В Игре брода нет.

Пешкова Наталья

–  Вполне возможно. Если сможет добраться до Совета.

–  И кто ему может помешать?

–  Те, кому нравится Игра.

–  Твой дорогой дядюшка, значит, - я кисло улыбнулась (и без дальнейших разъяснений всё ясно).

–  Ну, он не один, - ал'Никс предпринял попытку оправдать родственничка.
– Даже в Совете есть грейм, замешанный в этом по уши. Да и те, кто участвует - а многие делают это не по разу - не позволят лишить себя такого замечательного развлечения.

–  А ты?
– тихо спросила я.
– Ты тоже не хочешь лишаться развлечения?

–  Честно?
–

также тихо отозвался он.
– Не знаю. Я пока не могу понять, чего именно я хочу. Зато знаю, чего не хочу. Не хочу, чтобы ты погибла.

–  Что, не сможешь новую Куклу себе раздобыть?
– едко уточнила я.

–  Смогу. У меня ещё есть возможность сделать запасной ход. Но я этого не хочу. Рискованно.

–  Заладил - хочу-не хочу, - недовольно протянула я, вглядываясь в его лицо.
– Вот лично ты чего хочешь?

–  А мне много не надо… Власть над миром и чего-нить пожрать!

Какое-то время мы весело хохотали, снимая тяжесть разговора. Только перейти на другую тему я не могла - уж слишком всё непросто. Да и когда ещё представится возможность поговорить по душам с греймом. Хотя… может, я просто зануда.

–  Хватит хихикать!- тряхнула головой я, прогоняя последних лингрят с облюбованного ими места в моих глазах (не до смеха мне сейчас).
– Давай серьёзно поговорим. Ответь, ты хоть раз задумывался о других? Что они чувствуют, живя на вашем полигоне для игр? А Куклы? Каково им? И, кстати, что происходит с теми, кто проиграл? Их убивают?

–  Обычно нет, память стирают и всё.

–  И всё?!
– возмущенно рявкнула я.
– И всё?! Да ты хоть раз поставь себя на место того, над кем вы так издеваетесь. Побудь в чужой шкуре! Может, хоть тогда поймешь!
– я постаралась взять себя в руки, успокоиться (не стоит злить единственного, кто может помочь).
– Вот просто представь, как переживают Куклы, когда осознают, что их втянули в вашу аражеву Игру.

Умар ненадолго задумался, внимательно разглядывая меня, словно увидел в первый раз в жизни, затем его внимание привлёк огонь, который с упорством альпиниста-фанатика карабкался вверх по толстым осиновым поленьям, а покорив вершину, радостно взлетал вверх и приветливо махал нам оранжево-красными ладошками.

–  А знаешь, - тихо протянул грейм, посмотрев на меня, - ты не права. Не так уж другие Куклы и переживают. Уверен, им твои рассуждения о благородстве и справедливости даже в голову не придут, - его губы искривила горькая усмешка.
– Они, поди, и значения этих терминов не знают. А если и слышали эти слова, то искренне считали, что к ним это не относится. Разве что "справедливость", и то она должна быть только для них, любимых, а остальных по боку. Ведь все Куклы по большому счёту самовлюблённые одиночки, думающие только о себе и своей выгоде, не гнушающиеся любыми грязными приёмчиками для достижения своих целей, способные, если нужно, идти по головам. Что ещё? Честолюбие, стремление к власти, решительность, напористость, безжалостность, жесткость, азартность, сила, амбициозность, удачливость, ум.

–  Ты словно по списку шпаришь, - улыбнулась я.
– С чего ты взял, что другие Куклы

именно такие?

–  А это и есть список, - пояснил он.
– Список качеств, которые заклинание должно учитывать, выбирая для участия в Игре представителей разных рас.

–  Учитывает? А я думала, что выбор происходит произвольно. Что абсолютно любой может стать Куклой.

–  Нет, - качнул головой Умник, - не любой. Представь, если бы Куклой вдруг стала какая-нибудь кухарка-гоблинша. Много с такой наиграешь? Или деревенский дурачок? Или трус и слизняк? Чтобы таких не оказалось, предварительно в заклинание закладываются нужные параметры, тот самый список, что совместно составляют все игроки. Ну и ограничение по расам есть. Гоблины, шаффты исключены. Нечисть тоже. Ну и фраккаты.

–  Вот значит как, - хмыкнула я.

–  Согласись такие твои качества, как жалость, сострадание и желание помогать всем подряд, не очень-то способствуют победе. Вот и приходится чуток тебе помогать.

–  О да!
– хихикнула я.
– Про твоё плутовство только ленивый не знает. А в чём хоть самое первое жульство заключалось?

–  Самое первое?
– парень озорно блеснул глазами.
– Пытался заполучить фракката в меле своей Кукле.

–  Зара?

–  Да.

–  Ты что заранее знал, - удивленно воскликнула я, - что Зар станет моим меле?

–  Нет, он должен был стать меле оборотня, которого выбрал в качестве Куклы. Но упрямый фраккат стал сопротивляться и не обратил внимания на внешние факторы, а именно массовое жертвоприношение, которое он пытался предотвратить, и одного жреца с ножом. Сезариан тогда погиб, а его кровь вплелась начерченную этими придурошными колдунами пентаграмму и…

–  Так Зар из-за тебя чуть не погиб?
– гневно заорала я.

–  Из-за меня, - извиняюще улыбнулся он.
– Я не думал, что так получится. Правда. Я решил, что если воздействие на фракката будет не прямое, то всё сработает. Прости. Сейчас бы я так не поступил. Поверь.

–  А знаешь, - вздохнула я, - верю. И что случилось дальше?

–  Заклинание перерождения сработало не так, Блуждающая вместо того, чтобы перенести Зара в зал возрождения, скакнула в чужой мир, в твой, и вернулась обратно совсем не так, где должна была. Ну и тебя притащила. Одно хорошо, жрецов фраккат таки остановил: его заклинание выпило всю накопленную при жертвоприношениях энергию, и вывоз так называемых Сил Зла не состоялся.

–  Почему так называемых?
– засмеялась я.
– Жрецы просто пытались вызвать вас с дядюшкой.

–  Если бы нас, - усмехнулся он.
– Тогда бы всё хорошо было. А так… Те Тёмные боги, что эти идиоты призывали, на самом деле не существуют, а вот скрепы между их участком и другими могло вышибить. Получился бы незапланированный Сдвиг, и это как минимум. То графство могло вообще унести.

–  Унести? Куда?

–  А я откуда знаю? В пустоту…

–  А что за скрепы?

–  Это заклинания, удерживающие куски миров на месте. Если участки встают правильно, то они срастаются самостоятельно. А если кусок не на своём месте, то его надо держать, чтобы не сдвинулся.