В мышеловке
Шрифт:
Отступив назад, я окинул взглядом комнату. Особо ценных вещей в ней не было. Несколько картин на стенах — явные копии.
— Чудесно, — заявил я с восхищением, поворачиваясь снова к Херрингу. — Неповторимый стиль. Настоящий мастер! — Апдайк прямо сиял. — Вам нужно остерегаться грабителей, — посоветовал я.
— Слышишь, милая, — засмеялся он, обращаясь к жене, — что говорит молодой человек? Нам нужно остерегаться грабителей.
Она на секунду оторвалась от экрана и посмотрела на меня отсутствующим
Апдайк потрепел Сару по плечу:
— Объясните вашему другу, что грабители нам не страшны.
— Почему? — спросил я.
— У нас дом на сигнализации.
Джик и Сара точно так же, как раньше я, посмотрели по сторонам и не обнаружили ничего такого, что стоило бы украсть. Апдайк следил за их взглядами — и на глазах расцветал.
— Показать этим молодым людям наши маленькие сокровища, милая?
Милая не повела и бровью. Телевизор кудахтал металлическим смехом.
— Очень интересно, — подзадорил я.
Он хитро усмехнулся, как человек, который хочет показать вещь, действительно заслуживающую внимания. Сделав два-три шага, он остановился возле одного из темных буфетов, как бы вмурованного в стену. Широким жестом он распахнул двустворчатые двери. Внутри было шесть глубоких полочек, и на каждой из них по нескольку мастерски выполненных изделий из жадеита — кремово-белые и бледно-зеленые, полированные, причудливые, дорогие. Каждое изделие на массивной подставке. Освещенные электрическими лампочками, они выглядели просто изумительно.
У нас вырвались возгласы восхищения. Норман Апдайк заулыбался.
— Гонконг, конечно, — пояснил он. — Понимаете, я много лет работал в Гонконге. — Он передвинулся к следующему буфету, раскрыл дверцы, и там снова оказались полочки и новые изделия. Такие же красивые.
— Жаль, что я не очень разбираюсь в жадеите, — проговорил я извиняющимся тоном, — и не могу оценить коллекцию.
Он много рассказал нам про свои драгоценности — может, даже больше, чем нам хотелось знать. У него было четыре буфета в спальне, а столовая и холл просто заставлены жадеитом.
— В Гонконге его отдают за гроши, а я проработал там больше двадцати лет.
Мы с Джиком переглянулись, и я кивнул. Джик сразу же стал жать руку хозяину, говоря, что нам пора идти. Апдайк вопросительно посмотрел на супругу, все еще сидевшую у телевизора. Заметив, что она даже не повернулась в нашу сторону, он добродушно пожал плечами и повел нас к выходу.
Когда наружная дверь открылась, Джик и Сара вышли, оставив меня в холле наедине с хозяином дома.
— Мистер Апдайк, в галерее… кто именно продал вам Херринга?
— Мистер Грей, — ответил он сразу.
— Мистер Грей… Грей… — нахмурился я.
— Ну, такой приятный мужчина, — широко улыбнулся Апдайк. — Я признался ему, что мало понимаю в живописи, но он заверил меня,
— Следовательно, вы рассказали ему о своей коллекции?
— Разумеется… Понимаете… Если вы не разбираетесь в чем-нибудь конкретном, то стараетесь показать, что знаете что-нибудь другое. Ведь это свойственно всем людям…
— Верно, всем людям, — повторил я. — Скажите, как называлась галерея мистера Грея?
— А, — казалось, он даже немного растерялся, — вы же сказали, что именно он рекомендовал вам посмотреть мою картину?
— Я бываю в стольких галереях, что позабыл, какая именно меня направила к вам.
— Галерея изобразительных искусств «Руа-Пегу». Я ездил туда на прошлой неделе.
— Куда «туда»?
— В Веллингтон. — Улыбка исчезла с его лица. — Послушайте, что все это значит? Зачем вы сюда приехали? Мне кажется, вы вовсе не знаете мистера Грея.
— Нет, — признался я. — Но, мистер Апдайк, мы хотим предостеречь вас. Мы действительно художники, мой друг и я. После того как мы увидели вашу великолепную коллекцию жадеита, наш долг рассказать вам, что люди, имеющие подобные ценности, были ограблены вскоре после того, как приобрели картину… На вашем месте я проверил бы, исправна ли сигнализация в вашем доме.
— Но… Бог ты мой…
— Существует шайка преступников. Они следят за продажей картин, а потом грабят дома покупателей. Думаю, они рассуждают так: если кто-то может позволить себе приобрести Херринга, то у него наверняка есть что украсть…
Он смотрел на меня со все возрастающим пониманием.
— Вы хотите сказать, молодой человек, что я, рассказав мистеру Грею про жадеит…
— Думаю, — прервал я его, — вам есть смысл прибегнуть к большим, чем обычно, мерам предосторожности.
— И… на какой срок?
— Не знаю, мистер Апдайк. Может быть, и на достаточно долгое время.
Его круглое веселое лицо приобрело выражение серьезной озабоченности.
— Вы приехали сюда, чтобы рассказать об опасности. Зачем вам такие хлопоты?
— Я согласился бы на куда большие хлопоты, чтобы уничтожить их подлую шайку. Мой кузен приобрел в Австралии картину. Его дом в Англии был ограблен. Жена кузена застала преступников в доме, и они зверски ее убили.
Норман Апдайк посмотрел на меня долгим взглядом. Я не мог скрыть от него гнев, который кипел во мне, даже если бы и постарался. Он содрогнулся.
— Просто счастье, что вы не против меня!
Я с трудом заставил себя улыбнуться.
— Мистер Апдайк! Пожалуйста, будьте осторожны! Когда-нибудь, возможно, и полиция придет посмотреть на вашу картину и спросить, где вы ее приобрели… Во всяком случае, если я взялся, надеюсь, так оно и будет.