, донесите их до тех, кто должен это знать!
– слова рождались сами собой. Терика много думал, что скажет с помоста, какие слова произнесёт, готовил свою речь, но он забыл всё, едва выйдя на солнечный свет, и всё возникало в его голове, как в первый раз.
– Ваш король, обманом захвативший власть над городом, возрождённый Лорд Тени!
Поднялся невообразимый гул. Кто-то в толпе громко вскрикнул, даже палач отшатнулся в сторону, нервно поднимая глаза на балкон. Терика видел, как вскочил Бару, вцепляясь в перила и нагибаясь вперёд. Чёрные полосы татуировки на его лице искривились. От неожиданности он даже не догадался сразу отдать приказ заткнуть приговорённому рот. Горящими глазами он впился в фигурку Терики. За его спиной изумлённо пялился на него Мараат. Терика воодушевлённо втянул в лёгкие воздух и продолжил:
– Пока есть возможность, донесите это до Клинка Света! Пусть Цитадель освободит Алвален от власти слуги Ночи! Я знаю точно, что…
– Вешай!
– взревел Бару, оправляясь от ступора.
Палач торопливо и испуганно выбил из-под ног Терики скамью. Хрустнула шея, и мир померк перед глазами Хранителя Терики так быстро, что он даже не успел ощутить боли.
Бару, утробно рыча, словно вновь оказавшись в обличье волка, смотрел на висящее тела Хранителя из Сэнктима. Он даже не обращал внимания на панику вокруг эшафота. Казалось, даже гвардейцы растерялись и не пытались навести порядок. Несколько человек в чёрных плащах за его спиной нервно переглядывались.
Сакара
– Ваше величество, - наконец, негромко сказал он, и в тот же миг удар страшной силы сбил его с ног. Его тяжёлое, спрятанное в доспех тело, пробило тонкую раму двери, ведущую на балкон, и он сильно ударился головой, перед глазами заплясали радужные круги.
– Это твоя ошибка, Мараат!
– рявкнул Бару, покидая балкон. Один из гвардейцев отчего-то бросился к двери, в то же мгновение Лорд Тени призвал свой Дар, причём, долгая и разборчивая формулировка заняла не больше секунды. Гвардеец с криком вскинул руки и исчез в оранжевой вспышке. Никто больше не тронулся с места.
– Клянусь, ваше величество, я не…
Ему снова не удалось договорить. Бару легко поднял его над полом:
– Откуда он узнал обо мне?
– Должно быть, это всё Ат Лав!
– сдавленно воскликнул Сакара.
Глаза Бару превратились в две узкие щёлки. Действительно, кто уж, если не Марил? Мтара пытал их в одном подземелье, но сам мастер пыток ничего и никому уже не мог сказать. А мальчишке вполне могло хватить смелости это сделать… Хотя, с его стороны это было большим невезением - пойти наперекор Лорду Тени.
– Ты, наверное, и не проследил, куда именно бросили Ат Лава - к Терике или нет, - хватка Бару, однако, стала слабее.
– Что ж, это теперь твоя страшная проблема, - он зло усмехнулся.
– С Ат Лавом я разберусь сам. Но я хочу, чтобы ты навёл в городе порядок, закрыл все ворота и велел стрелять во всех почтовых голубей, что в эти минуты уже могут взлетать. Клянусь, если до Клинка Света весть обо мне действительно дойдёт, ты пожалеешь, Сакара!
– он отпустил его, и Мараат с трудом устоял на ногах.
– Я всё выполню, ваше величество!
– горячо пообещал он. Этот мерзавец из Сэнктима оказался весьма смелым парнем… А мальчишка из посёлка - излишне самоуверенным. Жаль, что он сам не может ему за это отомстить… Впрочем, сейчас у него есть дело поважнее.
Бару только сейчас вспомнил об остальных гвардейцах и обернулся.
– А вас всех никто не освобождал от клятвы, - пожалуй, Марил имел несчастье сильно разозлить Лорда Тени.
– Вы клялись в верности королю Алвалена, и пока я ношу корону, а вы беспокоитесь о жизнях своих и своих семей, вы будете ему верны.
Не то, чтобы гвардейцы были сильно воодушевлены этими словами. Несмотря на то, что они неожиданно выяснили, что легенды о Тёмных Временах возвращаются, смерть их товарища заставила их поверить: лучше не кидаться с мечом на собственного короля, да и бежать прочь не стоит. Он вполне мог просто лишить мир их присутствия - так же легко, как и убил пытавшего убежать гвардейца. Бару скрипнул зубами: да уж, из-за какого-то мальчишки и его собственной невнимательности - можно было и приказать Мараату проверить, не было ли общения между Марилом и Терикой - Алвален готов погрузиться в смуту, а Клинок - прибыть вместе со своим войском. Бару совсем не так представлял себе, как весь мир узнает о том, кто - король Алвалена… Хотя, кто бы мог подумать, что Ат Лаву хватит смелости на такой поступок?