Unknown

Helen

– Жаль, что она такая заноза, - сказал он.

– Даже не знаю, что Козинич в ней нашел, - пробормотала Миши.

Мартинес уставился на нее:

– Козинич и Чандра были?..

– Да. Все началось больше года назад, когда Козинич только появился в моем штабе, а Прасад служила на кольце Харзапиды. Не уверена, что связь продолжилась после ранения Козинича, ведь Чандра как раз попала на "Прославленный" и закрутила с капитаном.
– Она нахмурилась.
– Думаю, что у Козинича была кишка тонка ей сопротивляться.

Мартинес сделал вид, что без

ума от кофе. "Неужели Чандра убирает своих бывших любовников?" - промелькнула мысль, и он засомневался, достаточно ли ему одного часового по ночам у дверей.

– Интересно.

– Вы думаете? А по-моему, отвратительно.

– Одно другого не исключает.
– Он еще не перестал удивляться новости о романе Чандры и Козинича, когда заметил, что реакция Миши тоже нетипична. Неужели она влюбилась в своего юного протеже? Он с трудом заставил себя не думать об этом. У него и так есть чем заняться.

Он взглянул на Миши.

– У меня кое-какие мысли по поводу тактики, миледи.

Ее губ коснулась легкая улыбка.

– Даже так? Разве это не просто ужин?

– Я надеялся порадовать вас угощением в обмен на беседу о своих задумках, хотя задумка-то у меня всего одна.

– Клецки сделали меня доброй. Продолжайте.

Мартинес отпил кофе, горький вкус которого оказался особенно приятным после сладкого десерта, и аккуратно поставил чашку на блюдце.

– Я хочу попробовать напасть на Наксас.

Миши улыбнулась.

– А я-то гадала, когда вы предложите атаковать столицу врага. Даже заключила с собой пари.

– В наксидском флоте пятьдесят кораблей, из которых сорок три участвовали в захвате Заншаа, - продолжил Мартинес.
– Выходит, в Магарии и Наксасе осталось семь. В начале войны Наксас охраняла небольшая эскадра из пяти кораблей, и, скорее всего, они еще там. Но готов поспорить, что подкрепления не приходило. В эскадре Чен семь кораблей, хотя "Небесный" был поврежден при Протипане и не может сражаться в полную силу. Арсеналы на треть пусты, но на нашей стороне новая тактика, хороший настрой и воля к победе. Атака на Наксас может ошеломить обороняющихся, и вражеское правительство окажется у нас в руках. Это будет решающий удар.

Миши глубоко вздохнула.

– Вы даже не представляете, насколько заманчиво это звучит.
– Она положила ладони на стол, растопырив пальцы.
– Но мы не знаем, осталось ли вражеское правительство на Наксасе. Возможно, оно уже летит к Заншаа.

– Есть такой риск, - допустил Мартинес.

– К тому же наксидам могут быть известны наши передвижения. И, вероятно, они уже послали подкрепление к Наксасу. Даже если мы прибудем первыми и уничтожим пять кораблей, прилетят новые и опять завяжется бой, а арсеналы-то у нас будут уже пусты.

– Это верно.

– А еще наксиды могли построить новые корабли и послать их к Наксасу. Тогда нам точно не повезет. И, конечно, мои приказания строго запрещают мне отправляться на Наксас.

– Конечно.
– Мартинес кивнул.

Она смотрела на него из-под челки:

– Вам нечем возразить?

Капитан

почувствовал, что очень хочется вздохнуть, но сдержался.

– Нет, миледи.

Он уже сам давно думал об этом и не находил убедительных доводов.

Миши казалась разочарованной.

– Я надеялась, что есть. Я же тоже размышляла о нападении на Наксас.

Мартинес подыскивал слова.

– У меня нет веских аргументов, - начал он.
– Всего лишь предчувствие, что надо отправляться к Наксасу. Я считаю, что мы справимся с пятью кораблями, почти не рискуя. А если наксиды не сдадутся, мы всегда можем отступить и продолжить наш рейд.

Миши вновь посмотрела на свои руки.

– Нет. Слишком много неизвестных. И дела у нас сейчас идут замечательно. Если мы проиграем при Наксасе, мы не только собственноручно отдадим наксидам победу и даже наши сторонники не узнают, что произошло, но поменяются все стратегические планы Флота.
– Когда она посмотрела на Мартинеса, в глазах мелькнула искорка.
– Но раз уж это вы негласный автор стратегии флота, полагаю, вы должны ей дорожить.

– Так точно, миледи.
– Мартинес почувствовал, как теснит в груди, - следующий шаг был неизбежен.
– Мой долг предложить атаковать наксидов их же способом. Разгоним ракеты до релятивистских скоростей и отправим на Наксас. Это может обрушить кольцо планеты прямо на голову их правительству.

Миши опять покачала головой.

– Война на этом не закончится. А только разгорится. Наксиды воспользуются тем же приемом, а мне не хочется наблюдать, как рушатся кольца Харзапиды, Зарафана и Феларуса.

Мартинесу стало легче дышать.

– Как камень с плеч, - сказал он.
– Я знал, что следует упомянуть об этой возможности, но сердцем такого не желал.

– Да.
– Миши сделала глоточек кофе.
– Если бы мне пришлось таким образом уничтожать нашу цивилизацию, я бы предпочла сделать это по прямому приказу командования, а не по собственной инициативе.

Мартинес улыбнулся, но в голове вертелся вопрос, насколько охотно подчинилась бы Миши приказу. В прошлом она была довольно безжалостна.

Растревоженный этими мыслями, он продолжал рассуждать:

– Ладно, если мы не собираемся в родной мир наксидов, возможно, нам удастся убедить врага, что мы направляемся именно туда.

– Кажется, у вас есть предложение?

– В Эль-Бине четыре тоннеля. Мы входим в систему через Первый. Если выйдем через Второй, значит, летим прямо на Наксас, а Третий приведет нас к Сейшо через Феларус, это очень длинный маршрут. Переходим через Четвертый тоннель - начинаем петлю, возвращающую нас к основному флоту. Сейчас наш курс от Первого тоннеля к Четвертому с небольшими отклонениями на случай предполагаемой атаки наксидов. Но если мы сделаем петлю вокруг солнца Эль-Бина, это будет выглядеть так, словно мы разгоняемся ко Второму тоннелю, ведущему в Наксас. И если они и правда направили туда подкрепление, то уже не свернут, а лишь увеличат скорость, стремясь домой, на планету, которой ничто не угрожает.