В отрыве
Шрифт:
— Да. Есть такое, — подтвердил Генрих. — Вот как вы ушли, нам всем пришло оповещение. Но мы забили на это. Смысла никакого.
— Есть смысл! — возразил Савков. — Мы тоже сначала думали, что никакого. А когда Медведь создал союз, у него, как у вождя, открылась возможность назначить жреца.
— Кого? — хором спросили мы с Соломонычем.
— Жреца! Который может качать и использовать магию! И Медведь назначил Шамана.
— Погоди! Что-то я тебя не понимаю. Кого он назначил, жреца или шамана? — я уже начал путаться в терминах, а упускать детали
— Шаман — жрец! То есть, у него игровой ник — Шаман, а по роду занятий он жрец.
— Теперь ясно. По твоему рассказу можно сделать вывод, что главный у них там Медведь. А перед этим у меня уже возникло подозрение, что там этот Шаман сейчас рулит.
— Правильно возникло! — усмехнулся наш гость. — Медведь формально главный. Он вождь союза и глава самого крупного клана в нём. Но он полностью находится под влиянием Шамана и делает всё, что тот велит. Они съехали крышей на этой Магии Крови.
— Я слышал, этот ваш Шаман усиленно практикуется в производстве зомби. Это правда?
— Говорят, что так и есть. Особенно пошли слухи, когда они забрали по десять человек у барыг и блатных и якобы казнили в наказание. Но их тел никто не видел. Говорят, что из них Шаман первых зомби и сделал. А после того как ещё их выгнали, — Савков обвёл рукой Генриха и его товарищей. — Много раненых осталось. Их захватили в плен и явно не лечили. Но никого не хоронили. Где они? Никто не знает! Хотя про тех первых говорили, что их просто заперли в подвале красного штаба и прокачивают на них магию. Ну и всё остальное.
Каждая новая порция информации заставляла меня удивляться всё больше и больше. И чего греха таить, пугала тоже основательно. Как многого, оказывается, я ещё не знал про Игру. Впрочем, никто не знал. И никто не мог даже представить, какие ещё сюрпризы нам приготовил искин. Тех, что уже были, хватило бы как минимум на год, а то и больше. Но моя прокачанная интуиция подсказывала: Система на сегодняшний день показала всего лишь верхушку айсберга, с которым столкнулось человечество, дрейфуя по волнам эволюции. Айсберга, созданного самими людьми. И подводная его часть была явно во много раз больше и страшнее видимой.
— Скажи лучше, добрый человек, сколько у них там бойцов? — Генрих вернул разговор в русло планирования нового штурма.
— Всего около семисот. Но может, я чего-то не знаю. Возможно, Шаман уже своих зомби под ружьё поставил.
— Если семьсот, то почему так мало нас встречало?
— Вероятность, что вы попрёте через центральные ворота, была маленькой. Думали, что вы хитрее и что-нибудь неожиданное предпримете.
После этих слов мне стало как-то неудобно, а Савков продолжил:
— Поэтому тут чуть больше двухсот человек поставили. Причём из них половина новые. А главные силы охраняют штаб. Там двести самых прокачанных и преданных Медведю. И ещё сотня таких же в резерве. Готовы ввязаться в замес в любом месте точки. А остальных перемешали и раскидали по воротам. Тут больше, на другие поменьше. Новых половина в этих группах.
— Каких новых?
— Ну
— Что за идеи? — спросил Соломоныч.
— Да там больше Шаман бредит…
— Давайте об этом потом поговорим, — Генрих заметно нервничал. — Если там семьсот человек, то, возможно, большая часть их сейчас сюда бежит. Надо готовиться к обороне.
— Не надо, — улыбнулся Савков. — Они за Точку не выйдут. Уверены, что если её покинуть, то начнётся процесс и сумасшествия не избежать даже после возвращения. Поэтому тут вообще не переживайте!
— Из твоих слов выходит, что если мы нападём недостаточно эффективно, то против нас будут биться семьсот человек, но если сразу же дадим красным жару, то двести пятьдесят разбегутся, и нам будет противостоять только четыреста пятьдесят. Я правильно тебя понял?
Слова Генриха, видимо, смутили нашего гостя и тот поспешил внести уточнение:
— Я это не обещаю! Но так очень даже может быть.
— Значит, надо сделать всё возможное, чтобы эти двести пятьдесят человек разбежались! И мы это сделаем! — мне очень хотелось поднять настроение и боевой дух у своих товарищей. — Скажи, Виктор, какие у Медведя и Шамана слабые места? Ну если знаешь, конечно.
— Трудно сказать. Шаман очень скрытный. Ничего никогда не говорит особо. Он сильно на этой Магии Крови помешан. Ну и вообще на магии. Ничем больше не интересуется. Не знаю даже, какие у него слабые места.
— Ну так вот это и есть его слабое место! Магия! Сюда и будем бить!
— Ты тоже можешь использовать Магию Крови?
Я выдержал паузу и спросил:
— Скажи, ты хочешь пойти с нами за стену и драться с Шаманом и Медведем?
— Нет, — Савков покачал головой. — Если заставите, то пойду. Но не хочу.
— Мы не будем тебя заставлять. Я даже приму тебя после нашей победы в свой клан, чтобы ты мог жить где угодно. Но разреши, я не буду тебе говорить, как планирую использовать магию.
— Понимаю, — наш гость облегчённо вздохнул, видно, очень ему не хотелось идти с нами на Точку.
Мы распрощались с заместителем главы клана «Братство Кровавого Орла», и он покинул наш временный штаб.
— Ну давай, Макс, колись, что придумал? — Соломоныч смотрел на меня с любопытством и готовностью услышать что-то необычное. — Чем будешь с их магией биться?
— Ею же и буду. Магией!
— Ты тоже прокачал Магию Крови? — с удивлением и восхищением воскликнул Сибиряк.
Я выдержал паузу, многозначительно ухмыльнулся и сказал: