В клетке
Шрифт:
В квартирку кто-то зашёл. Если не стражи, то сам Амрен. Вряд ли кто ещё решится потревожить их покой. Амрена боялись и уважали. Причём боялись в первую очередь. Тёмная слава брата Меруды шла за ним и поддерживала его авторитет.
Поэтому одеваться девушка смысла не видела. Зачем, если пришедший спутник наверняка затащит её обратно в постель? Так, накинуть лёгкий халатик на всякий случай. И хватит.
— Ох ты. Ждала меня, любимая? Соскучилась? — издевательский голос вогнал девушку в ступор.
Стержень? — спросила она — Что ты здесь делаешь?
Да вот, зашёл навестить по старой памяти. —
Не смотря на откровенную издёвку в голосе и взвывшее благим матом чувство грядущей беды, девушка попробовала осадить бывшего любовника.
— Что было, то прошло. Убирайся, пока Амрен не пришёл. Он тебя в бараний рог скрутит. Или я его ребят крикну. Они тоже справятся.
— Нет. Не хочу уходить просто так. Может накормишь меня? Жрать охота. А потом поцелуешь, приласкаешь. Да и пойду я, так и быть.
— Пошёл вон, слизняк. Или я…
Резкий шаг Стержня вперёд, взмах. И Аммир от удара тыльной стороной ладони падает на пол. Из разбитой губы течёт кровь. Она подняла полный боли и недоумения взгляд на Стержня и получила ещё удар. Испуганно свернувшись калачиком, девушка пыталась было заорать. Но ещё удар, на сей раз ногой, выбил из неё дух.
— Заткнись-ка лучше, с***!
Он за волосы поднял девушку и швырнул её на кровать.
— Давай проясню. Твой Амрен, скорее всего, уже не вернётся тебя защищать. С Того берега вообще редко возвращаются. — Стержень расхохотался, и от голоса его неприкрыто веяло безумием. — Его люди? Тупая ты б******, все эти люди, мои до мозга костей. Я годами ими управлял. А кто он такой. А ты кто такая? А теперь мы с тобой обсудим твоё будущее.
Он сорвал с неё халат, стянул с себя одежду. Аммир находилась в ступоре. «Как такое вообще может происходить со мной?» крутилось у неё в голове. Избитое тело болело. Она почти не реагировала на все потуги Стержня. И, когда он закончил, пришёл в ещё большую ярость.
— Что, ш****, не понравилось? Как же так?
Девушка мочала, подобрав порванный нетерпеливым Стержнем халат, и пытаясь хоть как-то прикрыть свою наготу. Никогда не стеснялась своего тела. Но то, что происходило в этот миг, было неправильным. Диким. Жутким.
— Ты расстроила меня. Думаешь, что тебе вот-вот помогут? Расслабься. Амрен мёртв. Твой другой ё****, твой Волчонок, очень скоро к нему присоединится. Кто там ещё? Торгвар? Поверь, ему сейчас явно не до тебя. А твои родители так далеко, что и говорить о них глупо. Понимаешь? Никто тебе не поможет.
Он расхохотался, уставившись на девушку единственным уцелевшим глазом.
— А ещё, у меня для тебя сюрприз. Новый надзиратель бараков чернорабочих, мой хороший друг. И если ты расстроишь меня ещё раз, ты отправишься туда.
Начавшаяся было истерика была грубо прервана несколькими ударами.
— Заткни пасть, б****. Бесишь. Я отправлю тебя в бараки чернорабочих. И, чтобы там тупица Маор не думал, е**** тебя там будут всем скопом. Раз за разом. Всем бараком. До тех пор, пока хоть малейшие признаки жизни будешь подавать. Услышала меня? Поняла?
Последние вопросы Стержень буквально орал в лицо уничтоженной и сломленной Аммир. И было в его взгляде что-то такое, что Аммир осознала,
— Ну вот и славно! — нежно и ласково сказал Стержень. А потом вдруг вновь ударил её по лицу.
— И не вздумай меня ещё раз расстроить!
Он грубо схватил девушку за волосы, вытащил из постели и поставил на колени.
— Старайся — прикрикнул он, в блаженном ожидании закатывая глаза.
Аммир встретила утро радостью. А затем в её жизнь пришёл ад.
LI
Волк улыбался. Эта дурацкая улыбка не покидала его лица целый день, как бы он не пытался её в себе сдерживать и сохранять привычно угрюмый вид. И, можно было понять юношу. Его накрывало волнами счастья. За долгой ночью последовало нежное утро, которое дало понять и ему, и Эспер, что произошедшее не было ошибкой. И что всё произошедшее — не сон и не грёзы.
Они с Эспер действительно вместе. Здесь, в лагере, юноша привык выживать. Двигаться мелкими шагами к чему-то большему. И не рассчитывать на то, что завтра будет лучше, чем сегодня. А теперь всё изменилось. И то самое лучшее завтра наступило. Казалось бы… тот же лагерь, те же люди, те же проблемы. А вот взгляд на мир совсем другой. Совсем не столь безнадёжный.
Эмоции окрыляли Волка. Он был готов свернуть горы. Поэтому с утра, вдоволь налюбовавшись мирно спящей любимой, отправился трудиться и вкалывать. А заодно наведаться на полянку с васильками. Нравятся ли девушке такие цветы и такие подарки, Волк не знал. Но дарить артефакты, как Маор, не мог. Во-первых, засветить артефакт — верный путь в Клетку. А во-вторых, то, что было по-тихому изъято у отправившегося на Тот берег Лоббота вряд ли будет хорошим подарком для девушки. Да и часть украденного недавно использовать пришлось.
Поэтому скромно, но от чистого сердца. Добраться до заветной полянки не дали. Пришедшие стражи пригласили на аудиенцию к Маору. Вот даже в такой мелочи не даёт спокойной жизни человек. Чтоб его.
Маор ожидал Волка в своём кабинете, ранее бывшим кабинетом Торгвара. Пригласил достаточно радушно, предложил присесть, выпить.
— Здравствуй, Волк.
— Господин куратор.
— Не буду ходить вокруг да около. Вокруг тебя в последнее время очень много разных событий завертелось. Хороших, плохих. Разных. Таких, что непонятно, кто ты — безумно потрошащий людей налево и направо бык на побегушках у Торгвара, или герой, кропотливо выбивающей у системы шанс на лучшую жизнь для себя и своих близких. Кто ты, Волк?
— Не герой уж точно. Думаю, как и все. Просто пытаюсь выжить. — осторожно ответил юноша.
В его глазах Маор представлялся человеком не вполне уравновешенным. Часто бросающимся из одной крайности в другую. Поэтому выбирать линию поведения с ним приходилось максимально аккуратно.
— Как и все, говоришь? Сомневаюсь. Я справки навёл. То есть, пытался навести. Твоё личное дело — чушь собачья. Ни настоящего имени, ни происхождения, ни характеристики с места предварительного заключения. Судебного дела тоже нет. Один лишь тот факт, что осуждён ты бессрочно. Поэтому спрошу ещё раз. Кто ты такой, Волк? За что сидишь?