В пустоте
Шрифт:
Ниже его груди были шесть кубиков на подтянутом животе, его бедра были с линиями мышц, уходящими под полотенце. На миг я оказалась в урагане желания и мысленно ругала себя за то, что установила запрет на поцелуи и секс.
— О, Декс, — возмутилась Ребекка рядом со мной, возвращая меня в реальность. — Оденься. Хочешь, чтобы я сразу ушла?
Он хитро улыбнулся, показались ямочки, и я заметила, что вернулось кольцо в его брови. Только это, его улыбка и татуировка говорили мне, что это все еще был Декс, и ему нельзя было доверять. Особенно теперь, с таким
Я отвлеклась на его плечи и руки, но тут Ребекка потянула меня за руку.
— Идем, пусть этот жеребец дальше приводит себя в порядок, — сказала она. Я позволила ей отвести меня к двери, я пятилась спиной вперед.
Декс улыбнулся мне, и я не смогла этим ответить, он развернулся в сторону ванной. Я успела взглянуть на его гладкую широкую спину, заметила кое-что еще. На его левой лопатке была новая татуировка. Я не успела прочитать слова там, он ушел.
— У него новая татуировка, — отметила я, ни к кому не обращаясь, пока Ребекка отодвинула собаку и открыла дверь.
Она кивнула.
— Идем, лучше попасть в «Айкон», пока там не заняли места.
Я схватила сумочку и куртку, и мы покинули квартиру, я не переставала думать о татуировке Декса. Я не могла даже представить, что там написано.
Оказалось, что ресторан «Айкон» был чуть дальше по улице от дома, и это было удобно, хоть мне и нужно было все время напоминать, что это мой новый дом. Ощущение было странным. По пути я смогла обрушить на Ребекку вопросы. Она знала, что так будет.
— Спасибо, что забрала меня на обед, — сказала я.
— Не за что.
— Откуда у Декса та татуировка?
Она быстро улыбнулась себе под нос и ответила.
— Появилась пару недель назад. Я ходила с ним.
— Что там написано?
Она улыбнулась открыто.
— Спроси у него, Перри. Это его личное дело.
Личное? Я так с ума сойду. Что там могло быть написано?
Ресторан был популярным местом для обеда, ведь тут было большое меню, стены были розовыми в стеклянных предметах в форме конфет, стояли мраморные столы. Я так хотела обсудить Декса, но делала это в последний раз, когда Ребекка водила меня на обед. Так что я изобразила бесстрастие и спросила, как дела у них с Эмили.
Она сжала губы и опустила взгляд на чай.
— Не очень хорошо.
— Мне жаль.
Она кивнула и подняла голову.
— Спасибо. Ничего. У всех бывают трудные времена.
— Наверное, — согласилась я, стараясь вспомнить, когда в последний раз у меня были отношения. Все с Мейсоном в колледже было сплошным трудным периодом.
— Просто Эм младше, и это всегда было проблемой. Ей… сложно. Я ничего от нее не требую, — она вздохнула и заправила волосы за уши. — Но я люблю ее. Я хочу сделать это официальным.
— Брак? Это разрешено в штате Вашингтон?
— Здесь живут расписанные пары, как и в Орегоне. Но я хотела по-настоящему. Мы поехали бы в Британскую Колумбию, устроили бы там заодно медовый месяц. Это я предложила.
— Предложила? — я попыталась представить Ребекку на колене в ее дизайнерской одежде.
Она издала смешок, но
— Нет, я не такая романтичная. Я просто выпалила: «Эй, давай поженимся в Канаде», и начались проблемы. Я напугала ее. И, честно скажу, она напугала меня. Я думала, наши отношения серьезнее.
Я теребила салфетку.
— Это просто кочка на дороге. Вы должны быть вместе. Вы это пройдете.
Она сделала медленный глоток чая, ее помада оставила следы.
— Как и ты, — понимающе ответила она.
— Я?
— Да. Ты. Переезд сюда и остальное. Это не просто после того, что случилось с тобой. Декс рассказал мне немного утром насчет вашей поездки в Айдахо… Я была рядом, когда Ада ему позвонила. Он чуть не рухнул на улице. Я никогда не видела его таким обеспокоенным.
Он беспокоился не достаточно. Гнев пробрался в меня, голова от этого казалась горячей.
Она продолжала:
— Ты не обязана мне рассказывать, но я бы хотела услышать. Всю историю. Я тебе поверю.
И по ее искреннему выражению лица я поняла, что она не врет. Я глубоко вдохнула и рассказала ей всю историю о моей одержимости, начиная с того, как я увидела ее в Портлэнде, заканчивая тем, как Декса забрали в тюрьму.
Не удивительно, что к концу Ребекка лишилась дара речи, а я едва дышала. Официантка принесла пиццу нам на двоих, и Ребекка задумчиво смотрела на нее.
— Ого… Перри, я не знаю, что сказать, — она тряхнула головой, словно это помогло бы что-нибудь придумать.
— Не нужно говорить. Но так я оказалась здесь с Дексом.
— Поверить не могу, что ты пережила это… Я потрясена.
Я разглядывала пиццу, игнорируя укол у сердца.
— И мне так жаль… очень жаль.
Я посмотрела на нее.
— Почему?
Она пожала плечами.
— Не знаю. Я видела тебя. Должна была помочь. Я должна была что-нибудь сделать.
— Откуда ты могла знать? Тогда я была в порядке.
— Разве? Ты была беременна, Перри. Ребенком Декса.
Это было холодным ударом в живот. Ладонь невольно потерла живот.
— Мне жаль, — снова сказала она.
— Хватит извиняться, — рявкнула я. — Я в порядке. Это в прошлом.
— Он знает?
Я облизнула губы, не зная, что сказать.
— Да. Знает. Он узнал от Ады. И не лучшим образом.
— Как он это воспринял? — тихо спросила она, хмурясь в тревоге.
Я вздрогнула.
— Он? Не знаю. Спроси у него об этом.
— Вы не говорили об этом?
Я отложила пиццу и пристально посмотрела на нее.
— Ребекка, я не знаю, как объяснить. В один момент Декс разбил мне сердце, в другой у меня выкидыш. Потом я оказалась одержимой, меня отвезли к шаману, чтобы изгнать демона. Во время этого я попала в другое измерение и увидела мертвую бабушку, и Декс меня спас. Мы вернулись, его арестовали, и я поняла, что переезд к нему — единственный шанс выжить, не сойти с ума. Говорили ли мы об этом? Отчасти. Он удивительно расстроен. Но я просто… не могу сейчас с этим справиться. Я хочу просто есть пиццу и не добавлять в начинку слезы, ладно?