В миру
Шрифт:
– Да как какое, ты посуди, кто ж после него есть будет?
– Не хотите, не ешьте, – хмыкнул мент.
Любка
– Не, ну командир, ну родимый ты мой, – взмолился Виктор. – Ты по-людски то рассуди? Ну мы с земелей потерпим, есть не будем, но дед-то… Дед вон лежит на шконаре, отходит, как его пищи лишить, это ж враг до такого не додумается. Он же больной, ему хавчик дозарезу необходим – витамин-нуклеин, ты че, сержант?!
– А кто его лишает приема пищи? – упирался тугодум-тюремщик.
Виктор всплеснул руками:
–
Сержант – обычный дурачок, отслуживший недавно в армии, и только благодаря ей и выбившийся из клопов в блохи, не понимал почему дед не сможет, как это говорят в армии, «принимать пищу». И все же он колебался. Он будто чуял, что Любку за едой посылать не стоит, но понять почему – объяснить это себе, не мог. Изменить же решение для него было сродни потере вельможного дембельского лица.Сержант медлил. Медлил и Викто
Конец ознакомительного фрагмента.