Упырёк
Шрифт:
Тоби уже опомнился, схватил нож, лежавший тут же, на полке, и, перегнувшись через стенку ларя, вонзил лезвие в мёртвую крысу.
Та заскрипела, забилась и потянулась лапами к руке мальчишки. Брезгливо сморщившись, Тобиас потянул нож на себя. Выдернуть его не получалось, крыса болталась на клинке, издавая мерзкие звуки и отвратительно воняя.
— Рассыпься, нежить, — сказал Дард, всё ещё держа в руке меч. И крыса разлетелась хлопьями сухого праха. Даже от костей почти ничего не осталось.
— Фффух, — выдохнул Тоби. — Ну и гадость. Учитель, а давайте мы со всем кладбищем этак, а? Эн Шиповник ведь так и сказал. Прикажите им! А то лезут
Сарвен кончиком клинка отодвинул занавеску и опасливо выглянул в окно. Ночью какой-то мертвяк стучал в двери и окна домишки, бродил по кладбищу, пока Дард не выглянул на крыльцо и не упокоил его, отрубив голову. А сейчас почти на каждой могилке или красовалась горка костей, или лежал аккуратный череп, шевеля челюстью и стуча зубами, или отдыхал относительно сохранный труп из «недавних». Всего, сколько хватало обзора, из могил повылезало не меньше сотни неупокойцев. Некоторые сидели или лежали спокойно, а некоторые, увидев, что занавеска на окне шевельнулась, оживились и поползли к сторожке.
Дард икнул. Пожалуй, даже для него это оказалось жутковатым. Тоби с любопытством глянул на кладбище и предложил:
— Я готовлю завтрак, а вы, учитель, попробуйте им всё-таки приказать.
— Если кто-то такой умный, то, быть может, пусть попробует первым? — огрызнулся Дард, понимая, что Тобиас совершенно прав.
— Неа, — ответил ученик, — избранный-то вы. Как ни крутите, учитель, а вам придётся.
Дард перехватил меч поудобнее и пнул дверь, чтобы выйти. Дверь поддалась с трудом — снаружи её что-то подпирало. Пришлось налечь на неё плечом. «Что-то» сдвинулось с места, а потом издало неприятный «шмяк». Сарвен вышел на крылечко сторожки и уставился на полуразложившееся тело, медленно ползущее по земле. Это начинало раздражать и утомлять. Но заодно, глядя на количество «грибов-рогатиков», торчащих из почвы, Дард пришёл к выводу, что карлик Гэри тут не виноват. Ни одному некроманту не придёт в голову тратить столько усилий ради сомнительного эффекта. Мертвяки зачем-то лезли сами. Слова Гэри Шиповника о том, что где-то рядом находится великий Мёртвый, Упырёк вчера на веру не принял, но сейчас содрогнулся.
Несмотря на все отговорки и якобы удивление, Упырёк прекрасно понимал, что он действительно тот самый человек, за которого его приняли и Тоби, и проклятый карлик. И в зависимости от исхода борьбы с великим Мёртвым он или сам станет повелителем мертвецов, или попросту сдохнет. Оставалось только понять, чего ему хочется меньше.
С такими мыслями Сарвен вышел на кладбище, вздохнул, озирая окрестности и тянущихся к нему мертвяков. Они были настроены не мирно. Костлявые руки пытались ухватить Дарда за щиколотки, черепа лязгали зубами — один даже уцепился за подошву башмака. Пришлось разбить дохлую черепушку о ближайший каменный памятник. Надгробье треснуло, оттуда, шипя, вылезла недогнившая глодь.
Дард ускорил шаг. В центре кладбища стоял обелиск, на который некромант не без труда забрался — левая рука почти не слушалась его, а в правой Сарвен держал меч.
Взобравшись на постамент, Упырёк очертил мечом воображаемый полукруг у ног.
— А ну стоять, дохлятина срычева! — зарычал он. Мертвецы шли к нему беспорядочной толпой. Кости тех, кто идти уже никак не мог, подрагивали на земле, словно желая приблизиться к некроманту. — Приказываю! Замереть!
И надо же… Едва Сарвен поднял меч над головой, как мёртвые застыли. Некоторые, в особо неустойчивых позах, тут же упали. Но и упав, уже не дёргались.
— Приказываю
И снова мертвецы послушались. Не слишком поспешно, но они разбрелись по кладбищу и принялись закапываться в землю. Волны отвратительной вони шли от могил, но Упырёк уже перестал обращать внимание на запахи. Главное, чтобы это поскорее кончилось. У него уже дрожала рука, которую он вытянул вперёд и вверх, уподобившись памятнику королю Аракеру Первому, который красовался на одной из площадей Азельмы. Кажется, из столичных достопримечательностей Дард мало что успел повидать этой зимой, а вот памятник ему запомнился. Оказывается, даже не тяжёлый меч не слишком-то удобно держать вот так, в прямой руке, но Сарвен побаивался менять положение — вдруг мертвяки тогда раздумают самозахороняться и прятаться обратно в землю и полезут опять? А это Упырьку изрядно успело надоесть.
Больше книг на сайте - Knigoed.net
— Господин, у вас получилось, — раздался за спиной квакающий голос. Дард дёрнулся, обернулся, ткнул наугад клинком в воздух. Если бы Гэри не был головы на три ниже Упырька и не будь сам Дард таким бездарным фехтовальщиком, то, пожалуй, меч проткнул бы клятого карлика насквозь. Упырёк уже заметил, что лезвие у меча великолепное — мертвяков режет, словно острый нож колбасу.
— Какого шура? — спросил Упырёк, опуская оружие. Надо всё-таки заказать где-то ножны. Вот пусть Гэри займётся, нечего без дела по кладбищу шляться, под руку лезть. — Ты что, не видишь, я занят?
— Пожалуйте свежатинки откушать? — Шиповник вынул из-за спины руку, в которой болталась ощипанная и освежёванная курица. Сарвен посмотрел на неё с подозрением — не зашевелится ли? Но курица определённо подпала под магию меча и не дрыгалась.
Но всё равно, Дарду сейчас не очень-то хотелось мяса. Пожалуй, совсем не хотелось. Он повёл носом и сказал:
— Отдай… это… ученику. Пусть, что ли, суп сварит.
Он не был уверен, что Тоби справится с обедом, но ученика ведь надо чем-то занимать? Вот, пусть учится готовить. Это полезное умение, не всякий может нормальный суп сварить. Мысль о бульоне даже как-то приободрила Дарда.
Клятый карлик потащил дохлую птицу в дом, а Сарвен, оглядев напоследок вверенную ему территорию, вздохнул и на всякий случай вытер чистое, сверкающее на утреннем солнце лезвие полой рубашки. Его пробрала дрожь — пожалуй, прохладно ещё для того, чтобы выскакивать наружу не одетым как следует. Как он сразу не заметил холода?
Упырёк поплёлся в сторожку. Тоби уже управился с завтраком — поджарил картошку, нарезал ветчину и белый пышный хлеб. Шустрый мальчишка, ничего не скажешь. И эмоции у него хорошие — жизнелюбие через край. Как только в приюте не убили его жизнерадостность, непонятно. Наверное, это потому, что Тоби слишком мало времени там провёл.
— Быстро ты, — одобрительно сказал Дард.
— Да это всё просто, — широко улыбнулся Тоби. — Я и одной рукой бы справился!
Сарвен помрачнел и поднял к лицу левую руку. Пальцы слегка потеплели, сморщенная кожа посветлела и немного разгладилась. Однако онемение не прошло. Шевелить пальцами как следует у него не получалось. Тоби ойкнул и, забрав у Гэри тушку курицы, сделал вид, что очень, очень занят готовкой. Даже принялся что-то там ощипывать и мыть — Дард не очень знал, какие ритуалы полагаются при готовке бездыханной куриной тушки.