В ловушке
Шрифт:
— Н-Н-но я не понимаю. Это бессмыслица.
Я пожала плечами.
— Он хотел сблизиться с тобой. Я знаю, что это неправильный способ, далеко не так, но я думаю, что это мило.
Его румянец стал сильнее.
— Значит, ты ему совсем не нравишься?
— Нет, и он попросил меня поговорить с тобой и сказать, что хочет пригласить тебя на свидание.
— Пригласить меня на свидание? — Сказал он высоким голосом, широко раскрыв глаза. — Я… я не знаю.
— Он тебе нравится? Ты сказал, что он милый.
Он заерзал, уставившись на свои туфли.
— Он
— Ну, подумай об этом. Вы двое были бы хорошей парой.
Он одарил меня сдержанной улыбкой.
— Если ты так думаешь.
— Я так думаю. Он также любит музыку и поет, как ты видишь, и он как-то сказал мне, что он ярый фанат «Звездных войн». Прямо как ты!
— Правда? Это потрясающе. — Отсутствие волнения в его голосе вызвало у меня спазм в животе.
Я хорошо знала, откуда взялась эта мягкая реакция, но я старалась не думать об этом. Я не могла ожидать, что он будет в восторге от Маркуса, но я надеялась, что он найдет кого-то, кто сможет ответить ему взаимностью.
Я подавила новую волну вины и сосредоточилась на мисс Донован. Шелли только что закончила свою песню, и всем нам пора было репетировать для выступления на фестивале.
Маркус часто поглядывал на Кевина, но Кевин постоянно пялился на свои ботинки, напевая без всякого энтузиазма, и я чувствовала себя ужасным другом. Мы закончили песню, и мисс Донован объявила об окончании. Желая подбодрить Кевина, я вышла из класса вслед за ним, но учительница окликнула меня.
— Джессика, можно мне минутку твоего времени?
Я сцепила руки. Я забыла, что должна была сообщить ей о своем решении по поводу моего соло.
— Конечно. — Я взглянула на Кевина и широко улыбнулась ему. — Увидимся вечером. — Один из друзей Хейдена устраивал вечеринку, и мы все были приглашены.
Он кивнул, улыбнувшись, и выбежал из класса. Я поймала взгляд Маркуса и прочитала вопрос в его глазах, и пожала плечами. Кевин не отказался пойти с ним, но он также не согласился.
Мисс Донован повернулась ко мне лицом, когда класс опустел.
— Ну что, ты приняла решение?
Я прикусила внутреннюю часть щеки, когда мой пульс участился. Я чувствовала, что стою на распутье, и мое решение определит, кем я буду: трусом или бойцом.
У меня болел живот, когда я представляла себя там, совсем одну перед всей школой, делающей то, чего я боялась все эти годы. Это был бы самый ужасный опыт в моей жизни, который мог бы привести к окончательному позору, от которого я не смогу оправиться.
С другой стороны, побег от этого заставил бы меня быть трусихой. Это помешало бы мне двигаться вперед и действительно сделать что-то важное в своей жизни. Я не смогла бы стать певицей, если бы не смогла посмотреть в лицо своим страхам. Мне пришлось бы попрощаться со своей мечтой и жалеть об этом всю оставшуюся жизнь.
Я хотела противостоять своим страхам. Я умирала от желания избавиться от них. Это могло оказаться худшим решением в моей жизни. Это могло оказаться лучшим решением, которое я когда-либо принимала.
Следуй
Я сглотнула желчь, подступившую к горлу, и подняла голову, чтобы посмотреть на нее.
— Да, — ответила я дрожащим голосом. — Я буду петь соло.
Ее глаза наполнились гордостью.
— Превосходно! Это лучшее решение, которое ты могла принять, Джессика. Позволь себе сиять.
Я улыбнулась ей в ответ, но внутри я была в полном ужасе. Как я заставлю свой голос работать перед аудиторией, было выше моего понимания.
Я просто надеялась, что приняла правильное решение.
ГЛАВА 13
Водитель Uber подъехал к одной из многих машин, припаркованных на подъездной дорожке большого трехэтажного дома. Я вышла, думая о сеансе, который у меня был с Сьюзен ранее. Я рассказала ей о своем решении выступать в одиночку, и она похвалила меня за то, что я взяла на себя ответственность за свою жизнь. Она была уверена, что я смогу выступить, когда придет время. Как бы мне ни хотелось разделить ее энтузиазм, большинство сценариев, которые придумал мой мозг, были нехорошими.
Она была уверена, что соло повысит мою уверенность в себе и улучшит то, как я себя вижу, и где-то в глубине души я знала, что это может быть способом справиться с моей ненавистью к себе. Если я смогу доказать себе, чего я действительно стою, я бы, на этот раз, наслаждалась быть собой.
Она также дала мне домашнее задание. Она сказала мне посмотреть в зеркало и найти одну положительную вещь на каждую отрицательную вещь, которую я увижу в себе, и записать ее. Я так и сделала, и оказалось, что у меня больше черт, которые мне нравятся, чем я думала. Я приклеила список к зеркалу, решив сосредоточиться больше на позитиве, чем на негативе.
Я посмотрела на свое отражение в компактном зеркальце, когда водитель Uber уехал, и улыбнулась. Мои голубые глаза выделялись подводкой и смесью светлых и темных теней, которые делали их больше. Тонкий слой румян придал цвет моему прекрасному лицу, в то время как нежно-розовая помада покрывала мои губы. Я была одета в черные джинсы, черные туфли на каблуках высотой пять дюймов и цветочную рубашку с низким вырезом и поясом, которая скрывала мои боковые складки и подчеркивала мою большую грудь.
Я выглядела прекрасно. Я достала телефон из сумочки и сделала несколько селфи, улыбаясь в камеру. Я выбрала последнюю фотографию и выложила ее в Instagram, чувствуя себя необычайно уверенно.
Подожди, пока Блейк увидит тебя. Подожди. Что?
Я сжала телефон. После вчерашнего «почти поцелуя» мой разум играл со мной злые шутки, заставляя думать о нем и его поцелуе. Не помогало и то, что он хорошо целовался и был невероятно красив, что вообще не должно было иметь значения. Он был моим задирой. Мне нужно было это запомнить. Моим мучителем и больше ничего.