В Игре брода нет.

Пешкова Наталья

–  Нет, мальчишка здоров, - отрицательно качнул головой фраккат, передвинув один из ящиков и сев рядом со мной.
– Как и все урсы. Иритиан помог мне их вылечить. Еле его уговорил.

–  Почему?

–  Это нерациональная трата энергии. И в принципе я с Иритом согласен - восстание остановлено, принц жив, следовательно, война практически предотвращена. Тратить силу на лечение незначительной группы урсов нецелесообразно.

–  Как это?
– гневно воскликнула я.
– То есть он собрался спокойно оставить их умирать?

–  Это эмоции, - спокойно отозвался Зар.
– Ирит не знает, что это такое. Он мыслит другими категориями. Стражей очень мало, и его способности могут понадобиться в другом месте.

И может оказаться так, что именно этих, потраченных впустую сил, не хватит для выполнения более важной задачи.

–  Может быть, - пожала плечами я, - но это жестоко.

–  Жестоко, - согласился фраккат, - поэтому я и потратил практически всю переданную мне Иритом энергию на лечение урсов. Так что теперь я опять на мели, - он виновато улыбнулся и развел руками, словно извиняясь.

–  Главное, - решительно заявила я, обняв парня, - что ты жив и здоров. А без силы мы как-то раньше обходились и дальше справимся. Вот решим вопрос с принцем, и отправимся искать ребят. Ты ведь со мной?

Тот молча кивнул и поцеловал меня в висок.

Хорошо, а то я так испугалась, что он уйдёт с этим своим Иритианом.

–  Не уйду. Выполнять работу Стража я сейчас не в состоянии, следовательно, брать меня с собой и тратить на меня свою энергию нерационально. Ирит на это не согласится.

–  Да уж, - улыбаясь, фыркнула я, - тёплые братские отношения на лицо.

–  Ещё бы!
– вернул улыбку он.
– Ты бы слышала ту лекцию, которую он мне прочел по поводу бесполезного разбазаривания сил, когда я замыкал ауру Ориса.

–  Замыкал ауру?
– воскликнули мы с урсом в один голос.

–  Я ещё по дороге в Нисколен внимательно рассмотрел ауру Веррана и понял, зачем урсам нужны тали.

–  Зачем?
– глаза юного принца засветились не хуже зеленых фонариков.

–  Хорошо. Объясню по порядку, - строго, словно на лекции, ответил Зар.
– Аура каждого разумного существа представляет собой особое поле, имеющее индивидуальную высокочастотную вибрацию, испускающую волны индивидуальной длины и частоты, образующие основную гамму. Рост ауры происходит только изнутри, то есть при правильном, естественном и гармоничном развитии тонкоэнергетических центров. Создание неестественных условий развития ауры посредством грубого вмешательства в работу энергетических центров приводит к дисбалансу ауры и, как следствие, частичному или полному разрушению заградительной сети ауры, что может повлечь за собой негативное влияние на физическое тело и, как следствие, гибель индивида. Нейтрализовать внешние неблагоприятные излучения чуждой среды на организм можно путём симбиоза. Если энергетические поля имеют приблизительно родственный спектр вибраций, то такие ауры будут притягиваться, то есть между индивидами можно установить более тесную связь, когда заградительная сеть одного симбионта будет восстановлена за счет энергетических структур второго.

Фраккат перевел дыхание и, нахмурив брови, недоумённо глянул на наши округлившиеся глаза и вытянутые физиономии.

–  Зарчик, милый, - удалось выдавить мне, - ты сейчас с кем разговаривал?

Тот рассмеялся, поняв свою оплошность:

–  Попробую объяснить проще. У каждого живого существа есть своеобразное защитное поле, которое является частью его ауры. Когда Катастрофа закинула в этот мир урсов, их защитное поле было разорвано в клочья. Их вэрраки защиту заштопали, как умели, но прорехи всё равно оставались. И сколько бы их не латали, тратя на это кучу сил, швы расходились вновь. Тогда шаманы заметили странную особенность: двое малышей - урс и человек - играли вместе и их ауры чудесным образом накладывались друг на друга, и защитное поле человека растягивалось, прикрывая и урса. Стали выяснять, что к чему - оказалось, что эти двое вместе с самого рождения, мать человеческого мальчика погибла, спасая обоих детишек, и тогда юная урса

стала воспитывать маленького человечка, как собственного сына. Между детьми установилась особая связь. Человек, сейчас таких называют тениры, закрывал своим защитным полем и урса-тали. Вэрраки придумали, как провести подобный обряд для остальных урсов. Но у связи тенир-тали есть и обратная сторона: тенир не замечает особо этой связи, для него даже польза есть - срок жизни возрастает, а вот урс испытает на физическом уровне всё то, что испытывает тенир. Если тенир ранен или болен, то это тут же отражается на тали, поэтому тениров охраняют и берегут.

Зар посмотрел на нас, проверил, что мы пока улавливаем его мысль, усмехнулся и продолжил:

–  А если совсем просто, то представь, что урс - это дуршлаг с кучей дырочек. Если поставить его на стол, а сверху закрыть кастрюлей, то дуршлаг будет защищен от падания внутрь него чего бы то ни было.

Я представила эту картинку со мной и Орисом в главных ролях и расхохоталась:

–  Э нет! "Кастрюлей" я быть не хочу. "Батарейка" куда благороднее звучит! Кстати, а Улиана по-другому объясняла про тениров и тали. Вроде как, человек и урс становятся единым целым. И урс может спокойно жить, используя силу своего тенира. Отсюда и "батарейка".

–  Скорее всего, - пояснил фраккат, - вы с Ли не до конца друг друга поняли. Да, тали живет за счет силы своего тенира, но эта сила идёт только на защитное поле, причем, урс даже не осознает этого. Забирать энергию у человека сознательно урс не может. Так что "батарейкой" ты работаешь для меня, как впрочем, и я для тебя. А для Ориса…

–  "Кастрюлей" я быть не согласна!
– со смешком возмутилась я.

–  И не надо, - улыбнулся Зар.

–  Почему?
– удивилась я.

Особого желания на всю жизнь связать себя с Орисом я не испытывала, хоть он и оказался не таким уж и плохим парнем. Но и позволить ему погибнуть после того, как сама же самоотверженно спасала от "революционеров", я не могла. Разве что сгонять в хозтовары и поискать принцу новую "кастрюлю".

–  Не надо никого искать, - засмеялся фраккат.

Орис, всё это время жадно пожиравший юношу глазами, гневно зашипел и распушил хвост. Зар поспешил его успокоить:

–  Тебе больше не нужен тенир.

–  Как это? Совсем?

–  Совсем, - кивнул Страж, - если по-простому, то я заделал все бреши в твоей ауре. Кстати, истратив на это остатки силы, которой со мной Ирит поделился.

–  И зачем ты это сделал?
– лирр подозрительно сощурил горящие зелёным глаза.

Зар внимательно посмотрел на мальчишку, вздохнул и ответил:

–  Здесь наши дороги расходятся. Ты отправляешься к своему отцу вместе с Янкесом Инвери, капитаном Секретной Службы. А нам в другую сторону. Вряд ли лирры отпустят тениру своего принца куда бы то ни было. Следовательно, между тобой и Ларисой не должно быть связи тенир-тали. Именно поэтому я и восстановил твою ауру.

Орис как-то странно дернулся, словно был недоволен исходом дела, но промолчал. Зато заинтересовалась я и решила тут же выяснить парочку вопросов.

–  Зар, а откуда ты всё это знаешь? Это что всё в ауре Веррана и Ориса написано? Даже про играющих малышей?

–  Не всё, - заулыбался фраккат, - по аурам я определил, в чём именно заключается проблема. А сведения я получил из информационного поля планеты или, твоими словами, с местного "интернета" скачал.

–  Так ты у нас, оказывается, продвинутый юзер, - усмехнулась я, - или хакер?

–  Скорее первое, - серьёзно ответил он, - на хакеров фра-аркат не тянут, уж слишком много закрытой для нас информации, которую даже не стоит пытаться искать. Опасно для жизни.

–  Ясно, - протянула я, догадавшись, что на звание хакеров претендует совсем другая раса (чтоб их нарханы покусали!).
– А что, всем урсам можно также как Орису ауру восстановить?