Уровень атаки
Шрифт:
— Ну да, ну да, — Павел с готовностью закивал. — Только дочка ее сильно засветилась в деле ацтеков. И меня узнала сразу.
— Немудрено, — проворчал Филиппыч. — Ладно, решу я это. Чего ты сразу к Потапову?
Павел приподнял брови.
— Да дело у меня к нему…
Дорога от лифта до кабинета занимала слишком мало времени, чтобы Филиппыч успел задать уточняющий вопрос. Павел распахнул дверь и остановился у порога.
Шеф был занят. По другую от него сторону стола сидел респектабельный мужчина в костюме и при галстуке. Перед мужчиной лежала
— Ну, как же так, Сергей Анатольевич! — вещал бизнесмен. — Как же вы утвердили план развития компании, вычеркнув статьи на рекламные расходы? Как, по-вашему, новая компания может выйти на рынок сбыта стройматериалов без рекламной поддержки?
— Повторяюсь, Евгений Саныч, в третий раз — широкая реклама на данный момент не в наших интересах. Бюджет и так расписан постатейно, и я не вижу ни необходимости, ни возможности…
— А я, Сергей Анатольевич, вижу, что наши инвесторы тратят солидные деньги, но если мы не сможем громко и сразу заявить о себе, они вылетят в трубу! Вы сами пригласили меня сюда директором, и не стоит игнорировать мой опыт!
— А вот в этом и состоит ваша задача — поднять предприятие в существующих условиях…
— Сергей Анатольевич, я могу сделать многое. Нанять людей, наладить процесс, подключить поставщиков и даже привлечь кое-каких оптовых клиентов. Но этого недостаточно! Без рекламы мы не сможем наладить серьезный сбыт!..
— Сможем, — отрезал Потапов, начиная терять терпение. — Вы же и сможете! — Он устремил взгляд в сторону двери и скомандовал: — Павел, проходи. Что у тебя?
Евгений Саныч, наконец, обернулся и смерил вошедших недовольным взглядом. Потом собрал папку и поднялся.
— Я вернусь с этим вопросом позже, — заявил он. — И если вы опять не захотите меня понять, мне придется написать заявление.
— Вот только не надо горячиться, Евгений Саныч. Лучше действительно зайдите через час… Паша, садись и выкладывай.
Тот оглянулся на Филиппыча и решил не перечить начальству. Он молча слазил во внутренний карман и действительно выложил перед шефом свиток. Объяснять Потапову неземное происхождение артефакта не требовалось — такие вещи он чуял нутром.
— Это что? — осведомился вездесущий Филиппыч, разглядывая через плечо развернутый свиток. — Карта питерского метро?
Шеф смотрел на бумагу долгих десять секунд, потом аккуратно намотал обратно на валики и отодвинул подальше, на край стола.
— Откуда? — выдавил он из себя.
— У контактеров была. Не сумел удержаться.
— Ясно. Ты понимаешь, что кураторы теперь нас за промежность вздернут перед центральным входом? Они же над своими секретами трясутся!..
— Погодите-ка, — пробормотал Филиппыч. — Так это что? Это…
— Молчи, Семен! — шеф хлопнул ладонью по столу. — Хотя бы вслух не произноси — мало ли чего здесь в стены замуровано!
— Не сумел удержаться, — повторил Павел. — Такой случай выпал, они мне фактически сами отдали… Кстати, вернуть еще не поздно, скажете, что, мол, оперативником
— Правильно, — поддакнул Филиппыч. — Только сначала в «ксерокс» засунь.
— Я тебе дам — «ксерокс», — зыркнул на него шеф. — И запомните: мы это не открывали! Просто изъяли предмет и…
— Ну да, — Пронин покивал. — Там-то в совбезе Ассамблеи идиоты сидят. Вся надежда…
— Вся надежда, — перебил Потапов, потрясая свитком перед его носом, — что Эхтинор спустит это на тормозах в счет былых заслуг! И что контактеры про изъятие не проболтались вперед нас…
— Не проболтались, — заверил его Павел. — Мобильная пока не вернулась.
— Что? — переспросил шеф.
— Как это — не вернулась? — встрепенулся Филиппыч.
— Откуда я знаю? На проходной Эйзот дежурит — он сказал, что никого не было. Да мало ли где задержались…
Свиток со схемой Древа Миров был моментально забыт.
— Паша, ты что, второй день на работе? У мобильной группы «пауза», где они могли задержаться?!
Потапов махнул на него рукой и схватил телефонную трубку.
— Дубина, — шепотом сообщил Филиппыч, постучав себя по лбу. — Вот о чем надо было докладывать!
— Алло, господин Эхтинор?.. Приветствую. Я хотел уточнить, имеете вы какие-нибудь известия от мобильной группы?.. Нет, я тоже не имею, в том-то и дело… Да, Головин уже вернулся… — Потапов оторвался от трубки: — Когда вы расстались?
— Не меньше часа. Пробки же…
— Не меньше часа, — повторил шеф. — Я полагаю, пора запускать процедуру… Не за что. Наши люди будут нужны?.. Отлично, тогда Головина я и пришлю.
— Вот так вот… — пробормотал Павел. — Чуть что — Головин.
— А ты думал? — Филиппыч подмигнул. — Ты ж наш последний оперативник…
— Я предпочитаю думать, что все-таки первый, — проворчал Потапов, кладя трубку. — Давай, Паша, быстро на проходную.
Ассамблейщики умели реагировать молниеносно: пока Павел спускался со второго этажа, дублирующий состав мобильной группы уже собрался в вестибюле. Два инка, два атланта, старшим — снова гиперборей.
— Головин, поедешь за нами, — произнося эти слова, старший уже двигался к выходу. — Старайся не отставать, при необходимости я буду включать «паузу».
Землянин молча кивнул. Разъездной автобус был в местном представительстве Ассамблеи только один, и Павел совсем не удивился, заметив, что пятеро бойцов направились к личному «Мерседесу» господина Эхтинора. Он невольно оглянулся на свой «Фольксваген». Не отставать? Ну что ж, попробуем.
Ассамблейщики уже знали, куда ехать, снять показания с датчиков GPS бойцов группы было делом нескольких секунд. Гиперборей лишь на мгновение притормозил у шлагбаума, поджидая, пока Павел вывернет со стоянки, и тут же снова резко сорвал машину с места, свернув в переулок за воротами фабрики… А Павел едва успел нажать на тормоз, и визг покрышек по заиндивевшему асфальту известил, что еще более интенсивное торможение было бы невозможно.