Ураган
Шрифт:
– Правда? – Макс усмехнулся про себя. Зачем кому-то понадобилось убивать обезьяну?
– Они все серьезно больны. Так сказал мой отец.
– Ладно, обязательно буду осторожен, – пообещал Макс. Он услышал убегающие шаги странного мальчика.
Глядя в видоискатель, Макс заметил, что у обезьяны как-то странно дергается бровь. И вдруг она взвилась в воздух. Макс опустил камеру, и в этот момент обезьяна ударила его в лицо, опрокинув на спину. Маленькие, как будто резиновые пальцы вцепились в ноздри и глаза Макса. Он закричал от страха. От влажного меха обезьяны исходил ужасный запах.
Макс Лам начал кататься по грязи,
Поднявшись на ноги, Макс услышал жужжание, доносившееся из-за пальмы. Он бросился бежать, заметив, что обезьяна улепетывает в противоположном направлении, таща за собой что-то за ремень.
Макс Лам пришел в ярость. Эта проклятая обезьяна украла его видеокамеру! Он бросился вдогонку.
Спустя час, когда Бонни Лам отправилась на поиски мужа, его нигде не было.
Два патрульных полицейских в форме стояли под дождем на вершине моста: темнокожий мужчина мощного телосложения и женщина хрупкой комплекции, среднего роста, с рыжевато-каштановыми волоса ми. Они перегнулись через бетонное ограждение и внимательно разглядывали длинный кусок веревки, мотающийся на ветру над бурлящей бурой водой.
Пятеро автомобилистов позвонили в полицию и сообщили о сумасшедшем мужчине, привязанном к мосту Кард-Саунд. Это произошло всего за несколько часов до урагана, когда все полицейские в радиусе пятидесяти миль были заняты эвакуацией вполне нормальных людей, поэтому «прыгунами» заниматься было некому, и никто из полицейских не поехал на мост.
Темнокожий патрульный полицейский был командирован в Майами из графства Либерти в Северной Флориде, чтобы помочь освободить трассу для проезда колонны спасателей. В центральном участке он заглянул в журнал записи происшествий и прочел: «Белый мужчина, возраст 40 – 45 лет, вес 190 – 220 фунтов, седые волосы, борода, возможно сумасшедший». Полицейский решил поехать в Норт Ки-Ларго и посмотреть. Официально он был приписан к Хомстеду, но в царившем после урагана хаосе легко было ускользнуть незамеченным. Полицейский попросил женщину-патрульного поехать с ним, и, хотя дежурство у нее уже закончилось, она согласилась.
Проезжавшие по горбатому мосту автомобилисты притормаживали, с любопытством рассматривая двух полицейских на его вершине. «Мама, а что они там высматривают? Там в воде труп?»
Капли дождя стекали с полей шляпы «стетсон» темнокожего полицейского, смотревшего на воды Мексиканского залива, тяжелые и пенящиеся после ужасного шторма. Он перегнулся через ограждение и потянул болтающуюся веревку. Осмотрев ее конец, он показал его женщине-полицейскому и устало произнес:
– Это мой парень.
Веревку не оборвало ураганом. Она была обрезана ножом.
Глава 3
Тони Торрес сидел в развалинах гостиной и потягивал остатки виски «Шивас». Ему показался забавным тот факт, что его грамота «Лучший продавец года» уцелела во время урагана, только она и осталась висеть на промокших от дождя стенах. Тони Торрес вспомнил вечеринку в его честь, устроенную два месяца назад, на которой
«Ох, черт побери, эта жизнь состоит из белых и черных полос», – подумал Тони Торрес. Он погладил обрез, лежавший на его округлых коленях, и вспомнил то, о чем вспоминать вовсе не хотелось. Например, этот дурацкий пункт в правилах торговли о гарантиях безопасности, предоставляемых правительством США...
Семейство Стинсов дотошно расспрашивало его о том, выдержит ли трейлер ураган. То же самое было и с семейством Рамиресов, и с этими занудами Стичлерами, а еще с Беатрис Джексон и ее сынком, у которого была очень короткая шея. Тони Торрес всегда отвечал так, как его учили: «Фирма „Пре Фаб Лакшери“ строит не домики на колесах, а произведения искусства, способные выдержать самые сильные ветры. Все точно соответствует государственным спецификациям. В проспекте обо всем этом написано!»
Клиенты Тони брали ссуды и покупали трейлеры, а когда налетел ураган, эти домики на колесах рассыпались. Все семьдесят семь. Трейлеры разваливались, их срывало с креплений и несло ветром, как игрушечных утят. Ни один из этих чертовых трейлеров не уцелел после урагана. Они выглядели красиво, вполне приличные жилища для представителей среднего класса, с видеомагнитофонами, складными диванами, детскими кроватками... и все они в одну минуту рассыпались на куски. Тони съездил на стоянку трейлеров, чтобы увидеть все своими глазами. Стоянка напоминала поле битвы. Он уже собрался вылезти из машины, когда кто-то узнал его... а старый Стичлер начал бормотать, как сумасшедший, и швырять в него обломками. Тони быстренько смылся оттуда. Уже позже он услышал, что вдову Джексон нашли мертвой среди обломков трейлера.
Тони Торресу не было знакомо чувство угрызения совести, но все же он сожалел о случившемся, чему в значительной степени способствовало виски. «Откуда я мог знать, – подумал Тони. – Я ведь продавец, черт побери, а не инженер».
Но чем больше Тони пьянел, тем меньше сочувствия оставалось у него к своим покупателям. «Проклятье, да ведь они все прекрасно понимали. Понимали, что покупают тонкую жестяную банку, а не настоящий дом. Понимали, что рискуют, проживая в опасной зоне. Они все взрослые люди и сами сделали свой выбор», – говорил себе Тони.
Но он знал, что у него могут быть неприятности, поэтому с обрезом чувствовал себя спокойнее. К несчастью, любому, кому захочется разыскать его, надо будет всего лишь заглянуть в телефонный справочник графства Дэйд. Ведь работа продавцом предполагает доступность для всех покупателей.
«Ну и пусть приходят сюда! – подумал Тони. – У всех глупых покупателей бывают проблемы, так пусть посмотрят, что ураган сотворил с моим домом. Они, конечно, будут в ярости, но пусть с ними разбирается мой мистер „Ремингтон“».