В шаге от Рая.
Шрифт:
Он ехал и думал о ней все время, в автобусах пересаживаясь на нужные маршруты, через весь город.
***
Миленхирим ждал Алину. Только она ему была нужна. Он чувствовал мир своего брата. Эту потустороннюю ментально-астральную энергию Божественного эфира. Не все еще было потеряно, хотя было много и чужеродной нехорошей и мерзкой энергии исходящей откуда-то извне.
Откуда-то из другого совсем не Ангельского мира. Злого мира. Инородного и враждебного понятию и пониманию
Миленхирим остался в этой комнате. Больше идти не куда не стоило.
Он теперь только ждал. И ему было не очень тут сейчас уютно, но не куда было деваться.
Он чувствовал своего опять брата Элоима. Чувствовал именно здесь, но там был еще кто-то. Кто-то злой и нехороший. Кто-то тот в том мире, где был его брат Элоим. Умбриэль был прав, когда говорил, что брата надо спасать. Бог хочет спасти своего отпрыска. Спасти от опасности. Он сбежал из Рая быдычи соблазненным Суккубом. Словно ненормальный он был как под влиянием гипноза, что не совсем понятно для Ангела. Он говорил, о, какой-то Изигири. И будто, она его, оттуда соблазнив, собою увела.
Умбриэль не меньше Бога был заинтересован в спасении его родного близнеца брата. Такого же, как и он, только второрожденного, после
Миленхирима. Там в Райских кущах в источнике жизни. Они друг за другом вышли из этой волшебной Небесной воды, льющейся звездным потоком откуда-то с Неба. И Отец принимал их роды.
Миленхирим посмотрел на часы на стене Алининой комнаты. Было двенадцать часов дня. Он лег на постель Алины и вдохнул воздух.
– Женщины!
– он сладостно потянулся и закрыл глаза.
– "Отец!"- подумал Миленхирим - "Отче, Мой!" - он повернул набок голову, вдохнув, не открывая глаз, аромат цветочных духов, стоящих на девичьем столике с зеркалом и сказал вслух самому себе - Я спасу своего брата Отец! Спасу! Чего мы мне это не стоило! И я знаю как! Я верну его Отец! Я увижу снова, своего Умбриэля!
***
Яков, выслушав, весь и до конца рассказ Алины. Был, потрясен, услышанным. То, что он слышал, было непостижимо.
Он ей верил. И как мистик-эзотерик из плоти и крови и как Медиум, который сам сталкивался напрямую с иными потусторонними мирами.
Он слушал Алину, чуть не раскрыв свой рот и ему было интересно. Все было описано так точно и реалистично, что Яков сам мог себе представить в подробностях тот мир, в котором побывала Алина.
Она не выдумывала и не врала. По ней было видно.
Он и сам видел краем глаза этот кошмарный мир. Мир через воспоминания Маргариты Львовны, умершей от удушья у него на руках. Он видел мельком и тот лес, в котором Алина побывала и ту тень по имени Изигирь. Он тогда напугался не на шутку, но профессиональное любопытство брало над Яковом Могильным верх. Он захотел побывать
через человеческую осторожность и свой страх в том лесу, где побывала Алина. По крайней мере, гибель старухи, будет не напрасной и их все вот эти гонения от исполнительных
их опытную мастерскую и студию потусторонних опытов и изысканий хотят прикрыть. Яков захотел увидеть хозяина того призрачного леса из женских сновидений. Того сказочного любовника Эльфа, со слов Алины.
Он захотел своими глазами все увидеть и побывать в том призрачном иллюзорном черном затуманенном белым туманом лесу.
– "Хоть буду знать, за что страдаю" - подумал Яков и предложил ей Алине один единственный опытный сеанс гипнотического сна под его присмотром естественно Якова Могильного. Более того он сам будет в том с Алиной лесу и если, что то поможет вовремя ее и себя вывести из сна, без последствий. Алина не знала о том, что тут недавно произошло, и согласилась на опыт. Он смог ее убедить на него, да и как он ей мог чем-то помочь, встретиться еще раз с Элоимом, и если не будет знать, во отчую, что там произошло в реальности и кто такая Изигирь. Он ей сказал, что если будет что-то не так, то все он сделает так, что та кошмарная демоническая тень им не сможет навредить.
Алина ему поверила. И они начали опыт.
Закрыв мастерскую студию на ключ Яков начал подготовку к предстоящему опыту.
Он предложил Алине лечь на кушетку перед его стоящим здесь же креслом. На то самое место, где лежала недавно умершая здесь скоропостижно Маргарита Львовна.
Занавесив и так не очень большие окна темными шторами из непрозрачной черной и тяжелой на гардинах материи, Яков создал соответствующую предстоящему опыту атмосферу и обстановку.
Он сел напротив лежащей на кушетке Алины и начал свою работу.
Он стал вводить Алину в гипнотический сонный транс. Отключая ее бодрствующее сознание, переводя его в состояние глубокого сна.
Яков знал, что тот сказочный мир, где побывала Алина, стоит где-то на границе между миром мертвых и миром сновидений. Этот мир еще контачит, каким-то неизвестным образом и с реальным миром, имея своих контактеров в лице молодых девиц и то, только с теми, кого захочет сам. То, есть тот, кого выберет хозяин этого мира. В данном случае, это были очень молодые девицы, разных возрастов, но преимущественно лет девятнадцати и двадцати.
Еще Яков Могильный где-то читал, что где-то в Америке, был подобный случай в году 1985-м, где точно, не знал. Но, случай был
тоже трагический. И связанный, именно, тоже с этим странным миром. Миром не коего Элоима. Не то Ангела, не то Демона.
Яков ввел в глубокий сонный транс Алину. И сам себя, отправившись вместе с ней за своей собственной смертью в чуждый ему мир незванным гостем, где ему были не рады. И это факт!
***
Яков так уже делал и не раз. Когда полностью сам себя и клиента погружал в состояние сонной каталепсии. У него был достаточный