В лабиринте миров
Шрифт:
Из всех моих спутников рядом остался только главный Лохм. Очень обеспокоенный и неприятно суетливый. Он ёрзал на сиденье, не решаясь спуститься вниз, и сердито покрикивал на меня, толкая в плечо грязной лапой, приказывая покинуть “карусель”. Я повиновалась. Земля под ногами мягко чавкнула, когда я прыгнула вниз, и я обеспокоенно переступила ногами. Под моими следами тотчас образовались мутные лужицы и спустя мгновение затянулись зеленовато-бурым мхом, покрывающим всю территорию между “грибами”.
–
Говорил он не очень хорошо и слова прозвучали как “идыиды”. Но взгляд Лохма, как и его движения были очень красноречивы и я поняла. Ступила вперёд, вопросительно оглянулась на Лохма и остановилась.
– Куда идти? – крикнула я. – А где Ре?!
Лохм взвизгнул и подпрыгнул на сиденье.
– Идыидыидыыыыыыы!!!!
Голос его превратился в сплошной визг: тонкий и противный.
Я поспешно отступила. Лохм прекратил визжать, втянул голову в плечи, и одновременно медленно повернулась карусель.
Я сделала шаг назад.
– Эй, подождите!
Карусель завращалась быстрее.
– Подождите! А вы куда?! Стойте!
Я бросилась назад к карусели, но ржавые кабинки стремительно набирая обороты, слились в едва видимую полосу, а через секунду вовсе растаяли в воздухе. Я осталась одна в безмолвном грибном царстве.
Мокрый мох снова противно хлюпнул под ногами, и я вернулась на место, где только что стояла “карусель”. Потом вообразила, что “карусель” вернётся и прихлопнет меня своей тяжестью и тут же отбежала назад. Снова остановилась, не зная, куда мне идти и беспомощно затопталась на месте.
– Ре, – жалобно позвала я, и мой голос увяз во влажном пространстве, не давая эха.
Мои передвижения и жалкие крики не остались незамеченными, и один из грибов склонил ко мне свою блестящую макушку. На его вершине сверкал внимательный глаз. Глаз был огромный, переливался жёлто-зелёным цветом, а за его тонкой оболочкой, будто облака, мелькали странные тёмные тени.
– Здрассьте... – на всякий случай пробормотала я, и зашагала от любопытного гриба прочь, лопатками чувствуя на себе его сверлящий взор.
Другие грибы заволновались и закачались, склоняя ко мне свои шляпки, каждый из них сгибался, чуть не касаясь влажного мха, и вот уже множество разноцветных глаз смотрели на меня, перемигиваясь и в тяжёлом, влажном воздухе, зашелестели тысячи взволнованных голосов.
– Эттоооо....
– Мо-о-о-ой...
– С-с-с-сюда-а-а-а-а...
– Мне-е-е-е-е....
Один из грибов ткнул меня шляпкой под колени, и я чуть не упала.
– Да отвали!
Страх придал мне силы, и я царапнула холодную поверхность сломанными ногтями.
На поверхности гриба не осталось и следа, но всё же, наглый гриб распрямился, теряя ко мне интерес.
Другие грибы по-прежнему продолжали буравить
– Пошли прочь! Отстаньте!..
Теперь мне казалось, что глаза грибов больше похожи на окна или иллюминаторы, а за их мутными стёклами за мной хищно наблюдают незнакомые существа. Я вообразила, что обитатели “грибов” потешаются надо мной, наблюдая мои жалкие попытки сбежать, и остановилась. Угрюмо насупилась и с вызовом уставилась в ближайший “глаз”. А куда бежать-то? Эти грибы здесь повсюду.
Глаз смотрел на меня, не отрываясь, тонкая ножка гриба мерно покачивалась, обходя меня, то слева, то справа. От равномерного покачивания меня затошнило.
– Чего надо?! – крикнула я.
Голоса вокруг смолкли, и грибы выпрямились, только самый ближний, “мой” гриб, продолжал покачивать полированной шляпкой. Его верхушка склонилась до самой земли и, разрывая гладкую поверхность с противным чмоканьем, на стенке гриба показалось отверстие. Из его розовой, сырой поверхности пахнуло неожиданно сухим ветром.
– Иди!
Голос повелительно прозвучал в моей голове. Я поморщилась. Что за ерунда?! Это гриб мне приказал?
Я прислушалась к своим внутренним ощущениям, и мне показалось, что цепкие корешки цепляют обрывки моего сознания, обволакивают упругими щупальцами, внедряясь в мои мысли. Услужливое воображение тут же подсказало картину: гриб посеял споры в моём мозгу и вот уже растёт в моей черепушке всеядная грибница, разрывает сосуды и кости, и сама я превращаюсь в гриб, холодный, скользкий...
Я заорала и затрясла головой, прогоняя непрошенные мысли, а гриб остановил своё движение, тени за сетчаткой глаза замерли.
Другие грибы вновь засуетились, будто спохватившись, но мой оказался проворнее: сухой ветер из розового отверстия внезапно закрутился сильным, стремительным смерчем и я против своей воли оказалась втянутой внутрь гриба. Стенка за мной с чавканьем захлопнулась.
Я зажмурила глаза и нелепо замолотила руками, стараясь выбраться обратно. Ладони мои встретили пустоту, я потеряла равновесие и рухнула на тёплый, пористый пол. Никто на меня не напал, не ударил, и я осторожно открыла глаза.
Я находилась внутри просторной, круглой комнаты. Свет проникал в широкое отверстие, затянутое полупрозрачной цветной плёнкой, и я догадалась, что вижу “глаз” изнутри. Поодаль стоял человек. Абсолютно голый. Мужчина. Я отвела глаза.
– Здрассьте, – снова буркнула я, но теперь уже обращаясь непосредственно к мужчине. – Вы бы оделись.
Хозяин “гриба” шевельнулся.
– Зачем? – в голосе его сквозило недоумение. – Здесь тепло.
– Одеваются не только для того, чтобы согреться, – разговаривая, я упорно разглядывала пол. – Мне неприятно, что вы раздеты.