Уникум
Шрифт:
– Мне надоело все время тебя одергивать, Родька!
– с досадой сказал
Егор.
– Если ты собрался лезть на рожон, лучше поехали отсюда восвояси!
– Я приехал на разведку, - серьезно ответил Родион.
– Они сами напрашиваются на конфликт. И чем бы ни закончился сегодняшний разговор, я их не боюсь...
– О, да! Ты чуть из штанов не выпрыгиваешь от желания покруче показать себя!..
– заворчал Егор.
– Ну все!
– рявкнул Родион.
– Ты идешь со мной?!
– Да,
– Не собираюсь!
– злобно подтвердил Родион.
– Ну, Бог с тобой...
– А вот это вряд ли, - горько усмехнулся брат.
– Идем, болтун несчастный.
Егор не считал себя болтуном, но признавал за братом право делать такие замечания. Сам Родион редко грешил излишним красноречием и предпочитал, чтобы его понимали с полуслова.
– Идем, так уж и быть, - Егор решительно обошел машину и ступил на троттуар.
– Очки надень!
– с досадой буркнул Родион.
Неизвестно, был ли в этом смысл, но близнецы делали все, чтобы их сходство не сразу бросалось в глаза. На Родионе поверх дорогого шикарного костюма было надето не менее дорогое и шикарное пальто, доходящее почти до пят, а Егор терпеть не мог одежду, полы которой шлепали бы его по коленям. Короткая замшевая куртка и узкие джинсы - это было как раз то, что надо. Родион несколько лет не стриг волосы, открытый высокий лоб и обрамляющие его длинные пряди зрительно делали лицо Родиона более узким и худым, чем оно было на самом деле. Стриженный затылок Егора и длинная кучерявая челка, падающая на лоб и закрывающая темные брови, создавали образ совсем противоположный тому демоническому имиджу, который старательно поддерживал Родион.
Конечно, стоило приглядеться к этой паре повнимательнее, и несостоятельность камуфляжа становилась очевидной. Но все же Егор послушно вынул из кармана и надел зеркальные солнцезащитные очки.
– Я готов, босс.
– Тогда вперед, Страж!
– нервно усмехнулся Родион и открыл тяжелую дверь.
Они вошли в огромный полутемный холл с высоченным потолком. Из холла на второй этаж вела старая мраморная лестница с продавленными и стертыми за сотню лет ступенями. Прохладно и пусто...
– Мрачновато тут, - заметил Егор.
– А самое главное, где охрана? Почему к такому важному обществу настолько открыт доступ. Я-то считал, что тут сплошной строй стоит... Неужели жаждущие и страждущие не горят желанием лицезреть известных всей стране чародеев?..
– Когда ты заткнешься?...
– раздраженно буркнул Родион, и Егор покорно закрыл рот.
Охрана, однако, присутствовала, хотя и не в том количестве, которое казалось бы подходящим для заведения.
Из конторки вахтера немедленно выскочил высокий плечистый детина. Человеку с такой мощной статью место было по всем параметрам никак не в Гильдии чародеев, а по меньшей
– Приемные часы давно кончились!
– строго и немного угрожающе заявил он.
– Учреждение закрыто! Попрошу вас выйти!
– Мой визит согласован, - спокойно сказал Родион.
– Меня ждут.
Вахтер подошел поближе и уставился на пришедших. Черты его лица в темноте различались плохо. Но Егор заметил, как густые брови охранника сошлись на переносице, выражая напряженную работу мысли. Мысль вахтера трудилась секунд десять-пятнадцать, и была она, судя по всему, выдрессирована неплохо, так как работала без дополнительной стимуляции: парень обошелся без почесывания затылка.
– Господин Березин?
– наконец уточнил детина вежливо, но холодно.
– Попробуйте поверить мне на слово, - пожал плечами Родион.
– Я не ношу с собой паспорт...
– А зря, - злорадно усмехнулся вахтер.
– Не все знают в лицо столь важную персону...
Родион переступил с ноги на ногу и наклонил голову, разглядывая блестящие носы своих ботинок. Тревожный симптом. Он означал, что Родион задумался о том, стоит ли наглый вахтер его гнева. А страж порядка продолжал, как ни в чем не бывало:
– Вы уж простите, не признал я вас. Не серчайте... Как видите, здесь темно, электричество экономим. Дороговато, знаете ли, встречать каждого потоками света...
Егор больше не сомневался: сейчас что-то будет. Вахтер сам не подозревал, что взял совершенно неверный тон. Конечно, он всего лишь позволил себе некоторый сарказм в голосе, но он не знал, с кем имеет дело. С Родионом нельзя было так обращаться.
– Темно, говоришь?
– еле слышно процедил Родион и поднял голову. Что ж, уважаемый, свет - не проблема...
Егор спокойно стоял за спиной брата, не касаясь его, но он заметил едва уловимое движение плеч Родиона, и сразу в холле всем множеством лампочек-миньонов вспыхнула низко висящая люстра с подвесками из фальшивого хрусталя.
Вахтер машинально втянул голову в плечи и оглянулся на электрощиток.
– Ох...
– у него вырвалось какое-то неразборчивое ругательство, когда он обнаружил, что поворотные выключатели на щитке по-прежнему пребывают в положении "выкл." - Черт возьми! Этого не может быть!
– Вы полагете?
– сухо уточнил Родион.
– Своим глазам следует доверять, сударь... Они обманут вас в последнюю очередь.
Холл, украшенный мрамором и позолоченной лепниной, был залит светом всего лишь секунды три. Потом напряжение упало, и некоторое время еще светились раскаленные спирали нескольких лампочек.
Однако Егор успел заметить, что вахтер - хорошо упитанный и прокачанный мускулистый субъект неопределенного возраста, на лице которого застыло неподдельное изумление.