В ловушке
Шрифт:
«Ага. Он сказал кое-что странное»
«Что?»
«Что я его спусковой крючок. Ты знаешь, что это может значит?»
«Не совсем. Хейден не сказал мне много, за исключением того, что он никогда не встречается.»
Это конечно же очевидно, учитывая, как он меняет своих девушек. Она отправила еще один текст, прежде чем я смогла ответить ей.
«У меня есть теория.»
Удивила, у меня было больше их, чем я могла сосчитать, и каждая
«Стреляй.»
«Я думаю, что с ним что — то случилось, что мешает ему влюбиться в кого — либо.»
Я смотрела на сообщение, и мысленно вернулась в школьный спортзал на пару месяцев назад, когда я нашла, как он в одиночестве плачет. Это был момент, который изменил мой взгляд на него, и тогда я услышала, как он упомянул имя девушки, которое пробудило мое любопытство. Эмма. Это имеет какое-то отношение к ней?
Новый текст Сары выскочил на моем экране:
«Я кое-что заметила.»
«Да?»
«Я думаю, что он подвергался насилию, потому что ему не нравится, когда его трогают сзади.»
Я нахмурилась, и стала вспоминать каждую свою встречу с Блейком, но я не смогла найти ничего, что подтвердило бы ее слова.
«С чего ты взяла?»
«Помнишь, когда я хотела поговорить с ним насчет тебя? Он вышел из себя, когда я коснулась его плеча.»
«Ты думаешь, что это признак какой-то травмы?»
«Это возможно.»
«Как насчет фобии?»
Она нахмурилась, глубоко задумалась, прежде чем набрала новое сообщение.
«Как фобия прикосновения?»
«Ага.»
Кто знает? Я думала об этом, весь день, но я не смогла соединить точки. Даже если бы он подвергался насилию, это не оправдывало того, как он относился ко мне. Это означало, что он возложил на меня вину за то, что не имело ко мне ничего общего, и это было непростительно. Я не заслужила его гнева.
История США собиралась дать мне больше времени с Блейком, и не помогало то, что у нас назначена отработка сразу после этого. Мне пришлось пройти рядом с его шкафчиком по дороге в класс, и мое сердцебиение ускорилось, прежде чем я даже заметила, как он прошел к нему. Я ускорила свой темп, чтобы пройти мимо, но потом я остановилась. Это может быть мой шанс отдать ему деньги за телефон.
Мой желудок скрутило узлами, и я хотела сбежать, но я вспомнила лицо моей мамы, когда она давала мне деньги. Это было либо отдать ему деньги, либо умереть, пытаясь. В итоге я заставила мои неустойчивые ноги двигаться, прежде чем я потеряю, толику мужества, что собрала. Как будто я шла прямо в логово льва, и я не знала, что в конце концов ждет меня.
Я остановилась на безопасном расстоянии и вытащила деньги из кармана.
Мои предательские глаза скользили
Глупая, глупая я.
Я потянула в конце своей рубашки, не забывая, чтобы втянуть свой живот.
— Блейк, — крикнула я, и мышцы спины стали жесткими. Я сглотнула, сжимая деньги в руке.
Я не должна волноваться. Я абсолютно не должна волноваться.
Он повернулся к о мне с враждебным выражением.
— Блядь, чего тебе надо?
Как бы он ни размазывал меня по стене своим испепеляющим взглядом, мне пришлось мириться с его пренебрежением и быть лучшим человеком на этот раз.
— Я должна тебе за разбитый телефон. — Каждое слово боль. Все во мне сопротивлялось этому. — Так что я хочу отдать тебе деньги.
Мой пульс сошел с ума, когда я приблизилась на два шага ближе к нему и протянула руку с деньгами, молча умоляя его не усложнять это для меня и взять деньги.
Он посмотрел на деньги, как будто не понимал, что, черт возьми, я делаю. Честно говоря, я тоже не понимала, но я разбила его телефон, и мне приходится придерживаться этого.
— Ты отдаешь мне деньги за телефон, — категорически заявил он.
— Да-да. — Моя рука дрожала, и я была уверена, что он мог это видеть. Он наверняка наслаждался этим. — Я-я извиняюсь за то, что так поступила. — Все, я сказала это. Мне удалось принести свои извинения. — Пожалуйста. Возьми деньги.
Он наклонил голову в сторону.
— Ты сожалеешь?
— Да.
Через несколько долгих секунд он потянулся за деньгами, и я встретила его взгляд с облегчением, но также с удивлением, что он не собирается доставлять мне проблемы. Казалось, что все получилось в мою пользу. Я затаила дыхание, когда наши руки встретились, и его прикосновение задержалось на моей коже на секунду дольше, чем необходимо, прежде чем он убрал руку.
Я ожидала, что он положит деньги в карман, но он этого не сделал. Вместо этого он разорвал их на куски, его выражение было пустое, когда он смотрел на меня. Мои глаза расширились, когда он бросил их на пол. Пара учеников остановилась, чтобы увидеть, что происходит, и мое лицо вспыхнуло.
— Ты можешь пойти на хуй, со своими дерьмовыми извинениями.
Эти разорванные деньги были разрывающимися кусочками моего достоинства, брошенными на пол, чтобы быть растоптанными и запятнанными. Мое достоинство всегда было растоптано, но это… Слезы собрались в моих глазах.
— Почему ты такой? — Мой голос дрожал от сдерживаемых слез.
— Ты уже забыла, что я сказал? Тебе не сойдет это с рук так легко.
Слеза сбежала по щеке, и я яростно смахнула ее, злясь на себя за то, что позволила ему увидеть меня такой. Он закрыл свой шкафчик и ушел.