Уран для Хусейна
Шрифт:
Сашку Сергей привез к себе. Два года назад Зубовы старики обменяли минскую квартиру на такую же в Москве, решив на склоне жизни капельку побыть москвичами. Сашкина мать родилась в небольшом подмосковном городке, а отец и вовсе в Сибири, поэтому помирать на чужбине, каковой стала в их представлении Беларусь, старикам не хотелось. Сашка же в Москву не стремился, помышляя после претворения в жизнь разработанного на нарах плана рвануть в диаметрально противоположном направлении. Об этом приятели и толковали, продолжая начатый еще в дороге разговор.
— Значит, нелегалом решил пожить. — Сэт сервировал на скорую руку ужин, притащив из холодильника целую груду разнокалиберных
— Еще чего. — Сашка поморщился, как от зубной боли. — Хозяин полгода надзора выписал. Нужен мне этот колпак? Тем более, они за нарушение правил надзора снова сажать собираются. Вот тебе и права человека. Нет, Серега, никаких прописок и постановки на учет, у меня своя программа. Документики сварганим, денежки найдем, и ты как хочешь, а я отплываю. И потом, менты меня сейчас потеряют на время. Направление я в Москву, к старикам, взял. Не приеду — московские мусора волноваться не станут. А выяснять, куда я делся, долгая песня, международная переписка и все такое. Если сам не засвечусь — сто лет можно пиратствовать.
Сергей разлил по длинным узким рюмкам коньяк:
— А что ты затеваешь? Говоришь-говоришь о ноу-хау, но я пока ни черта не понял. Какие деньги, где, у кого?
— Я же писал: найди книгу. Нашел? — Зуб шагнул к книжному шкафу и поискал глазами по корешкам пыльных томов. — Что-то я ее не вижу.
— Вот, на второй полке. — Сэт вытянул из плотного ряда серенький томик. — Хм, «Мошенники и негодяи». Ну и что?
— Так ты, выходит, ее и не читал! — Сашка выхватил книгу из рук приятеля и затрещал страницами. — На вот, быстренько прочти эту главу. Надо же, — он недоуменно покачал головой, — я же просил, прочти обязательно. А ты купил, на полку поставил и со стороны ей любуешься.
— Времени мало, то одно, то другое. Кручусь как белка в колесе. Успею еще, не горит, — отложил Сергей книгу в сторону.
— Именно горит! — взорвался Зуб. Наплевательское отношение к столь важному, по его мнению, делу казалось возмутительным. Арестанты, пребывая в запредельном мире, иногда забывают, что у находящихся на свободе людей времени отнюдь не с избытком.
У Сергея свободного времени вовсе не было, а тут такая странная прихоть — купи и прочти книжку. Он купил, однако читать ее и не подумал. И теперь искренне недоумевал, отчего это приятель бесится.
— Ладно. — Сэт уселся в кресло и, хлопнув коньячку, уткнулся в книгу.
— Ты пока видак погоняй, что ли. Кассеты вон на полке стоят.
Сашка порылся среди двух десятков видеокассет, выбрал двухсотсороковку «Джи-ви-си» с самым своим любимым фильмом «Однажды в Америке» и, соорудив гигантский сэндвич, уселся перед телевизором.
Сергей читал сперва лениво и невнимательно, но с каждой строчкой все больше впивался глазами в страницу — описываемые события действительно представляли практический интерес. Книга была документальной, какой-то английский журналист собрал воедино истории самых нашумевших и оригинальных афер, случившихся в мире за последние сто лет.
Глава, на прочтении которой настаивал Зуб, повествовала о гениальной комбинации, прокрученной французскими бендерами в начале пятидесятых годов. Мошенники случайно познакомились с неким графом, мечтавшим удрать из постепенно прибираемой к рукам коммунистами послевоенной Франции в Америку. Сдерживал того только некоторый недостаток средств — хотя граф владел родовым замком в долине Луары и банковским счетом в полтораста тысяч долларов, этого, по его мнению, для благополучной жизни за океаном не хватало. В придачу он люто ненавидел коммунистов всех
Помощь подразумевалась небезвозмездная. Заплатив сто тысяч здесь, граф должен самолично отвезти контейнер в Неаполь и положить в карман триста тысяч долларов. Граф клюнул. В полгода его вскрыли еще на сто тысяч, заставили заложить замок и продать драгоценности жены. Всякие неувязки мешали ему добраться до злополучного Неаполя, а из России поступали все новые урановые контейнеры, которые советские антикоммунисты приноровились, видимо, тягать в Париж по зеленой. [1] В конце концов афера вскрылась, граф угорел на полмиллиона, а мошенники оказались в тюрьме.
1
Беспрепятственно (жарг.).
Но идея Сэту понравилась — не обязательно же в тюрьму садиться, просто следует продумать все более скрупулезно.
Об этом он и заявил, откладывая книгу в сторону.
— A-а, понял наконец, — оторвался Зуб от телеэкрана, — правильно этот бородатый умник сказал: «Всем лучшим, что у меня есть, я обязан книгам». Конец цитаты.
Только где ж нам такого графа-то найти? Лично я подобных болванов в жизни не встречал. Вернее, болванов и лохов видел море, но чтобы деньги были, и уехать хотел, да еще и дурак дураком — как-то не приходилось с такими уродами сталкиваться. Может, ты хоть одного знаешь?
— Богатых людей сейчас немало, — Сэт прошелся по комнате и присел напротив Сашки в кресло, — но к ним с таким предложением не сунешься. Очень опасно, времена такие, что все настороже. Однако поищем, может, один где завалялся… Эдакий лоховатый Корейко с неполноценной психикой.
Сашка поднял рюмку и звякнул краешком о горлышко коньячной бутылки:
— Тогда давай за успех. Верю, что повезет. Да, заодно надо решать вопрос с ксивами. Хоть какой-то аусвайс нужен, со справкой долго не погуляешь…
Как и всё на свете, женская эмансипация хороша до определенных пределов. Современным мужчинам импонируют раскрепощенные самостоятельные подруги в том лишь случае, если время от времени выясняется, что без твердой мужской руки сами дамы выжить не в состоянии. Природа поступила достаточно мудро, наделив особей мужского пола силой с интеллектом, оставив женщинам стремление к воспроизводству потомства и поразительную выносливость, причем не только физическую, но и моральную. Попробуй-ка иначе сладить с бугаем-умником, уверенным в своем превосходстве над всеми женщинами мира, вместе взятыми.