В родном углу

Лейкин Николай Александрович

— Нтъ, нтъ, докторъ. Невозможно это. У Раисы ничего нтъ, не въ чемъ выйти, не въ чемъ показаться. Перешивать наскоро что-нибудь изъ бабушкинаго добра? Но посмотрите, все это какая дрянь и ветошь.

Сухумовъ указалъ на юбки и кофточки.

Отецъ Рафаилъ, все еще державшій юбку въ рукахъ, покосился на него и съ улыбкой произнесъ:

— А если вы и эту вещь считаете за дрянь, Леонидъ Платонычъ, то позвольте мн взять ее на рясу.

— Съ удовольствіемъ! — воскликнулъ Сухумовъ. — Берите.

— Спасибо. Юбка эта стараго фасона, широчайшая и мн изъ нея съ надставками отличная ряса

выйдетъ. Даже въ парадъ буду носить.

Отецъ Рафаилъ сталъ свертывать юбку и отложилъ ее отдльно на кресло.

Попадья Настасья Сергевна тоже разсматривала какую-то широчайшую срую шерстяную юбку и шепталась съ Раисой. Черезъ минуту попадья сказала Сухумову:

— Если ужъ вы все это считаете за никуда негодное, то не позволите-ли вы и эту юбку взять моему папеньк-старичку на рясу?

— Все, все берите, — отвчалъ Сухумовъ, махнувъ рукой. — Я нарочно веллъ вынуть вс эти тряпки, чтобы передать вамъ.

— Тетенька, что вы! Разв можно такъ выпрашивать! Нехорошо… — дернула ее за рукавъ Раиса.

— Да если говорятъ, что ненужное… А старикъ у насъ, ты сама знаешь, совсмъ обносился.

— Раиса Петровна… Бога ради… Все это вамъ, въ ваше распоряженіе… Что хотите — оставьте себ, а остальное раздлите между вашими родственниками, — сказалъ Сухумовъ. — Дайте что-нибудь выбрать для себя и Глафир Гавриловн, если ей что-нибудь понравится, — кивнулъ онъ на жену учителя.

Со всхъ сторонъ послышались благодарности.

Докторъ взялъ Сухумова за руку, подвелъ его къ свту окна, посмотрлъ въ лицо, отодвинулъ вко у глаза Сухумова и, слушая его пульсъ, сказалъ:

— Знаете что, Леонидъ Платонычъ? Ужъ вы и сегодня не молодцомъ, какъ я васъ называлъ раньше. Еще разъ васъ усердно прошу: внчаться — внчайтесь, когда хотите, но поздку отложите до Пасхи. Этимъ вы себя сохраните.

— Нтъ, докторъ! Это невозможно! Никакъ невозможно! — ршительно отвчалъ Сухумовъ и даже отбжалъ отъ него, вырвавъ изъ его руки свою руку.

— Дайте мн еще разъ ваше сердце выслушать! крикнулъ ему докторъ, но Сухумовъ, улыбнувшись, молча махнулъ ему рукой.

XLVI

Внчаніе Сухумова съ Раисой состоялось въ понедльникъ, такъ какъ только наканун къ вечеру могли сшить общими силами блое подвнечное платье для Раисы. Попадья Настасья Сергевна была противъ понедльника, называя его тяжелымъ днемъ, и упрашивала Сухумова перенести свадьбу на среду, но Сухумовъ настоялъ на своемъ. Гороховаго цвта шелковая юбка, подаренная отцу Рафаилу на рясу, пригодилась и попадь. Эта юбка была надта на ней во время внчанья. Хоть и очень неважно было сшито подвнечное платье Раисы, но оно было съ длиннымъ шлейфомъ, и при широчайшей вуали и апельсинныхъ цвтахъ, купленныхъ въ уздномъ город, Раиса была очень эффектна въ немъ. Нжная блондинка, съ добрыми успокаивающими срыми глазами, она походила на ангела, спустившагося съ неба, какъ сказалъ докторъ Кладбищенскій. Находившійся все время съ приподнятыми нервами, съ усиленнымъ сердцебіеніемъ, восторженный Сухумовъ не отводилъ отъ нея глазъ и любовался ею. Онъ даже на вопросы отвчалъ невпопадъ.

Внчаніе настолько было парадное, насколько можно было сдлать его параднымъ въ небогатой сельской церкви.

Дьяконъ Лапшинъ, бывшій при церкви на причетническомъ оклад, служилъ за дьякона, въ дьяконскомъ облаченіи, что онъ очень рдко длалъ, считая себя въ приход обиженнымъ отъ отца Рафаила. На клирос плъ хоръ школьниковъ подъ управленіемъ учителя Иванова, но внчаніе было безъ концертовъ жениху и невст, такъ какъ учитель не былъ въ состояніи разучить ихъ съ учениками. Даже прокименъ, «положилъ еси на главахъ ихъ внцы» былъ проптъ «на гласъ», а не нотный, такъ какъ и его нотнаго нельзя было, пропть, хотя учитель и вдалбливалъ его ученикамъ.

На паперти толпилось много крестьянъ, но въ церковь ихъ не впускали. Урядникъ все время находился въ притвор и осаживалъ каждаго смльчака, который старался пробраться въ церковь. Въ церкви были, кром свидтелей, только попадья и дьяконица съ дтьми, жена доктора Кладбищенскаго, жена учителя Иванова, учительница Хоботова да еще семья лавочника Неумытова, такъ какъ его пришлось пригласить расписаться въ книг свидтелемъ. Остальные три свидтеля были: докторъ Кладбищенскій, учитель Ивановъ и смоленскій мщанинъ Поліевктъ Игнатьевъ — камердинеръ Сухумова. Это обстоятельство немного примирило камердинера съ бариномъ, и онъ, поздравляя новобрачныхъ, смотрлъ на нихъ не такъ хмуро и даже милостиво улыбнулся.

Управляющій Сухумова Сидоръ Софроновичъ обидлся, что пригласили не его въ свидтели, а камердинера, и вслдствіе этого не былъ въ церкви. Не пустилъ онъ туда и жену свою, которой очень хотлось посмотрть на внчаніе.

Сухумовъ былъ во фрак и бломъ галстук, но внца надъ его головой не держали. Внецъ былъ просто надтъ на его голову и съхалъ со лба на брови. Надъ головой Раисы держали внецъ поперемнно то докторъ, то учитель Ивановъ, хотя попадья сильно протестовала противъ этого, говоря, что на такое дло надо приглашать только холостыхъ, и указывала на волостного писаря и фельдшера изъ лчебницы доктора Кладбищенскаго, но Сухумовъ воспротивился. У доктора и учителя не было фраковъ, а потому въ церкви они находились въ сюртукахъ.

Поздравленіе новобрачныхъ шампанскимъ происходило въ дом Сухумова, куда вс похали посл внца. Было шампанское, конфекты и чай. Сухумовъ не сдлалъ не только обда, но даже закуски, къ немалому огорченію отца Рафаила, который тотчасъ-же посл того, какъ Сухумовъ сдлался женихомъ, мечталъ о парадномъ свадебномъ пир племянницы, на который онъ могъ-бы пригласить духовенство изъ сосднихъ приходовъ съ отцомъ благочиннымъ во глав и похвастаться передъ ними именитымъ и богатымъ женихомъ племянницы.

Чокаясь съ Сухумовымъ бокаломъ шампанскаго, докторъ сказалъ:

— Нашего обабившагося полку прибыло! Поздравляю.

Учительница Хоботова, подходя съ бокаломъ, подмигнула и произнесла:

— Ну, что, не говорила я вамъ, что вашу свадьбу предсказывали люди за мсяцъ впередъ?

Такъ какъ Раиса до внца постилась, то обдъ былъ приготовленъ только для нея. Отправясь переодться изъ подвнечнаго платья въ дорожное, она наскоро пола, и Сухумовъ тотчасъ-же началъ собираться хать на желзную дорогу, поручивъ доктору Кладбищенскому разсчитаться съ причтомъ, съ пвчими и съ церковнымъ старостой лавочникомъ Неумытовымъ за внчаніе.