В полночный час
Шрифт:
— Так кто был отцом этой замечательной женщины?
— Этого я не знаю. Я перерыл множество сведений о ней, но нигде ничего не сказано о ее отце. Думаю, она даже сама не знала его, чем и объясняется ее сочувствие к детям-сиротам. Я был на кладбище, проверил ее надгробие и семейный склеп, просмотрел все мои записи. Кстати, она тоже вела дневник. — Харви покачал головой. — Но там ничего нет.
— Что-то должно быть. У нее есть какие-нибудь потомки? Может быть, родственники что-нибудь знают?
Харви снова покачал головой.
— После
— Музей? — Когда Харви кивнул. Вероника почувствовала сильное возбуждение. — Может быть, там что-нибудь есть?
— Сомнительно. Я обшарил в доме каждый сантиметр.
Кроме нескольких настоящих старинных предметов, замечательной атмосферы и хорошего ленча — в стоимость входного билета входит стоимость обильного угощения, — там нет ничего полезного.
— В любом случае мне бы хотелось попасть туда. Вы не могли бы нарисовать мне карту?
— Я сделаю лучше: я покажу его вам.
Харви оказался прав. Ленч был просто великолепен — салат из лангустов, тушеные креветки, крем-брюле. Вероника прослушала три рассказа о подлинной жизни в тот период, которому была посвящена экскурсия под названием «Гражданская война — эпоха расцвета Южных штатов».
— Я же вам говорил, здесь ничего нет, — сказал Харви, когда экскурсия закончилась и они очутились на парадной лестнице особняка.
Девушка села и глубоко вздохнула, пробежав взглядом по идеально подстриженному газону. Солнечный свет мерцал в расположенном поблизости каменном фонтане, и Вероника смотрела на зеркальную гладь воды, пока Харви зашел назад в магазин подарков купить жаренных по-домашнему орешков.
Здесь должно что-то быть, она знала это. Внутренне чутье не могло подвести девушку, у нее было какое-то особое предчувствие…
Взгляд Вероники задержался на небольшом белом коттедже, спрятавшемся за густой дубовой рощей.
— Извините, — спросила она экскурсовода, — а кто там живет?
— Никто, мэм. Это часть экспозиции.
— Почему же мы не осмотрели его?
— Этот дом недавно закрыли, чтобы перестелить полы.
Вы не поверите, но эти деревянные полы очень сильно изнашиваются, когда по ним проходит такое количество людей.
— Можно мне осмотреть его?
Экскурсовод отрицательно покачала головой:
— Извините, это исключено.
— А чем замечателен этот коттедж?
— Он принадлежал матери мисс Эммы, она провела в нем свои последние дни.
Клэр. Сердце Вероники замерло, и как раз в этот момент вернулся Харви с жареными орешками.
— Харви, — обратилась к нему девушка, — этот коттедж принадлежал матери Эммы.
— Ну и что? — спросил тот, набив себе рот орешками.
— Так может, там что-нибудь есть, что могло
— Я был в нем — там ничего нет.
— Давайте все-таки проверим.
— Он закрыт, — сказал Харви, когда девушка потянула его за руку.
— Мы просто посмотрим в окно.
Через несколько секунд Вероника встала на цыпочки и стала пристально всматриваться в окно с кружевными занавесками.
— Вы видите что-нибудь? — спросил стоявший за ней Харви.
— Стол и стулья, швейная машинка, сундук, Библия…
— Библия? — Харви оттолкнул ее в сторону и сам посмотрел в окно. — Библия. — Он улыбался.
— Что может дать Библия?.. — спросила Вероника и замолчала, вспомнив, что она прочла в одной из книг по генеалогии. — Люди записывали свои родословные в библиях, — сказала она, почувствовав возбуждение. — Делали заметки о важных событиях, именах и датах.
— Библии были самой ранней формой записей, — сказал Харви. — И хотя я просмотрел практически все документы, которые принадлежали Уорренам, этой книги я не видел.
— Клэр, может быть, записала там имя отца своего ребенка.
— Если только она его знала, — заметил Харви. — Ведь может быть, что и она сама не знала имени отца. Поэтому и Эмма не знала его.
— Может быть. Но все это нам и следует установить, как вы считаете?
— Я пойду найду охранника и попрошу его впустить нас.
— Вы можете это сделать?
— Мне официально поручено написать историю Уорренов, и я имею право доступа ко всем документам.
— Но я уполномочен обществом Уорренов, — в который раз раздраженно повторял Харви невзрачному охраннику спустя пятнадцать минут. Мужчина встал у входной двери, загораживая собой дорогу.
— Коттедж закрыт до следующего месяца, — сказал он. «
— Но мне нужно попасть туда сейчас.
Охранник отрицательно замотал головой:
— Он откроется пятнадцатого числа следующего месяца.
— Сэр, — вмешалась Вероника, когда Харви покраснел от возмущения, — вы не понимаете. Этот человек имеет официальный допуск ко всем экспонатам, находящимся внутри, и нам нужно попасть туда сегодня, всего на несколько минут. Мы ничего там не тронем.
— В следующем месяце.
— Но мы сегодня приехали сюда.
Охранник снова замотал головой:
— Я действую в соответствии с инструкцией.
— Пойдемте, — сказал Харви, беря Веронику за руку.
— Но мы должны попасть внутрь…
— Мы попадем туда.
— Как?
— Я обращусь к юристу экскурсионного бюро, тот позвонит кому-нибудь в историческом обществе, тот пришлет сюда кого-нибудь, чтобы взять Библию и передать ее мне.
— И сколько все это займет?
— Несколько недель.
— Недель?
— Самое большее три недели. Но в любом случае мы доберемся до Библии раньше пятнадцатого числа следующего месяца.