В ловушке
Шрифт:
— Белла, я так рад, что ты в порядке. — Уинтроп прижал её руку к своей щеке, удивив её. — Я понял, когда увидел тебя, что ты удивительная. Такая красивая. Такая решительная. — Уинтроп повернул голову и поцеловал её ладонь; его теплый рот оставил нежелательный отпечаток на её коже. — Я не должен был позволять Совету сдерживать себя. Я… я хотел рассказать тебе так давно. Я… я позабочусь о тебе. Больше не позволю протоколу стоять у меня на пути. Хочу, чтобы мы были намного больше, чем коллеги. Мое положение имеет достаточное влияние,
— Спасибо, что ты нашла способ спасти нас, дала мне время очнуться.
Уинтроп в шоке. Скорее всего он не соображал, что говорил. Ну и самомнение. Невероятное высокомерие. Всё ещё… он её начальник. Белла отодвинулась в нерешительности, её лицо горело, разум искал правильные слова.
Белла сомневалась, что он её так благодарил бы, узнав правду о том, как она поступила, чтобы их спасти.
— Ну разве это не мило.
Белла посмотрела вверх.
Заключенный нависал над ними и смотрел на руку Уинтропа поверх её.
— Вижу, он наконец очнулся.
Уинтроп крепко сжал её руку:
— Кто это?
Воздух завибрировал от угрозы.
Белла с трудом встала на колени.
— Заключенный, это доктор Уинтроп, старший сотрудник нашей миссии. Доктор Уинтроп, это заключенный. Мужчина, который бесчисленное множество раз спасал наши жизни. — Делекатно, насколько это возможно, Белла пыталась освободить свою руку из руки Уинтропа. Но тот не отпускал.
У заключенного раздувались ноздри.
Ева вернулась с водой, её тревожный взгляд метался между мужчинами.
— Я… я хочу поблагодарить вас, мистер… ах, заключенный. Мы ценим все, что вы сделали для нас.
Ева протянула воду Уинтропу, вынудив его выпустить руку Беллы.
Освободившись, Белла встала:
— У тебя были проблемы?
— Ты беспокоилась обо мне, девушка-воин?
Белла ощущала на себе буравящие взгляды Уинтропа и Евы. От этого ей хотелось поджать хвост и бежать. Вместо этого Белла сжала колени.
— Я беспокоюсь за всех нас. Я не хочу, что бы кто-то пострадал.
Осужденный посмотрел на Уинтропа, прежде чем вновь обратил свой взор на нее.
— Иногда боль усиливает наслаждение. — Он поманил Беллу к себе, взгляд был холодным и тяжелым, как и вовремя встречи с тигосом. — На этот раз я покажу тебе, что имею в виду.
— О чем он говорит? — прозвучал яростный голос Уинтропа за её спиной.
— Ты не знаешь? — Холодная полуулыбка исказила лицо заключенного. — В обмен на весь этот героизм и спасение ваших жизней, я беру её.
— Её?
— Твою драгоценную Беллу. Я трахаю. Когда захочу. И как хочу.
Если бы появилась воронка и поглотила Беллу целиком, она бы была благодарна.
— Нет, — возразил Уинтроп почти шепотом. Ева всхлипнула.
Осужденный вновь обратился к ней:
— Ты пойдешь со мной за тот холм или хочешь расплатиться перед ними? Для меня не имеет значения.
Белла подавила подступающую тошноту.
Повзрослев, Белла усвоила что, гордость редко сочетается с выживанием. Она сделала то, что необходимо, и теперь ей стоит двигаться дальше. И всё же часть её печалилась. Независимо от предупреждений заключенного, она продолжала обманывать себя, полагая, что он может быть тем, кем не являлся. В конечном счете не имело значения, что она думала о нем. Он по-прежнему их лучший вариант выбраться отсюда живыми.
— Я иду с тобой. — Не глядя на коллег, она пошла вперед.
— Белла, нет, — закричал Уинтроп. — Ева, останови её.
Ева только громче заплакала.
Впервые Белла испытала жестокое желание, чтоб Уинтроп оставался без сознания. У нее было сильное ощущение, что ничего бы не случилось, если бы он не очнулся.
— Тебе не нужно ложиться под этого ублюдка. — В голосе Уинтропа звучало разочарование от своей беспомощности. — Мы можем выжить без него. Я Совет, черт подери. Не уходи. Не делай этого с нами.
Заключенный даже не замедлился. Его полное безразличие, абсолютная уверенность, что Уинтроп ничего не сделает, чтобы его остановить, оскорбляло.
Белла не выдержала и развернулась назад:
— У нас нет оружия. Мы не знаем местности. Нет еды. Нет воды. Нет инструментов. Вы и остальное наше начальство говорили, что мы будем в безопасности, что это легкая миссия, просто туда и обратно, и вы не подготовили нас. — Белла приподняла подбородок. — Вы не хотите поблагодарить меня за то, что я делаю, хорошо. Но не лгите мне и себе. Ваша принадлежность к Совету не сможет нам помочь сейчас. Мы не продержимся и часа без его помощи.
Белла не торопилась догонять заключенного, а он не собирался её ждать. Когда она оказалась на полпути к скалистому каньону, 673 исчез из поля зрения. Белла брела в одиночку вдоль скал, всё больше и больше раздражаясь от каждого спотыкания о мусор.
Когда она достигла вершины скалы, то с радостью воображала, как спасатели Совета используют оглушающее оружие на ублюдке, приказывая ему ползти на четвереньках. Задницей кверху.
Белла обогнула скалу и затаила дыхание, замедлив шаг.
Глава 7
Белла оглядывалась с благоговением, её взгляд метался повсюду. Между бесплодных скалистых утесов расположился рай, который она даже не могла себе представить. Покрытый пышной растительностью каньон был усеян высокими остроконечными деревьями и веерообразной фиолетово-оранжевой флорой. Место ещё более красивое, чем скрытое в пещере. Пальмы раскачивались лениво на ветру, отбрасывая тени на медленно плещущееся кристально-розовое озеро, которое мерцало в лучах солнца. Это… это энергия, спокойствие и красота. Это пропитание. Это надежда.