Управляемые
Шрифт:
В этом и заключается проблема — когда он обращается ко мне, он говорит о чувствах и эмоциях, а когда рассуждает о себе, говорит о физическом контакте. Я пытаюсь не обращать на это внимания. Пытаюсь уговорить себя, что физический контакт — то, чего я тоже от него хочу. Единственное, что я могу от него получить. Признать, что это — единственное, в чём он разделит себя со мной.
Об этом легко помнить, потому что Колтон наклоняется и нежно проводит губами по моим губам. С его прикосновением все противоречивые мысли исчезают. Мягкий вздох от поцелуя, в который мы медленно погружаемся. Я раскрываю губы ему навстречу, его язык скользит внутрь, чтобы
Тепло, успокаивающее боль, просачивается в мою грудь и распространяется по всему телу. Я отключаю свой разум и позволяю себе просто чувствовать. Упиваться ощущениями, которые Колтон вызывает во мне. Он — мой огонь холодной ночью, солнце, согревающее кожу прохладным весенним утром, ветер, ласкающий лицо осенним днём, — он всё, что заставляет чувствовать себя живой и цельной, и красивой.
И желанной.
Я скольжу руками под его футболку, по широкой дуге двигаясь к его пояснице. Его упругая кожа нагревается под моими прикосновениями. Мне нужна связь с ним, как нужен солнечный свет. Потому что когда мы так касаемся друг друга, когда я чувствую его в таком состоянии, я не сомневаюсь, что смогу довольствоваться малым. Смогу быть той, в ком он нуждается, и быть с ним так долго, как он мне позволит. За шанс быть с ним, находиться под влиянием его чар, я отодвину свои потребности в сторону и похороню их максимально глубоко, чтобы стать такой, какой он хочет.
Колтон обхватывает моё лицо ладонями, смягчая поцелуй, останавливается, так нежно потираясь о мои губы губами, что вверх по моему позвоночнику пробегает дрожь. Я мягко вздыхаю, в то время как его руки обхватывают меня, сильные мышцы тянут в комфортное тепло. Я кладу голову ему на грудь, которая пахнет чистым бельём и мылом. Я слышу, как под моим ухом бьётся его сердце, сильно и равномерно. Я закрываю глаза, желая, чтобы этот момент длился вечно.
Он кладёт свой подбородок мне на макушку. Я слышу его судорожный вдох, прежде чем он произносит:
— Уму непостижимо, как сильно я хочу тебя, Райли, — он сжимает объятия. — Как сильно меня к тебе тянет.
Я тихо, с маленькой улыбкой на губах, наполняюсь теплом от его признания. Возможно, я действительно влияю на него. Я вытряхиваю эти мысли из головы, не желая усложнять, углубляться в тему или вообще думать, а просто наслаждаюсь лёгкостью и сладостью этой близости между нами.
— Райли?
— Ммм?
— Пойдём со мной — на настоящее свидание, — чувствую, как с этими словами напрягается его тело, как будто просить об этом для него болезненно. Признать, что ему это нужно. — Согласись не потому, что я купил твоё свидание, а потому, что сама этого хочешь.
Всё внутри меня взмывает от восторга при мысли увидеть его снова. Снова провести с ним время.
— Скажи «да», Райли, — бормочет он с тихим отчаянием, целуя меня в макушку. — Просто невообразимо, как сильно я хочу, чтобы ты сказала «да».
Я отклоняюсь, потрясенная уязвимостью, которую слышу в его голосе, и значением языка его тела. Почему он боится, что я скажу «нет», когда любая выбранная им сказала бы «да»? Я всматриваюсь в его глаза, пытаясь прочитать эмоции,
И затем надеяться.
Я тянусь рукой, чтобы дотронуться до его колючей, небритой щеки, наслаждаясь её грубостью под моими пальцами. Шероховатость его кожи свидетельствует о том, что этот момент — настоящий. Что Колтон действительно здесь, со мной. Я поднимаюсь на цыпочки и сомкнутым ртом запечатлеваю на его идеально вылепленных губах нежный поцелуй:
— Да.
Я вздыхаю, и мой ответ, независимо от всей моей прежней психологической агитации, означает, что Колтон Донован только что сделал первую трещину в защитной стене вокруг моего сердца.
Он едва заметно кивает, ничего не говоря, с застенчивой улыбкой на лице. Притягивает меня к себе ещё раз:
— Сегодня вечером?
Я молчу, мысленно оглядываясь на свой календарь, понимая, что у меня нет планов на вечер, но не желаю показаться слишком нетерпеливой.
— Я заберу тебя в шесть, Райли, — решает он за меня, прежде чем я успеваю ответить. Он отпускает меня и смотрит мне в глаза, чтобы убедиться, что я его услышала. В его взгляде нет и следа уязвимости. Она заменена непримиримой уверенностью, которая так созвучна с его публичным образом.
Я прикусываю нижнюю губу и согласно киваю, внезапно почувствовав смущение.
Он захватывает мой подбородок, подушечкой большого пальца трогая нижнюю губу:
— До встречи, сладкая.
— Пока, — выдыхаю я, уже скучая по нему.
Он идет к входной двери, открывает её, и затем поворачивается ко мне:
— Эй, Райлс?
— Хм-мм?
— Никаких больше побегов от меня, — предостерегает он, сверкнув улыбкой, и закрывает за собой дверь. С его уходом я вдруг снова могу дышать. Его присутствие настолько сильное, настолько подавляющее — что переполняет комнату. Пропитывает мои чувства. После его ухода я чувствую, что могу осмыслить, что только что произошло. Наконец вздохнуть свободно.
Я стою лицом к двери и закрываю глаза, впитывая все, что сейчас произошло. Ситуация не прояснилась. Ни на один из своих вопросов я не получила ответа: почему он не связывает себя отношениями с девушками? Что происходит между нами, если это не на одну ночь? О чём на самом деле он хотел сказать, когда не закончил фразу «Ты заставила меня»? От чего он пытается меня защитить? Что за багаж может заполнить 747?
Я тяжело вздыхаю. Так много осталось без ответа, и все же я чувствую, что очень много было сказано без слов. Я сажусь на диван, моя голова не оправилась от недельного урагана эмоций.
— Он ушёл? — я слышу приглушённый голос Хэдди с другой стороны стены.
— Да, любопытная девочка, — смеюсь я, — войди и внеси уже свои пять копеек в общую неразбериху.
— Святое дерьмо! — восклицает она, огибая стену и плюхаясь рядом со мной на диван. — Горячее свидание сегодня вечером! — она громко восклицает, вздымая руки над головой. — Ого-го, после этого мне надо принять холодный душ!
— Ты подглядывала?! — Я моментально краснею от неловкости, что у нас была аудитория.