В клетке
Шрифт:
Второй раз кончает в неё. Глубоко насадив, задержавшись на бесконечные секунды. Ему плевать на последствия.
Обмывшись, выходит. Оставляет ее одну.
Кажется, девчонка не дышит. Сидит на кафельном полу, поджав ноги к подбородку. Не шевелится до тех пор, пока не начинает течь ледяная вода.
Опускается вниз смеситель. Вытирает слёзы и ползёт по стенке вверх. Морщится от жжения в промежности. Медленно выдыхает. Она больше никогда в жизни, никому не позволит пользоваться ею. Пользоваться ее телом, пользоваться ее жизнью. Внушать
Хватит!
За последний час она действительно повзрослела.
Глава 3
Воспоминания двухлетней давности проносятся вихрем перед глазами. Заставляя вспомнить: зачем я здесь? Затем, чтобы уничтожить.
Подсознательно стараюсь держаться от него подальше. Подхожу к кровати и сажусь на самый край.
Он находится на безопасном расстоянии. Между нами целая комната. Наивно себя убеждаю, что я в безопасности. Но его взгляд... достаточно лишь взгляда чёрных глаз, чтобы я смогла почувствовать, насколько я слаба. Жалкая и уязвимая. Только в своих мыслях я такая сильная и решительная, а на деле... Я в его доме и он здесь хозяин.
Но он не мой хозяин. Я должна прийти в себя. Иначе все, к чему я шла, эти чертовы два года, превратится в прах.
— Подойди ко мне! — Маркус делает глоток из стакана и смотрит на меня исподлобья.
Поразительно. В таком юном возрасте иметь такой угнетающийся взгляд. Непроглядная чернота, поглотившая радужную оболочку, заставляет леденеть кровь. Сворачиваться под неистовым напором.
Нам едва стукнуло двадцать, а если посмотреть Маркусу Бруно в глаза, не зная его возраста, можно подумать, что перед тобой сидит человек с огромным жизненным опытом. Возможно, так и есть. С той ночи прошло два года. За два года многое могло произойти?
К счастью, мне все равно. Мне всего лишь нужно несколько секунд, чтобы прийти в себя и тогда, я сделаю его жизнь ещё невыносимей. Сломаю, как когда-то сломал меня он.
— Подойди, Эва! — требовательней.
Я по-прежнему остаюсь на месте. Как только он вошёл в комнату, заполнив пространство своей мерзкой энергетикой, я потеряла возможность шевелиться и дышать.
Все-таки, есть огромная разница между тем, когда мы остались наедине, и несколькими часами ранее, когда мы были окружены его шавками.
Сейчас он не побоится замарать об меня руки. Если я ещё хоть минуту помедлю, он прикончит меня лично.
Я не успела ещё насладиться агонией в его глазах. Похоже, я достигла своей цели. Неожиданно появившись перед ним, испортила пару-тройку его планов. Но для меня этого мало. Я хочу, чтобы он горел в аду. Точно так же, как ежедневно горю я.
Поднимаюсь на слабых ногах. Тело не слушается. Оно ещё прибывает в шоке от смерти близкого человека. Его ублюдки, не моргнув глазом, лишили жизни единственного, кто был для меня важен. Кто не отказался от меня. Приютил. Поделился жизненным опытом.
Подхожу. Задерживаю дыхание. Не хочу
Молюсь, чтобы он остался на своём месте. Все-таки, ещё рано. Я не готова встретиться лицом к лицу с персональным дьяволом.
— Скажи мне, Эва, как так вышло, что ты сейчас стоишь передо мной? За два года успела соскучиться?
Нет, черт возьми, не делай этого. Не поднимайся! Оставайся на своём месте.
Нет, он не слышит моих немых криков. Истерики, в которой бьется душа, не желая, чтобы этот монстр приближался ко мне.
Два года назад он просто вошёл в мою комнату. Два года назад он преподнёс мне подарок, «убивший» меня...
Ненавижу!
Мне хочется выть от отчаянья, которое безжалостно напевает мне, что я снова вляпалась. Хочется кинуться на Маркуса и расцарапать его лицо, ощущая под ногтями, свежую кровь.
Но вместо этого я просто смотрю, как шаг за шагом, парень сокращает расстояние между нами и, остановившись в метре, хватает меня за горло, резко притягивая к себе:
— Ты снова заставляешь меня повторяться, — шепчет в самые губы, — да, малышка? Любишь, когда грубо?
Его пальцы касаются скулы. Вздрагиваю.
Ведут выше и заправляют волосы за ухо. Обманчиво нежно. Его голос слишком разнится с его прикосновениями.
Нежность это не про него. Его главные качества - это умение доставлять боль, разрушать все, к чему он прикасается.
Поднимаю голову, сталкиваясь с его глазами. Там чёрная бездна. Тьма поглотившая душу, пробирается наружу. Там нет, и не будет никакой нежности.
— Я оставлю тебя себе! — Маркус неожиданно кидает громкие слова, глядя на мои губы.
Отшатываюсь назад, но крепкая рука, что успела спуститься на мою поясницу и застыть, не позволяет и на миллиметр отстраниться от ненавистной близости.
— Не боишься, что я отравлю тебя при первой возможности? — дёргаюсь из последних сил.
— Нет! Пару дней взаперти и без еды, остудят твой пыл!
Несколько шагов и парень, не жалея силы, толкает меня на холодные простыни.
Его пальцы опускаются к пряжке. Щёлкает ею и откидывает ремень в сторону.
В ушах замирает этот звон. Почему-то он у меня ассоциируется со щелчком предохранителя.
— Ты зря появилась в моем городе, Эва! С тобой здесь никто церемониться не будет. А из моего дома ты уйдёшь только тогда, когда мне это захочется. Если захочется, конечно.
Вот и все. Я пришла к тому с чего начала. Вот только я сейчас не запуганная мышь и так просто не достанусь этому зверю.
Отползаю назад, но парень, похоже, был готов к сопротивлению. Хватает меня за ногу и дергает на себя.
— Ты не тронешь меня! — брыкаюсь. Цепляюсь за все что вижу.
Сердце заходится в бешеном ритме, перед глазами все плывёт. Страх — чувство, которое не каждый способен контролировать. Я — точно нет! Он парализует меня. Лишает способности здраво мыслить.