В объятиях врага
Шрифт:
– Верно, – скорбно согласился Фрэнсис. – Никто не знает, сколь тяжела доля холостяка. Я сам до сих пор об этом не догадывался!
– Тяжкая доля? Твоя тяжкая доля из области преданий, Фрэнсис Маклин! – воскликнула она, пытаясь оттолкнуть его.
Фрэнсис засмеялся и вновь привлек ее к себе.
– А ты часом не ревнуешь к моему прошлому, дорогая? – мягко спросил он. – Причин для этого нет, клянусь тебе.
Слова Элизабет Макинтайр эхом отозвались в голове у Энн. Был ли он когда-нибудь в постели вместе с ней? Ласкал ли ее своими искусными руками?
Но вспышка ревности
Со счастливым вздохом Энн прижалась к нему:
– Нет, любовь моя… я думаю только о нашем будущем.
28
На следующий день в Кеймри с самого утра царила страшная суета. Энн сбилась с ног, разыскивая Кэт: и Камероны, и Макдоннеллы должны были прибыть с минуты на минуту, а одна из горничных по глупости перепутала комнаты и поселила Эдвина Гранта в восточном крыле, предназначенном для Камеронов. Переселять гостей, конечно, было очень хлопотно, но Энн твердо решила, что должна учиться исполнять обязанности хозяйки дома.
Повернув за угол коридора, она удивленно застыла на месте при виде мальчика лет десяти, который поднимался по лестнице. За ним шел другой мальчик, на несколько лет старше, и остановился у подножия лестницы.
– Прошу прощения, сударыня, мы, кажется, еще незнакомы. Я уверен, что запомнил бы вас, если бы мы раньше встречались, – учтиво сказал он, поднявшись к ней.
Не успела Энн ответить, как входная дверь распахнулась, и появился Фрэнсис в компании высокого незнакомого мужчины с золотисто-каштановыми волосами. Мгновенно оценив расстановку сил, Фрэнсис подошел к лестнице, в его глазах загорелся плутовской огонек.
– Эй, вы трое, спускайтесь сюда! – позвал он. – Энн, я хочу представить тебе этих господ, которых я обменял на тебя прошлой весной. Мои племянники: вот это Уилл, а тот, что помладше, – Эван. А это Джейми Камерон. Господа, позвольте представить вам Энн Маклин – мою жену.
Наступило потрясенное молчание. Красивое лицо Уилла вспыхнуло, Эван смотрел на нее круглыми, как блюдечки, глазами. Энн совершенно растерялась. Она ожидала совсем не такой встречи с Камеронами.
– Фрэнсис, как ты мог?! – раздался голос Дженет, которая вошла вслед за мужем. – Жениться, не дождавшись приезда своей родной сестры!
Она решительно устремилась вверх по лестнице, Энн двинулась к ней, они встретились посредине и обнялись.
– Энн, дорогая, это же замечательно! Теперь у меня есть сестра! – Дженет обернулась и бросила испепеляющий взгляд на лучащееся улыбкой лицо брата. – Знаешь, Фрэнсис, я много лет ждала твоей свадьбы. Но неужели ты не мог подождать еще один день?
Фрэнсис оперся локтем на резной столбик перил.
– Я решил, что лучше покончить с официальной стороной дела, пока лорд Роберт не присоединился к церемонии. Но я с удовольствием повторю ее, если пожелаешь.
Джейми Камерон тоже подошел к лестнице и широко улыбнулся.
– Спускайтесь сюда, милая, я хочу
Энн неуверенно взглянула на Камерона, ища в его лице признаки враждебности. Она страшилась первой встречи с мужской половиной семейства Камерон, прекрасно понимая, что у них есть веские причины ненавидеть Гленкеннона. Когда она преодолела последние несколько ступеней, Джейми раскрыл ей объятия.
– Так вот она – та самая девица, из-за которой разгорелся весь сыр-бор! – шутливо заметил он. – Извините за столь нескромное любопытство, но мне не терпелось познакомиться с женщиной, без которой наш Фрэнсис не может жить. Добро пожаловать в семью!
Эти слова и сопровождавший их взгляд вызвали у Энн горячее чувство признательности.
– Вы ошибаетесь, все как раз наоборот, – сказала она с застенчивой улыбкой.
Юный Эван представился, чинно склонившись над ее рукой, как настоящий взрослый кавалер, один только Уилл держался особняком. В суматохе знакомств и приветствий никто не заметил, как он бочком отходит в сторону, но Энн почувствовала на себе его взгляд и обернулась. Она успела прочитать в его глазах неприкрытую враждебность, прежде чем он отвернулся.
– Уильям, я рада наконец встретиться с тобой, – поспешно произнесла она. – Фрэнсис так много рассказывал о тебе и Эване, что мне кажется, будто я давно вас знаю.
– Ну, я не могу утверждать, что знаю вас, но зато я имел честь познакомиться с вашим отцом. – Мальчик посмотрел на нее с откровенным презрением. – У меня в голове не укладывается, как Фрэнсис мог так обмануться!
– Уилл! А ну-ка веди себя прилично! – возмутился Фрэнсис.
– Но я говорю правду! Она дочь Гленкеннона, и если все вы забыли, как нам жилось в гостях у графа, то я-то хорошо помню. Уж лучше умереть, чем жениться на такой, как она!
Фрэнсис нахмурился и двинулся к мальчику, но Энн схватила его за рукав.
– Не надо, Фрэнсис. Я хорошо понимаю, что он чувствует. Признаться, чего-то подобного я ожидала от всех членов твоей семьи. – Она опять повернулась к Уиллу. – Я знаю, у тебя остались скверные воспоминания о человеке, которого ты называешь моим отцом, Уилл. Но, поверь, это ничто по сравнению с тем, что вспоминаю я! Ты оказался в его власти на несколько коротких недель, а я прожила под его гнетом всю свою жизнь. Ты не смог бы рассказать мне ничего нового о его жестокости. Ничего такого, что могло бы меня удивить.
Уилл неуверенно отвел глаза, не выдержав ее упорного взгляда. На несколько мгновений воцарилось неловкое молчание, затем Энн как ни в чем не бывало повернулась к Кэт.
– Вы не покажете Камеронам приготовленные комнаты? Я уверена, что они захотят расположиться там как можно скорее. А теперь прошу меня извинить: я должна еще отдать кое-какие распоряжения.
Бросив напоследок многозначительный взгляд на Дженет, Энн подобрала юбки и побежала вверх по лестнице. Разумеется, она ничего другого не ожидала от семьи и друзей Фрэнсиса – да нет, если говорить по правде, она ожидала гораздо худшего! «Но я им еще покажу, – мысленно поклялась себе Энн. – Я им покажу, что не имею ничего общего с Гленкенноном!»