Ураган мысли
Шрифт:
Я выбрался из кювета и, пошатываясь, перешел через дорогу. Прямо в объятия леди Ребекки. Вовка-амбал одобрительно ухмыльнулся, а мы с Белой Леди слились в затяжном поцелуе. Я не обманывался, в этом не было ничего сексуального. В этом было потрясение от пережитого, надежда на будущее и немного любви. Любовь есть везде, это я уже понял. Даже в ненависти.
Второй танк мы убили без всяких проблем, а третьего
27.
Как убить танк в чистом поле без тяжелого вооружения? Способ номер три, копирайт - лорд Рэйзор.
Берется одна собака, берется одна мина. Одно вешается на другое. Дается нужная команда и собака подрывает танк к чертовой матери.
Так просто? Нет уж, увольте. Бортовой компьютер танка уничтожит любой приближающийся теплый объект, даже не спросив разрешения командира. Т-90 это вам не Windows 95, подтверждения в критических ситуациях не просит.
Так что для начала надо заглушить термодетекторы танка, а потом уже можно выпускать собачку.
Да, совсем забыл, наилучшие результаты достигаются, если мину начинить не TNT и даже не RDX, а LSD-42. Это такой галлюциноген, если кто не знает.
Нет, не 25, а 42. 25 - это было в прошлой жизни, а в новой жизни леди Лайн изготовила LSD-42 из ромашек, лютиков, мухоморов и прочего подобного дерьма. Как говорится, каждый умнеет по-своему. Короче, после обработки танка LSD машина в полном порядке, а экипаж дружно пускает слюни. Если вам жизнь не дорога, можете провести дезактивацию и вперед к победе, бить врага его же оружием.
Только Джульбарса жалко. Очень жалко.
28.
Лорд Спэрил выглядел офигевшим, и я ему в чем-то сочувствовал.
Наверное, так же себя чувствовал главнокомандующий российской армией (не помню его фамилии), когда некий полковник Суворов в нарушение всех приказов за пару часов непонятно как выиграл кампанию. Сейчас в роли Суворова был я, но мне от этого было не особенно хорошо. Я не люблю подводить начальников, а тем более друзей.
Леди Ребекку одели в полевую форму уже не существующих российских вооруженных сил. Ее все еще трясло, но не так заметно, как шестнадцать минут назад. На часах, кстати, было всего 12:28.
Лайн не отзывалась на вызовы по радио. Через десять минут мы нашли у развилки обгорелые каркасы "Антилопы-Гну" и "Нив" сопровождения, изувеченные и обугленные очередью
Мы вошли в Ремезово как волки, и, когда мы покинули село, его больше не было. Но я не жег и не убивал. Я сидел в машине, я держал леди Ребекку за руки и я думал о вечном. Говорят, что любовь, доведенная до предела, порождает ненависть, но никто еще не говорил, что верно и обратное.
Лаффер был жив. Террор-группа захватчиков столкнулась с разведгруппой Лаффера и силы оказались не равны. Лаффер выжил чудом. Но это было уже не важно - важно, что он жив.
Мы вошли в Энрот как победители. Нас не встречали толпы радостных слуг - они привычно попрятались по закуткам и помойкам, не ожидая от очередной смены власти ничего хорошего. Мы ехали по пустынным улицам, и наши горши время от времени взрывались короткими очередями и наши собаки брали след и возвращались с окровавленной шерстью. Или не возвращались вообще.
Спэрил въехал в Лезень на "Антилопе-Гну" и нашел библиотеку софта Блаковича. И он запустил Aliens и это было круто. Не так круто, как гласят легенды, но легионы Флопа вернулись в Крестов, не приняв боя. Говорят, что один в поле не воин, но к Спэрилу, поигравшему в Aliens, это не относится.
Все это было, но для меня этого не было. Я стоял в притворе щаповской церкви, а на алтаре лежало то, что раньше было лордом Ранлоо. И Белая Леди бросила факел, и вспыхнул погребальный костер. И она плакала, и я, кажется тоже. И спустя тысячу лет мы, по-прежнему держась за руки, вышли из храма и она взглянула в мои глаза. И там уже не было смерти любви.
29.
Ты не бойся это осень
Пролетает за окном
Золотистый ворох листьев
Обтекает старый дом
Ты не прячься от ненастья
Просто подойди ко мне
Я укрою нас с тобою
Мы растаем в полутьме
И неважно что так далеко
И от сердца не может быть больше
И болит голова
И чужие слова
Исчезают во тьме
Словно крылья в ночи
Пролетая сквозь никогда
30.
Я рассказал, как рождаются волки. А потом я рассказал, как рождается чтото иное, новое и неведомое. Я надеюсь, что это - тигры, которые унаследуют мир. Я очень надеюсь.