В разводе

Ридд Анастасия

Он поворачивается и делает шаг навстречу, оказываясь в опасной близости. Дыхание перехватывает в тот момент, когда он тянется к моей щеке и осторожно убирает прядь, которая из-за ветра оказалась на моем лице. Я смотрю на него в упор, тщательно скрывая разбушевавшиеся эмоции глубоко внутри. Уваров проводит ладонью по моим волосам, нарочно или непроизвольно, и наконец убирает руку в карман летних брюк.

— Ты подготовился, — сглотнув собравшуюся слюну, негромко роняю я.

— Я впервые еду куда-то вместе с дочерью, — широко улыбается он. — Я не

должен был ударить в грязь лицом.

— Алиса еще слишком маленькая. Даже если бы произошел какой-то казус, она бы не заметила.

— Но я бы заметил, Ника, — улыбка медленно сползает с губ, и он добавляет: — И ты бы заметила. А мне проколы не нужны.

Мне хочется спросить, что именно он хочет сказать этими словами, но крик дочери отвлекает нас от беседы. Алиса всеми возможными способами сообщает, что ей надоело сидеть одной в машине и пора бы обратить на нее внимание.

— Пора ехать, — кивает Саша, открывая передо мной переднюю дверь с пассажирской стороны.

— Я сяду назад с Алисой, вдруг начнет капризничать, — быстро отвечаю я и, обойдя машину, забираюсь в салон.

Как только мы выезжаем на трассу, дочь сразу же засыпает. Так случается почти каждый раз, когда мы куда-то едем. Дорога занимает не слишком много времени, и уже спустя час мы въезжаем на территорию базы.

— Я и не знала, что здесь можно отдохнуть. Разве это не частный сектор?

— Да. Это частная база, — тихо произносит Саша. — Она принадлежит моему хорошему знакомому.

Пока Уваров перетаскивает сумки в небольшой, но очень уютный домик, Алиса просыпается. Она видит детскую площадку и сразу же рвется туда.

— Ника, идите. Я пока займусь мясом.

— Я могла бы помочь, но Алиса еще маленькая, одну не оставишь, — зачем-то оправдываюсь я.

— Спасибо за желание помочь, — улыбается он, — но я справлюсь сам. Вы — мои гости, и ваше времяпрепровождение — моя забота.

Мне приятны его слова, и я, глядя на старания Саши, даже думаю о том, что мы смогли бы стать настоящей семьей, если бы не разошлись. Если бы поговорили, если бы я поверила…

В этом мужчине есть и всегда был стальной стержень. Кроме целеустремленности и трудолюбия, что крайне важно для становления личности в части бизнеса, в Уварове всегда присутствовало кое-что еще — доброе и любящее сердце.

Я устраиваюсь на качеле вместе с Алисой и украдкой наблюдаю за действиями Саши. Если бы это была наша первая встреча, я наверняка бы влюбилась. Высокий, статный, сильный, четко знающий, что он должен делать — просто идеал мужчины.

Он входит в дом, а выходит уже в шортах и без футболки. Я не могу отвести взгляд от нетренированного тела. Похоже, отсутствие близости на протяжении двух лет сказывается на мне не самым лучшим образом. Чувствую себя оголодавшим зверем, который готов с остервенением рвать на куски свою добычу. Саша поворачивается ко мне спиной, и в глаза бросается яркая татуировка, занимающая всю поверхность спины. С этого расстояния невозможно рассмотреть детали картинки, но одно ясно — в ней есть глубокий

смысл, понятный только ему одному.

Пока Уваров занимается шашлыками, мы с Алисой идем в другой конец детской площадки — туда, где находится песочница. Я не догадалась взять с собой ведерко и лопатку, но здесь как ни странно игрушки имеются. Не проходит и получаса, как мобильный оповещает о новом сообщении.

Все готово. Я жду вас.

Мы с дочкой подходим к домику, и голодный взгляд падает на накрытый стол. У Уварова помимо талантов руководителя имеются еще и неплохие кулинарные способности. Я отметила это, когда мы жили вместе, а сейчас еще сильнее убедилась.

— Я очень голодна, — признаюсь я, устраиваясь на стуле.

— Так налетай. Кстати, я купил стульчик для Алисы.

— У нас же есть.

— Я знаю, но этот будет походным вариантом.

— Ты удивляешь меня, — говорю смущенно.

Саша уходит к машине. Пока он возится с детским стульчиком, я не выдерживаю и, выбрав самый красивый кусок мяса, отправляю себе в рот. Прикрываю глаза в наслаждении. Просто потрясающе!

Мобильный, оставленный Уваровым на столе рядом с моей рукой, оживает, и на экране светится сообщение, текст которого, к сожалению, я вижу. И оно снова от Лизы.

Да, я приеду на следующей неделе. Кстати, Сашуль, у меня есть для тебя потрясающая новость. Ты будешь рад. Целую.

Саша возвращается со стульчиком в руках и ставит его рядом со мной. Он забирает Алису, но прежде чем посадить дочь, дает ей возможность рассмотреть новый предмет интерьера. На столике изображены животные, которые как раз привлекают внимание малышке. Она тянется к картинке, и Уваров опускает Алису на сидение.

— А теперь давайте пообедаем, — потирает руки Уваров, устраиваясь на стуле напротив меня. — Что можно Алисе?

— Я взяла для нее пюре, — холодно отвечаю. Ничего не могу с собой поделать. У Саши давно своя жизнь, но мне неприятно, что Лиза является ее частью.

— Я отварил немного картошки без соли и масла, — с воодушевлением в голосе произносит Саша.

— Да, можно. Кстати, если есть масло, можно немного добавить. Не страшно.

Я избегаю взглядов Уварова в мою сторону, уделяя все внимание дочери. Саша пытается начать разговор, но я постоянно на что-то отвлекаюсь. После обеда Алиса начинает потирать глаза, и я ухожу в дом, чтобы уложить ребенка на сон.

Сама не замечаю, как засыпаю, а глаза открываю только спустя два часа. Видимо, накопленная усталость дала о себе знать и сморила меня в сладкий сон на свежем воздухе. Теперь я чувствую себя отдохнувшей.

Осторожно высвобождаю руку, стараясь не разбудить Алису, и поднимаюсь с кровати. Осторожно ступая по деревянному полу, чтобы не разбудить дочку, подхожу к окну. Уваров сидит на большой качеле и говорит по телефону, а на его коленях находится ноутбук. Окно в нашу комнату оказывается приоткрытым, и часть разговора доносится до моих ушей.