Утро Земли
Шрифт:
Евгений продолжал идти.
Он находил и брал с собой самое нужное: медикаменты, нитки с иголками, инструменты, мотки проволоки, батарейки для счетчика. Когда обнаружил склад текстиля, долго думал, как поступить. Решил запомнить название посёлка, чтобы когда-нибудь вернуться снова. Однажды отыскал звериную шкуру, когда-то она была ковром или настенной роскошью. Из части шкуры смастерил волокуши, чтобы нести больше груза, немного меха оставил про запас – вдруг понадобятся новые лыжи.
Он уже отчаялся найти библиотеку, но все-таки ему повезло. У Евгения сбилось дыхание, пока он взламывал дверь районной
Давно отмороженные пальцы в рваных обмотках-перчатках зашелестели бумагой. Евгений шептал себе под нос названия книг, наугад читал главы и строки.
А потом тихо плакал, и никак не мог поверить своему счастью. Стопка глянцевых журналов полетела на пол, когда он в исступлении принялся расшвыривать периодику. «Она должна быть где-то рядом», – шептал Евгений, его вела интуиция.
И вот он нашел: жёлтая обложка, мятая и так некстати тронутая гнилью. Карта. Коми, Башкирия, Север и Запад России. Евгений медленно и аккуратно отодрал гнилую обложку, а то, что осталось, упрятал за пазуху.
Сейчас в мире нет вещи ценнее: по карте можно идти без компаса. О том, как по мху на деревьях искать стороны света, Евгений помнил со школы.
Возник вопрос – какие книги взять с собой, он ведь не мог взять всю библиотеку. Книги об ужасах атомной войны выбросил сразу. Кому не повезло, те и так всё узнали в то далёкое утро. Теперь они мертвы. В живых остались те, кто видел немного, и дай им Бог никогда не увидеть большего.
Полетели в сторону «Атомный сон» Лукьяненко, «Град обречённый» Стругацких, боль и тоска томов Достоевского, все никчёмные и горькие «Герои времён и народов». Он брал только то, что могло вдохнуть в людей жизнь, вернуть им веру в будущее. Мало, слишком мало такого было под рукой. Он долго думал над томиком Казанцева, где были собраны «Гибель Фаэны», «Сильнее времени», но передумал и оставил на полке. Взял только ироничную «Кысь», сборник Бредбери и первые романы Звягинцева. Остальное место в своей волокуше он занял сказками. Нашлись хорошие, разные и умные. Гримм, Жорж Санд, Киплинг, Волков. Литература для детей и взрослых.
Когда библиотека осталась позади, Евгений обернулся и представил, что кто-то другой придёт следом. Посмотрит на разбросанные журналы, сложенные второпях, оставленные книги, окрестит каким-нибудь словом чудака, который что-то взял, а самое ценное оставил. Бог ему судья, решил Евгений. Его совесть не кричит и не стучится кулаком в сердце. Он взял то, что мог, и то, что счёл нужным.
По карте дорогу назад он отыскал без труда. С шумом ввалился в подвал, где приветливо грела мир печка. Молодец Валентин, подумал Евгений.
– Здравствуй, – они обнялись, а потом посмотрели в сторону Риты. Девушка лежала лицом к стене, куталась в одеяло и тяжело, нехорошо дышала.
– Что? – резко спросил он Валю.
Парень отвернулся, шмыгнул носом и присел рядом с Ритой. Она обернулась на шум и заспанно взглянула на Евгения.
– Простудилась? Сильно? – он быстро сел рядом, она даже дернулась в испуге.
– Ох, йо, – Евгений увидел и тихо выругался.
Рита приподнялась на локтях и стали заметны не только воспалённые глаза, сухость трещин на губах и шелуха под воспалённым
– И ты молчал? – от тихого вопроса Валя вздрогнул.
– А что бы ты сделал? Ты всё равно бы ушёл, – выкрикнул Валентин.
– Давно?
– По-моему месяцев пять – тихо проговорила Рита. Она виновато улыбнулась.
Евгений вздохнул и длинно, медленно выругался. Хотел ударить кулаком по стене, чтобы выместить эмоции, но не дотянулся и нелепо плюхнулся на пол. Пока подтягивал к себе волокушу с ценными грузами, продолжал материться и старался не смотреть на жителей подвала.
– Вот почему ты сказал «за всех». Как только я не догадался, – Евгений припомнил слова подростка, – Ладно, будем тебя лечить, Ритка. А потом пойдём искать людей. Теперь у нас есть карта.
Долгие часы и дни прошли в борьбе с холодом и болезнью. Они спали втроём, Риту клали посередине.
От чего-то Евгению становилось не по себе. То ли организм устал бороться с недоеданием, и последствиями облучения, то ли Евгений не находил себе места. Он читал вслух книги, учил подростков всему, что знал. Вспоминал всё, что знал: как выглядят следы зверей, какие-то формулы из высшей математики. Давал подросткам уроки английского языка. Вместе с Валей научился делать лыжи: как раз пригодились остатки шкуры.
Прошло немногим больше месяца. Когда Рите стало по-лучше, Евгений и Валя решили: дальше ждать опасно. К тому же в окрестностях почти закончилась еда.
– Повезём её, как на носилках, только волоком, – решил Евгений, а Валя согласно кивнул.
Теперь они шли втроём. У них была не только карта, они обладали тем, без чего нельзя добиться успеха.
Они отчаянно хотели жить.
И достигли городка Пинюг после долгого, тяжёлого перехода. Они шли в надежде, что этот железнодорожный узел мог уцелеть, а где железная дорога, там и люди, думал Евгений.
Он не ошибся. Окраина городка проступила сквозь снегопад россыпью уютных, робких огней в домах, до верха занесённых снегом. Удар произошел немного в стороне, и радиация была невысокой.
Едва они поняли, что спасены, Евгения покинули последние силы. Он рухнул в снег. В изнеможении прикрикнул на Валю, чтобы тот тащил вперёд девушку. Он так и не узнал, удалось ли перекричать снегопад, или парень понял его без слов. Вместе со снегом на землю опустилась тьма. Евгений ещё некоторое время был в сознании. Злой холод держал его в крепком, болезненном объятии. Прежде чем на смену мыслям пришло тёмное ничто, он подумал о синем небе. Оно где-то там, за снегопадом. Жаль, что больше никогда не увидеть чистого, синего неба. Оно на вкус как леденец, его можно пить, не только ртом, а глазами и сердцем.
Евгений не знал и не слышал, как Валентин колотил руками в двери. Как распахнули двери и втащили внутрь полубезумных от холода и страха подростков. Как слушали сбивчивый рассказ, пока у Вали зуб на зуб не попадал, а синие с мороза ногти стучали по чашке с горячим отваром. Люди выслушали, поняли и самое главное, поверили. Женским рукам досталась забота о Рите, тяжело больной, но все еще живой.
Весть о пришельцах быстро разнеслась по городку, и люди поспешили на помощь Вале и Рите.
С фонарями, факелами и собаками люди вышли на поиски в снежную бездну.