Упрямая Золушка

Одной из любимых игр Трейси было наблюдать за людьми, стоящими в очереди к кассам магазина, и пытаться угадать о них что-нибудь. И хотя сегодня она начинала самое большое приключение своей двадцатичетырехлетней жизни, девушка все же принялась размышлять, почему из всего того, что продается в Фудвэй, привлекательный незнакомец, стоящий в очереди как раз перед ней, выбрал бутылку вина и пачку писчей бумаги. И ей надо было проявить находчивость, если только она хотела познакомиться с мужчиной своей мечты. А он явно был мужчиной

Трейси вовсе не собиралась встретиться с ним в очереди к кассе. На ней был старый махровый комбинезон. Белокурые локоны, не удерживаемые повязкой, в беспорядке рассыпались, на носу красовалось грязное пятно, а ее тележка была нагружена всем необходимым для уборки — там лежали швабра, щетка, совок и полгаллоновая бутыль чистящего средства. Совсем не романтично и уж никак не привлекательно. «Трейси, старушка, — ругала она себя. — Вот наконец твоя встреча с судьбой, а у тебя такой вид, словно тебе нужна помощь Армии спасения».

Незнакомец, наоборот, был сама элегантность. Он стоял в небрежной позе, и коричневый, в тончайшую полоску, костюм-тройка прекрасно обрисовывал его гибкую фигуру. Он был само совершенство — от лаковых туфель с острыми носами до тщательно уложенных прядей густых светлых волос. Но самым привлекательным был его благородный профиль — классический нос, подбородок с ямочкой, глубоко посаженные глаза. Он словно сошел прямо с киноэкрана, а она выглядела так, как будто собиралась разрисовывать в этом фильме декорации!

Незнакомец слегка повернулся, и она покраснела, поняв, что он почувствовал на себе чужой взгляд. Его завораживающие глаза скользнули по ее фигуре, начиная от запачканных кроссовок, поднимаясь по длинным загорелым ногам, замедляясь, чтобы обвести изгибы ее бедер, талии и груди, потом взбираясь по ее голой покрасневшей шее, и остановились, только добравшись до пятна на кончике носа. Трейси попыталась заискивающе улыбнуться. Никогда за всю свою взрослую жизнь она так сильно не жалела, что вышла на улицу без лифчика. Прекрасный принц, казалось, прочитал ее мысли, потому что уголки его чувственного рта приподнялись — совсем чуть-чуть, а потом он отвернулся. «Фу! Что за сноб», — подумала Трейси.

Грустно размышляя об откровенном чванстве незнакомца, девушка уныло заметила, что кассирша в очереди, вероятно, новенькая. Эта пожилая женщина, казалось, целую вечность не отпускала молодую мамашу, стоящую перед мистером Правильным, который в глазах Трейси быстро становился мистером Неправильным. Седовласая кассирша приложила руку ко рту и раздраженно прокричала:

— Эй, Ванда! Ты не объяснишь мне, как заполнять купон?

Незнакомец, словно пришедший из мечты, слегка нахмурился и перенес вес на другую ногу. И снова все внимание Трейси поглотили его покупки — бутылка вина и пачка обычной бумаги для письма. Черт, это ее заинтриговало. Почему он собирается купить именно это? Неужели у него никого нет — например, секретарши, — которая могла бы выполнять его поручения? Выпить с ним вина? Написать за него письма? Трейси не могла себе вообразить, что такому красивому, уверенному в себе мужчине нужна женская помощь или компания.

С каждым уходящим мгновением она все четче формулировала свои догадки, почему он делал такие необычные покупки. В это время у беспомощной кассирши заело кассовый аппарат, а к ней на помощь спешили Ванда и помощник менеджера. Трейси кусала нижнюю губу, понимая, что сейчас в любую минуту кассирша отпустит молодую мамашу, и возможность заговорить с неотразимо-шикарным незнакомцем будет упущена навсегда. Ну и пусть он сноб, а она выглядит как бандитка с большой дороги, все равно этот мужчина ужасно сексуален и загадочен. Что ж, пора проверить ее предположения.

Ванде и помощнику менеджера наконец удалось разобраться с кассовым аппаратом, и Трейси поняла, что время улетучивается. Потом — вот везение — незнакомец слегка повернулся, чтобы еще раз взглянуть на нее. На этот раз его лицо не выражало снисходительность, он словно с удивлением разглядывал ее голубые глаза и копну кудрей на затылке. Трейси обнаружила, что, когда их глаза встретились, у нее заколотилось сердце. Внезапно он подмигнул ей и широко улыбнулся самой теплой и обезоруживающей улыбкой. Боже, он восхитителен! Она резко вздохнула, понимая, что ее момент настал.

Она указала подбородком на бутылку вина и пачку бумаги в его руках и ехидно проговорила:

— Скажите, вы собираетесь расстаться со своей подружкой?

Незнакомец на мгновение нахмурился, глядя на предметы в своих руках, потом с удивлением посмотрел на девушку:

— Прошу прощения, мисс?

Его голос оказался глубоким, с легчайшим акцентом, что показалось Трейси пугающим. Она тем не менее завлекающе улыбнулась и пояснила:

— Ну, знаете, писать «Дорогая Джейн» и одновременно пытаться утопить свое горе в вине.

Мужчина улыбнулся, с восхищением и удивлением разглядывая Трейси и кивая:

— Вы, наверное, экстрасенс, мисс. Я действительно хотел бы порвать с ней. Скажите, а вы свободны?

Сердце девушки подпрыгнуло, но ей удалось спокойным тоном спросить:

— Вы имеете в виду, чтобы выпить с вами вина? Или вы собираетесь диктовать мне письмо?

— Как насчет и того и другого?

Трейси уставилась на него. Она не знала, что говорить дальше. Прекрасный незнакомец с готовностью проглотил наживку, и это удивило ее: что же это за мужчина, который с такой легкостью может подцепить девицу в истертом махровом комбинезоне и поношенных кроссовках!

— Сэр, я теперь могу отпустить вам товар, — сказала кассирша, избавив Трейси от необходимости отвечать на приглашение.

Мужчина повернулся, чтобы отдать ей бутылку, и Трейси вздохнула. Все кончено, подумала девушка. Она не ответила на его вопрос, и теперь он наверняка забудет об их легком флирте.

Ее мысли нарушил громкий звон, и она отпрыгнула от разлетевшейся на тысячу осколков бутылки вина, которая взорвалась у ног незнакомца, так что вино брызнуло во все стороны. Мужчина отскочил в сторону, потом наклонился, с сердитым видом убирая керамические осколки со своих забрызганных вином остроносых туфель.