Ураган страсти

Линдсей Джоанна

Уоррен, должно быть, взял письмо, потому что они услышали:

– Говорит, что это не тот пират, которого вы с ним подозревали изначально. Пьер Лакросс всё ещё в тюрьме на Ангилье.

– Читай дальше, – посоветовал ему Джеймс.

Бойд фактически доказал, что стоит рядом со своим братом и читает письмо вместе с ним, так как сказал:

– Так значит, смотритель этой тюрьмы немного нервничал, когда Дрю спрашивал его о Лакроссе? Мне кажется это вполне естественным

для человека, живущего за каменными стенами, по соседству с сотнями осуждённых преступников, разве нет?

– Да, – согласился Джеймс. – Эта часть о начальнике тюрьмы, который отказывает вашему брату в разрешении встретиться с Лакроссом. Дрю – единственный из вас, кто узнает Пьера Лакросса при встрече, так как именно он был со мной, когда я схватил того в последний раз.

– Смотритель, вероятно, отклонил просьбы Дрю по ряду причин, – вмешался Уоррен. – Зная Дрю, могу сказать, что тот мог просто вспылить в разговоре с начальником тюрьмы, когда тот сказал что-нибудь не то.

Бойд добавил:

– Или же это может быть просто потому, что это британская тюрьма, а американское происхождение Дрю становится очевидным, как только он открывает рот.

Энтони усмехнулся:

– Вот это более вероятная причина, так как англичане не могут сотрудничать с янки даже при стечении самых благоприятных обстоятельств.

– Мы не против них, Тони, – оборвал его Джеймс. – Так что если злишься на меня, то и срывай своё раздражение на мне, а не на них.

– Тогда что же я здесь делаю?

– Я подумал, ты захочешь поучаствовать, на тот случай, если вдруг изменишь своё решение и поплывёшь со мной.

– Да чёрта с два, старичок. Я остаюсь дома, на тот случай, если Джуди изменит своё мнение об этом пройдохе Тремейне и вернётся домой. Ей будет нужно отцовское плечо, на котором можно будет поплакать. Когда вы вернётесь в Англию, то расскажите мне всё в мельчайших подробностях.

– Тогда ты, вероятно, предпочтёшь вернуться на вечеринку, – предложил Джеймс.

– Эй, я не сказал, что меня это не интересует, – проворчал Энтони.

Уоррен сказал:

– Что же, даже если мы всё ещё не знаем, кого же мы ищем, я сегодня отплываю. Я слишком долго не выходил в море. Мы сможем разузнать больше, только когда доберёмся до Вест-Индии.

Джеймс ответил:

– Если бы мы с Дрю были уверены в том, что именно Лакросс несёт ответственность за похищение Джек, то я бы не стал так долго тянуть, чтобы подтвердить это. Дрю осмотрел старый остров – крепость, который принадлежал Пьеру. Там никого не было, но он заметил кое-какие признаки недавнего присутствия людей. Он потратил несколько недель на то, чтобы выяснить, кто же там был и куда ушёл, поэтому мы от него и не получали вестей до недавнего времени.

– Но если Лакросс всё ещё в тюрьме, то что Дрю надеялся там найти? – спросил Бойд.

–

Не все пираты были схвачены в тот день, когда мы разбили его. В любом случае, мне следовало наведаться туда гораздо раньше, если учесть, что на Карибах у меня осталось больше одного единственного врага. Дрю не знает их всех в лицо. Мне нужно лично поговорить с каждым из них, чтобы понять, причастен ли человек к этой истории. Дрю не знает, кого нужно спрашивать, чтобы получить нужные ответы, в то время как я…

– Получаешь ответы в любом случае, – перебил его Уоррен. – Это был комплимент, Джеймс, а не попытка уколоть тебя.

Энтони усмехнулся:

– Ну вот, янки, ты убил всё веселье, – а затем добавил, обращаясь к своему брату. – Не нужно прожигать во мне дыру взглядом, старичок. Может быть, ты и заключил с ними перемирие на время этой миссии, но только не я.

Джеймс проигнорировал это замечание и сказал:

– Я бы отплыл раньше, если бы моя дорогая Джек не утаила это от меня. Она нашла записку на корабле, который увёз её из Бриджпорта. Её похититель, капитан корабля, настоял на том, чтобы отправить нам более вежливый вариант записки с просьбой о выкупе.

– Вежливый похититель? – удивился Бойд.

– Какой пират пишет вежливые записки? – фыркнул Уоррен.

Энтони прочёл вслух:

– Твоя жизнь за её жизнь. Звучит знакомо? Ты знаешь место. Поторопись, мон ами.

Джеймс пояснил:

– Джек сделала копию этой интересной записки, которую написал босс её похитителя.

– И она скрывала её от тебя всё это время? – спросил Энтони. – Почему?

– Она боялась, что я попаду в ловушку, если сразу же вернусь на Карибы. Думала, что они станут поджидать меня. Автор данной записки, которого она знала как отца Кэтрин Мэйер, очевидно думал, что я сразу же догадаюсь, кто он такой.

– А ты догадался?

– Догадался, да вот только он по-прежнему сидит в тюрьме.

Уоррен спросил:

– Снова Лакросс?

– Подождите, – вмешался Бойд. – Вы не можете предполагать, что этот человек француз только из-за того, что употребил в тексте словосочетание «мон ами». Я не так хорошо знаком с французским языком, но разве это не означает «мой друг»?

– Сарказм в чистом виде, – ответил Джеймс. – Эта записка красноречиво говорит о том, что он хотел, чтобы я знал, кто станет причиной моей смерти. Но эта бумага не послужит доказательством в суде. Это так похоже на Лакросса. Я даже не удивлюсь, что у него есть дочь – воровка драгоценностей, умная, как лисица, способная натянуть на себя личину мегеры Кэтрин Мэйер, чтобы с помощью нашего лже-родственничка Эндресси пробраться на борт «Девы Джордж».

 – Она похожа на Лакросса? – спросил Уоррен.