В объятиях заката
Шрифт:
— Хорошо. Я разденусь, а ты можешь плавать в сорочке.
Ее глаза вспыхнули, как кометы.
— Я не умею плавать, — сказала она капризно.
Только недавно она научилась кокетству. Она не знала, что это так называется и даже что именно она делает. Она только знала, что когда она капризничает и заставляет его добиваться своего долго, то их объятия нравятся ему еще больше. Она повернулась к нему спиной и направилась в другой конец фургона.
Он обхватил ее руками сзади, прижал грудь к ее спине, а бедра к ее ягодицам. Одной
— А потом мы будем делать что-то, что ты умеешь делать. Ты ведь умеешь, а?
— Хмм, — промурлыкала она, кивая. — Ты научил меня, как это делается. — Она повернулась к нему лицом, и на несколько долгих минут они застыли в поцелуе, в котором участвовали не только их губы, но и тела. Ее грудь прижалась к его груди, животом она потерлась о затвердевшую выпуклость в его брюках.
— Черт побери! — Он оторвался от нее. — Ты права, здесь чертовски жарко. Давай возьмем Ли и пойдем на берег.
Он вывел ее из фургона за руку, и, пока они искали Ли, Росс удивлялся, что даже мысль о сексе стала доставлять ему такое удовольствие.
На следующее утро, когда Лидия проснулась, он еще спал. Они провели вместе весь вечер. Сначала целый час плескались на отмели с Ли. Потом Росс поплыл и нырнул. Она испугалась до смерти — ей показалось, что прошло пять минут, а он все не появлялся. Она громко звала его, прижимая к себе Ли, и вглядывалась в отражающую лучи заката поверхность воды, когда ее неожиданно ущипнули и Росс вынырнул из воды, как морское чудовище.
— Ой, я готова убить тебя. — Она шла за ним, борясь с течением и скользкими камнями, стараясь не упустить Ли, который с ликованием бил по воде ручками и ножками, впервые за весь день почувствовав прохладу.
— Лучше поцелуй меня, — засмеялся Росс над ее водными упражнениями. Он схватил ее скользкие руки и притянул к себе. Прижавшись друг к другу губами, они стояли в холодном потоке, наслаждаясь теплом своего поцелуя. Ли был зажат между ними. На него не обращали внимания. — А знаешь, — сказал Росс, когда его рот освободился, — купание в сорочке имеет свои преимущества.
Она посмотрела вниз — на облепившую тело сорочку, которая больше открывала, чем скрывала. Розовые соски соблазнительно выделялись. Вдруг ножка Ли задела кружевной край сорочки и стянула ее с груди. Белая влажная кожа блестела в вечернем свете солнца, гладкая, как мрамор.
Этого Росс уже не мог вынести. С легким стоном он подхватил руками ее грудь, освободил от рубашки и припал к ней губами. Он поцеловал гладкие полушария, затем взял сосок губами и слегка потянул, описывая языком вокруг него круги.
— Росс, Росс! — Слезы любви и счастья навернулись на глаза Лидии. Она хотела, чтобы это мгновение длилось вечно, но почувствовала бедром, что Росса охватывает возбуждение. Она положила руку ему на Щеку и любовно отодвинула его голову.
— Мы не так далеко от лагеря. Нас могут увидеть, да и Ли здесь.
В
— Я думаю, Ли не прочь поужинать. Да и я тоже.
Он взял у нее ребенка и всю дорогу до лагеря нес его на руках, прижав к груди. И снова Лидии хотелось плакать от счастья, что у нее есть они оба.
Лидия смотрела на спящего мужа и благодарила Бога за то, что он дал его ей. Словно в наказание себе, она опустила взгляд и вспомнила про Клэнси. Когда он придет опять?
Он появился в то же утро, как только Росс ушел за водой.
— Доброе утро, миссис Коулмэн, — протянул он.
Лидия, не желая показывать ему свой страх, медленно повернулась и посмотрела на него с холодным презрением, которое всегда приводило его в бешенство. Она ничего не сказала.
— Ты нашла?
— Да.
Его глаза жадно заблестели, но она не двигалась.
— Ну, ты, глупая сука, пока никто не видит, неси их мне сюда.
— Я не могу. Они слишком хорошо спрятаны. Нужно время, чтобы достать.
Он раздраженно выругался и едва сдержался, чтобы не закатить ей пощечину. Но лагерь начинал просыпаться, и он знал, что ему не следует привлекать внимание.
— Тогда сегодня вечером.
— Только не здесь.
— Возле загона, когда все поставят туда лошадей на ночь.
Она кивнула, и он повернулся, чтобы прокрасться между деревьями. Прежде чем уйти, он обернулся:
— Ты смотри приходи, тебе же лучше будет.
Она опять кивнула.
Этого заката она боялась.
Но он наступил, бледно-лиловый, малиновый и золотой. Ужин ждал Росса, когда он вернулся с работы. Это было не просто, но ей удалось достать кошелек с драгоценностями после обеда.
Настроение ожидания и предвкушения носилось по всему каравану. Всего через несколько дней они прибудут на место. Скаут предполагал, что они пересекут Красную реку через два дня. Затем примерно еще три — до Джефферсона. Некоторые поедут дальше, но в Джефферсоне они расстанутся. Все уже обменивались адресами родственников, куда можно написать, пока у них не появятся постоянные адреса.
Росс после ужина пошел поговорить с Грейсоном. Ма взяла Ли на прогулку и остановилась поболтать с миссис Симс, которая подошла со своими близнецами. Лидии удалось незаметно ускользнуть к загону.
Она шла прямо и с достоинством, несмотря на то, что замирала от страха. Избавится ли она от Клэнси после этого? Она надеялась, что он мертв, — и вот теперь он восстал, чтобы терзать ее снова. Ей не хотелось отдавать Клэнси драгоценности покойной жены Росса. Но еще больше ее тревожила мысль о том, что их могут найти у Росса. Конечно, если Клэнси получит такую ценность, он уедет и никогда больше не будет их беспокоить.