Упырь
Шрифт:
Дед Петро будил Игната и Степана.
— Поднимайтесь, хлопцы. За вами пан полковник прислал. Зовет к себе. Выздоровел наш атаман. Теперь и без вопросов ясно, что Вы задали перца дьяволу. Сколько живу, а таких богатырей не видывал. Вот дела-то!
— Ладно, дидуля. Вы про эти дела лучше помалкивайте. Так оно вернее и спокойнее будет, - попросил Коцюбу Степан.
Хлопцы быстро оделись и отправились к Кульбасу.
— Кроме дьявольской силы, что облюбовала это село, как дом родной, здесь еще есть одна особенность, - сказал Степан по дороге к
— Это какая?
– поинтересовался Игнат.
— Здесь совершенно не дают выспаться.
Казаки дружно засмеялись. Проходившие мимо селяне, с удивлением глядя на хлопцев, думали:
— Что же может, развеселить человека в такую рань?
Возле дома полковника жизнь кипела вовсю. Во дворе было много казаков. Одни стояли, что-то обсуждая друг с другом, другие верхом выезжали со двора, торопясь исполнить приказания Кульбаса. Подобное движение показалось необычным подъехавшим Игнату и Степану. В предыдущие дни, здесь все было тихо и спокойно. А сейчас во дворе всё просто бурлило. Хлопцы спешились, привязали коней, поздоровались со стоявшими у порога казаками и вошли в дом.
Оказавшись в комнате, что и в первый день своего приезда, Игнат увидел Кульбаса, сидящего в том же кресле, что и тогда. Только это был уже другой человек. Полковник что-то живо обсуждал со стоящими перед ним казаками. Вся его фигура кипела жизнью. В жестах чувствовалась мощная сила могучего тела. Увидев, вошедших хлопцев, он поприветствовал их:
— А вот и послы от кошевого атамана. Проходите поближе, присаживайтесь, разговор будет долгим. Панове сотники, Вам все ясно?
– обратился полковник к стоявшим возле него атаманам.
– Через два дня полк должен быть готов к походу. Можете идти.
В горнице остались только Кульбас и Игнат со Степаном.
— Болезнь моя прошла, слава Господу. Мы готовимся к походу на татар вместе с Запорожскими сичовиками. Рассказывайте, что велел передать мне кошевой.
— Кошевой атаман хочет разбить татар сразу после выхода их из Крыма. Он будет ждать Вас с полком у Ченгарского яра, верстах в пятидесяти от Перекопа. Батько атаман сказал, что это единственное место, где мы можем остановить орду. В открытом поле они нас сомнут и не заметят этого. Кошевой с войском будет там уже через неделю.
— Да, пожалуй, там можно будет обойти татар и зажать их с двух сторон. Ну, а если басурмане не пойдут туда и двинут по прямой из Крыма? Тогда они окажутся у нас в тылу. И, если крымчане прижмут наше войско к гнилому морю - то нам конец. Почему Иван Шульга уверен, что хан Герей придет именно туда?
— Придет. Никуда не денется. У батьки кошевого есть приманка для него, - начал говорить Игнат, переходя на шепот.
– Мы распустим слух в Крыму, что татары трусы, а их поединщики слабее женщин. А их хан Герей плохой полководец и боится казаков. Зная его характер, можно быть уверенным, что он сам придет к нам, чтобы наказать “хвастливых неверных псов”. Тем более, хан уверен, что нас будет не более шести тысяч против его двадцати. Тут особой храбрости не надо, чтобы решиться
— Да, узнаю Ивана Шульгу. Я такое никогда бы не смог придумать. Недаром татары его прозвали “шайтаном”. Не хотел бы я оказаться на месте Герея, имея такого противника. Только где нам взять поединщика, который сможет выстоять против татарского. Я знаю его. Этот Хатын Курдияг, в одном бою на моих глазах разрубил нашего казака Максима Дуба напополам. А Максим мог ударом кулака быка свалить. Вот, какой был богатырь. Или Батько кошевой только хочет подманить татар, а выставлять никого не собирается?
– поинтересовался полковник.
— Нельзя не выставлять. Татары, увидев обман, могут повернуть назад. Злить их придется так, чтобы они сами на нас бросились. Тогда им будет не до того, что у них в тылу делается.
— Значит, у кошевого есть поединщик? И кто же это? Я его знаю?
— Теперь уже точно знаете. Это - я, - проговорил Игнат.
За дверью в соседней комнате кто-то вскрикнул. Полковник поднялся, заглянул туда и спросил?
— Инга, что случилось?
— Да вот, нечаянно иголкой укололась, когда вышивала, - послышался женский голос.
Кульбас вернулся в кресло. Посмотрел на Игната и задумчиво сказал:
— Погибнуть в бою за Родную Землю - честь для любого казака. Только ты ведь еще совсем молодой хлопец. Может, кого другого можно подыскать?
— Пан полковник считает, что я недостоин такой чести?
– обиделся Головань.
— Извини меня, хорунжий. Что-то я не то говорю. Не обижайся.
Кульбас подошел к казакам. Хлопцы встали. Глаза бывалого воина внимательно всматривались в лица молодых казаков. Что хотел, рассмотреть в них бравый полковник? Может, он хотел понять, что было такого в этих, по сути, еще детях? Что побуждало их отдавать свои жизни, не задумываясь, за свою Родину, Украину? Кульбас обнял хлопцев.
— С нами поедете или сами к Запорожцам присоединитесь по дороге?
– спросил полковник.
— Нам надо сообщить кошевому, что его приказ выполнен. Послание его Вам передано, и Ваш полк присоединиться к Запорожцам в условленном месте. Поедем на встречу с войском атамана Шульги.
— Ну, что ж, я с полком буду у Ченгарского Яра через неделю. Вот только сотник Яворной похоронит жену, и мы сразу выступаем.
Хлопцы с недоумением посмотрели на полковника.
— Панна Марыля умерла? Когда?
– удивленно спросил Игнат.
— А Вы, что ее знали? Сегодня утром преставилась.
— Извините, пан полковник, меня за любопытство. От чего она умерла?
— Змея укусила.
Хлопцы поклонились полковнику, и вышли из комнаты. Сели на коней и поехали к Петру Коцюбе. По дороге молчали. Войдя в хату, увидели деда Петра, сидящего за столом и чинившего сети. Казаки сели рядом.
— Новость слышали?
– спросил Игнат.
– Ведьма умерла. Змея ее укусила.
— Да, слышал уже. Туда ей и дорога. Видать сатана отблагодарил за верную ему службу. Ну а на рыбалку завтра идем? У меня все готово.