В деснице благодати
Шрифт:
пред Ним никакая
верою жив будет».
цитата:
нечистоте...»
другого,
плоть...»
(Рим. 1:17)
(Рим. 1:24)
осуждаешь себя,
(Рим. 3:20)
потому что, судя
другого, делаешь
то же». (Рим. 2:1)
Гедонист. Судья. Законник. Все трое заняты тем, что нужно им самим, а не их отцу.
Павел говорит об этих троих в первых трех главах Послания к Римлянам. Посмотрим на
каждого.
Строящий
Рим. 1:21-32
Не похожи ли вы па гедониста? Любовь к своей низине победила в нем стремление
вернуться во дворец. Он променял дворец на хижину. Цель его жизни – удовольствие.
Таково определение гедонизма, и именно так живет этот сын.
Гедонист строит жизнь так, как если бы никакого отца у него не было, нет и не
будет. То есть когда-то там, давным-давно, может, и был отец, но чтобы сейчас, в
данную минуту? Сын проживет без него. В каком-то отдаленном будущем, может быть, придет отец и позовет его, но не сегодня же? Сын сам кует свое счастье. Вместо
будущего журавля ему хватает сегодняшней синицы.
Именно таких людей имел в виду Павел, когда сказал: «...славу нетленного Бога
изменили в образ, подобный тленному человеку, и птицам, и четвероногим, и
пресмыкающимся И поклонялись, и служили твари вместо Творца...» (Рим. 1:23, 25).
Гедонист совершает невыгодный обмен, он меняет дворец на хижину, и брата на
чужеземца. Он поселяется в лачуге вместо дома своего отца и гонит его сына прочь.
Ищущий вину судья
Рим. 2:1-11
Второй брат рассудил просто: «Зачем заниматься своими ошибками, когда я могу
заняться чужими?»
В жизни он — судья. «Может быть, я не хорош, но если удастся отыскать кого-то, кто еще хуже, можно не волноваться». Свою добродетель он культивирует на чужих
пороках. Он рвется в любимчики учительницы младших классов. Выпячивает ошибки
одноклассников, умалчивая о своей двойке. Он — соседский сторожевой пес, донимающий людей призывами к очищению, а свалку на собственном дворе не
замечающий.
«Приди, Господь, я покажу тебе грехи моего ближнего», — взывает моралист. Но
Бог не пойдет за ним в долину. «... Неизвинителен ты, всякий человек, судящий другого, ибо тем же судом, каким судишь другого, осуждаешь себя, потому что, судя другого, делаешь то же» (Рим. 2:1). Это пустая уловка, и Бог ее раскусит.
Укладывающий камни законник
Рим. 2:17 – 3:20
И есть еще
Трудолюбивый. Деловой. Энергичный. Вот парень, осознавший свои грехи и решивший
сам за них расплатиться. Бесспорно, он заслуживает, чтобы ему аплодировали.
Бесспорно, он заслуживает, чтобы ему подражали. И бесспорней всего, он заслуживает, чтобы отец его простил. Неужели отец не распахнет двери дворца, когда увидит, сколько трудов положил его сын, чтобы вернуться домой?
Не воспользовавшись помощью отца, законник взвалил на себя непосильное бремя
и вошел в реку своего поражения. Но, конечно, отец будет счастлив его увидеть.
Точнее, был бы, если бы сын когда-нибудь смог добраться до дворца.
Понимаете, дело не в чувствах отца, а в силе течения. Сына унес от отчего дома не
журчащий ручеек, а грохочущий поток. Хватит ли сыну сил, чтобы сделать каменную
насыпь до дома отца?
Сомнительно. Мы бы точно не смогли. «...Нет праведного ни одного...» (Рим. 3:10).
О, но мы ведь стараемся.
Мы не укладываем камни в реку, но творим добрые дела на земле.
Мы думаем: «Если я сделаю это, Бог примет меня».
«Если я выучу этих детей...» — и мы поднимаем камень.
«Если я схожу в церковь...» — и мы кладем камень в поток.
«Если я подам милостыню...» — еще один камень.
«Если я одолею книгу Лукадо...» — семнадцать огромных валунов.
«Если я прочитаю Библию, правильно пойму истинное учение, если стану членом
вот этой общины...» — камень на камень, и еще один сверху.
В чем тут дело? Вы можете сделать пять шагов, но вам нужно сделать пять
миллионов. Река слишком длинная. Нас отделяет от Бога не мелкая канава, а бурные
грозные водопады на реке греха. Мы укладываем и укладываем камни, но на самом
лишь топчемся на месте, не продвигаясь сколько-нибудь заметно вперед.
Итог для укладчика камней предсказать удивительно легко — или отчаяние, или
надменность. Такие люди или сдаются, или зазнаются. Укладчик камней либо думает, что ему никогда не сделать требуемого, либо полагает, что он единственный, кто смог
бы это сделать. Странно, что два человека могут смотреть на две совершенно
одинаковые кучи камней, и один вешает голову, а второй выпячивает грудь.
Назовем такое состояние религиозным безбожием.О нем идет речь в суровом
приговоре Павла: «...весь мир становится виновен пред Богом...» (Рим. 3:19).
Безбожный или набожный?
Эти трое стоят друг друга — как, по-вашему?
Один на диване у мини-бара.