В огненном кольце
Шрифт:
Полковник в отставке И.И. Геллер, бывший начальник политотдела Ленинградской армии противовоздушной обороны вспоминает такой эпизод. Г.С. Зашихин в конце ноября 1941 года пригласил его поехать на батарею, которая занимала огневую позицию на Марсовом поле.
Приехали они в тот момент, когда батарея вела огонь по двум пролетавшим над городом "мессершмиттам".
– Ну как, комбат? - спросил Зашихин, когда закончилась стрельба.
– Израсходовано 16 снарядов, сбитых самолетов нет, - упавшим голосом доложил комбат.
– Соберите трубочных, -
Их было восемь - по два на орудие. Специальным ключом они устанавливали на дистанционном взрывателе снаряда время его полета. Ошибка на одно деление - и снаряд разрывается выше или ниже расчетной точки.
Генерал проверил работу трубочных. Итог оказался неутешительным: многие допускали ошибки. Тогда он сам взял ключ и сказал: "Смотрите". Один за другим он брал снаряды, ключом устанавливал скомандованную величину и передавал их заряжающим. 30 секунд - десять снарядов!
– Проверьте, - говорит генерал.
Бойцы восхищались результатом: при таком темпе ни одной ошибки.
– Тренироваться! - приказал генерал. - Каждый день по несколько раз. Записывать результаты каждого трубочного, следить за точностью работы.
Потом он беседовал с командирами.
– Первый же залп должен быть поражающим, - потребовал генерал и стал объяснять, как этого достигнуть{100}.
Беседа генерала с бойцами и командирами оставила большой след в подразделении. Она помогла сделать более целеустремленными тренировки зенитчиков, улучшить их боевую работу.
Прошедшие партийные собрания и совещания повернули всех командиров лицом к воспитательной работе в подразделениях. Естественно, что в превращении каждой батареи, эскадрильи, роты в центр партийно-политической работы главную скрипку были призваны играть политработники. Проанализировав их состав в подразделениях, политотдел 2-го корпуса ПВО пришел к выводу, что в первую очередь необходимо организовать систематическую учебу для политработников - политическую и военную, потому что многим из них не доставало знаний и опыта.
За полгода войны произошла большая передвижка политработников, особенно низшего звена. Из числа военкомов батарей были выдвинуты на высшие должности 32 человека, на командную работу - 26, переведено в другие соединения - 73. Многие выбыли по ранению.
Военком батареи политрук П. Я. Кочетков, например, стал командиром батареи, политрук М. И. Мороз, награжденный за зимние бои 1939-1940 гг. орденом Красного Знамени, выдвинут военкомом 2-го зенитного пулеметного полка.
За полгода политсостав в корпусе обновился на 85 %, причем 60 % военкомов батарей, политруков рот и отрядов прибыли из запаса или выдвинуты из числа заместителей политруков и младших командиров, имевших среднее образование и опыт политической работы{101}. В этом также проявилась особенность блокадной обстановки.
Стабилизация фронта позволила наладить учебу политработников, хотя трудностей встречалось не мало. Использовались все возможности для вооружения их опытом организации политико-воспитательной работы в подразделении. Для них читались лекции,
В зенитных полках в те дни родилась и такая форма политико-воспитательной работы, как красноармейские конференции. На них присутствовали представители от всех батарей и рот. Все заранее знали, о чем будет идти разговор, готовили свои предложения. С докладами выступали старшие начальники.
Красноармейские конференции и собрания прошли во всех частях. Они способствовали повышению чувства ответственности у воинов, помогли им лучше понять задачи и свою роль в защите города.
Приближался праздник - XXIV годовщина Великой Октябрьской социалистической революции. Праздник в трудных условиях блокады, в городе, который подвергался постоянным бомбежкам и обстрелам. Командование, политотделы корпусов поставили задачу: 6 и 7 ноября в каждом подразделении должны находиться представители от штаба корпуса или полка, побеседовать с воинами, позаботиться об их быте и отдыхе.
Накануне праздника Военный совет фронта наградил орденами 17 летчиков, отличившихся в боях. Ордена Ленина удостоились старший лейтенант Арсений Алексеевич Дмитриев и лейтенант Николай Федорович Кузнецов, ордена Красного Знамени - старший лейтенант Василий Тимофеевич Щербак, младший лейтенант Александр Петрович Савченко и другие. В авиационных частях по этому поводу состоялись митинги{102}.
Во всех частях политработники провели беседы о ночном таране, который совершил в ночь на 5 ноября над Ленинградом летчик младший лейтенант Алексей Тихонович Севастьянов.
Политотдел 7-го истребительного авиационного корпуса издал альбом рисунков А. Яр-Кравченко. Художник с самого начала войны находился в полках, на аэродромах, жил вместе с авиаторами в землянке. Многие рисунки он делал прямо у самолета, сразу после возвращения летчика из боя. Поэтому на рисунках летчики запечатлены одухотворенными, энергичными, волевыми.
Редакция газеты "Атака" издала открытки с портретами летчиков, особо отличившихся в боях - Героев Советского Союза М.П. Жукова, Н.Я. Тотмина, П.Т. Харитонова и других. Это были работы художников А.Яр-Кравченко, Н. Пильщикова, фотожурналиста Р. Мазелева.
Политотдел 2-го корпуса ПВО издал сборник стихов о воинах ПВО под названием "Тревога". Выпуск альбома и сборника в период блокады был трудным делом. Оба издания пользовались в подразделениях большим спросом.
Накануне праздника в частях проходили встречи воинов с рабочими ленинградских предприятий. В эскадрильях 26-го истребительного авиационного полка побывала делегация завода "Большевик". В землянках, у самолетов с авиаторами беседовали знатный сталевар, участник гражданской войны тов. Мамаев. Он рассказывал о заводе, о своих товарищах, о положении в городе. Рабочие вручили авиаторам подарки{103}.