Усадьба Грилла
Шрифт:
Лорд Сом:
– Кто б устоял против ваших чар, когда б надежда примешивалась к созерцанью? Но из-за многих причин надежда воспрещалась, а потому…
Мисс Грилл:
– А потому, когда красота, надежда и обаяние засияли под более благоприятной звездой, вы устремились за нею. Что вы могли с собой поделать?
И разве можно устоять
Пред чудною улыбкой? {232}
Мне остается льстить себя надеждой, что, возьмись я за вас как следует с самого начала, я б удержала вас, но
Il pentirsi da sesto nulla giova {*}.
{*
Вы, конечно, можете сказать вслед за поэтом:
Мне кажется неярким взгляд,
Когда не на меня глядят {234}.
Но вы даже не дали мне времени вас разглядеть. Я, однако ж, подобно самому Зерцалу Рыцарства {235}, стараюсь не склоняться под ударами злой судьбы и
Не рифмой радовать Творца,
А меткой мыслью мудреца! {236}
Лорд Сом:
– Я рад, что вам так весело; ибо, если даже другому удастся затронуть сердце ваше куда сильней, чем мог бы и мечтать ваш покорный слуга, я беру на себя смелость заметить в вашем же духе:
Столь легкая нога
Еще по этим плитам не ступала {237}.
И я надеюсь, что шаги ваши по нашей грешной земле всегда будут легки. Вы - воплощенная Аллегра.
Мисс Грилл:
– К чему загадывать? Но идите же к воплощенной Пенсерозе. И если вы не обратите ее в Аллегру, превосходящую меня веселостью, значит, я совсем не понимаю женского сердца.
Вскоре после этого разговора лорд Сом нашел случай переговорить с мисс Найфет наедине. Он сказал:
– Мне дано одно повеление, как то бывало в старые дни рыцарства. Прекрасная дама, считающая меня своим пленником, приказала мне упасть к вашим ногам, отдаться во власть вашу и носить ваши цепи, если вы благоволите их на меня наложить.
Мисс Найфет:
– Говоря словами ведьмы из “Талабы”.
Лишь та.
Что цепь плела, его освободит {238}.
Я готова снять с вас цепи. Встаньте же, милорд, встаньте.
Лорд Сом:
– И встану, если вы дадите мне руку.
Мисс Найфет:
– Вот она вам. Ну встали, так отпустите.
Лорд Сом:
– И не зовите меня милордом.
Мисс Найфет:
– Как же мне вас еще называть?
Лорд Сом:
– Зовите меня Ричардом, а я вас буду звать Алисой.
Мисс Найфет:
– Такая вольность позволительна лишь при более долгом знакомстве.
Лорд Сом:
– Или более коротком?
Мисс Найфет:
– У нас очень короткие дружеские отношения, хоть мы весьма недолго друг друга знаем. Руку-то отпустите.
Лорд Сом:
– Я не успокоюсь, пока вы не позволите вас называть Алисой, а сами не станете меня называть Ричардом…
Мисс Найфет:
– Это невозможно. Покамест.
Лорд Сом:
– Нет ничего, чего бы я не отдал, лишь бы заслужить такое право.
Мисс Найфет:
– Ничего?
Лорд Сом:
– Ничего.
Мисс Найфет:
– Ну, а как продвигается сватовство ваше к мисс Грилл?
Лорд Сом:
–
Мисс Найфет:
– Как она с вами простилась - плакала или смеялась?
Лорд Сом:
– Ну, она смеялась, если угодно.
Мисс Найфет:
– И не обидно вам?
Лорд Сом:
– Другое, более глубокое чувство берет во мне верх над всяческими обидами.
Мисс Найфет:
– И это…?
Лорд Сом:
– И вы еще спрашиваете!
Мисс Найфет:
– Не стану прикидываться. С некоторых пор я замечаю склонность вашу.
Лорд Сом:
– Склонность! Скажите лучше - любовь, обожание, слияние всех чувств в одно!
Мисс Найфет:
– Ну ладно, зовите меня Алисой. А руку все-таки отпустите.
Лорд Сом:
– Но ведь она же моя, да?
Мисс Найфет:
– Ваша, если вы предъявляете на нее иск.
Лорд Сом:
– Тогда позвольте мне скрепить мой иск печатью.
И он поцеловал ей руку со всей почтительностью, которая совместна с “неодолимой страстью”, а она ему сказала:
– Не стану лукавить. Если я чего желала более всего на свете, так это дождаться дня, когда вы будете свободны и сможете сказать мне все, что теперь сказали. Я не чересчур с вами откровенна?
Лорд Сом:
– Господи! Да нет же! Я пью слова ваши, как влагу из потоков рая.
Он снова скрепил свой иск печатью, на сей раз наложив ее на уста мисс Найфет. Розы, выступившие у нее на щеках, были теперь уже красные розы. Она вырвалась из его объятий и объявила:
– Нет! Никогда! Покуда у вас не будет неоспоримого права.
1. ГЛАВА XXXI
БАЛ НА КРЕЩЕНЬЕ. ПАНТОПРАГМАТИЧЕСКАЯ КУХНЯ.
СОВРЕМЕННОЕ ВАРВАРСТВО. ЧАША С ПУНШЕМ
Sic erimus cuncti, postquam nos auferet Orcus:
Ergo vivamus, dum licet esse bene.
Горе вам, беднякам! {239} О сколь человечишка жалок!
Станем мы все таковы, едва только Орк нас похитит.
Будем же жить хорошо, други, покуда живем.
Тримальхион с серебряным скелетом.
Петроний, с. 34
На крещенье был устроен бал. Раздвижные двери гостиных, шириною во всю стену, раздвинули до отказа. Самую большую залу отвели для взрослых танцоров; залу поменьше - для детей, которых привели в немалом числе и поместили в сфере магнетического притяжения гигантского крещенского пирога, покоящегося в разукрашенной нише. Ковры убрали, а полы разрисовали искусные мастера {*} под присмотром мистера Шпателя. Библиотеку, отделенную прихожими и двойными дверьми от остальных апартаментов, поставив в ней столы для виста, отвели для старших гостей, буде они предпочтут сей род развлечений простому наблюдению за танцующими. Мистер Грилл, мисс Тополь, мистер Мак-Мусс и преподобный отец Опимиан устроили собственную кадриль в уголке малой гостиной, где удобно было играть и беседовать и радоваться радости молодых. Лорд Сом был главный церемониймейстер.