Шрифт:
Красников Андрей Андреевич
Уничтожение
Часть 1. Инцидент.
Механик Джон Картер. 8640.
Жена, сидя за рулем потрепанного жизнью шевроле, неустанно щебетала о чем-то, но Джон ее практически не слышал. Из словесного потока Сьюзен и в обычное-то время было сложно вычленить связную информацию, а перед очередным расставанием процент глупого бреда, перемешанного с розовыми соплями, достигал критических
– Джонни, ты меня слушаешь? Я говорю, что, как только окажешься на борту, сразу же свяжись с домом! Я должна тебя видеть каждый день и знать...
"Опять то же самое", - с грустью подумал Картер, механически кивая головой. Перед каждым выходом в море повторялась одна и та же сцена, ему приходилось давать одни и те же обещания... Которые на корабле практически сразу же забывались - болтовни жены механику хватало и на суше, в море же было слишком много своих проблем.
Из-за крыш домов появились первые антенны его корабля и Джон слегка вздохнул. Вообще, рассуждая чисто технически, "Барак Обама" авианосцем не являлся. Все-таки, многофункциональные мобильные платформы переросли классические корабли такого типа на голову. Но называли их по привычке все так же.
Машина проехала еще пару сотен ярдов по улице, а затем выбралась на открытое пространство перед военно-морской базой и, сбавив ход, подъехала к массивным воротам со скучающими часовыми в форме морской пехоты. Взгляду открылся весь гигантский корпус авианосца, приютившегося возле крошечного, по сравнению с ним, пирса. Картер мысленно сплюнул, когда взгляд скользнул по белой надписи с названием, расположенной на носу корабля. Джон давно перестал быть совсем уж оголтелым расистом и, в общем-то, нормально относился к первому чернокожему президенту США, тем более, что не застал его в живых, но бурная молодость и свастика, наколотая на руке, до сих пор серьезно осложняли ему жизнь. Особенно при общении с рабочим звеном корабля, где проклятых нигеров было заметно больше, чем белых.
Картер поморщился. Ему не нравилось его место службы.
На КПП Сьюзен наградила его страстным поцелуем и долго смотрела вслед мужу, неспешно идущему к серой громадине корабля. Это несколько поднимало настроение Джону, но в целом оно, настроение, сегодня было у него намного ниже плинтуса. Восемь месяцев. Восемь месяцев внутри этой здоровенной железки, бок о бок с ненавидящими его за татуировку коллегами. Фак.
Кинув рюкзак с вещами в каюту и доложившись старшему механику, он не слишком-то удивился, узнав, что буквально через два часа начинается его смена на пункте наблюдения возле второго реактора. Леброн Диллинджер, толстый негр, по недосмотру бога занимавший пост его непосредственного начальника, в свое время первый заметил проклятую татуировку и с тех пор засовывал Расиста, как звали Джона за глаза и в лицо почти все его коллеги, в самые неприятные места. Вот уже второй год.
Реактор, конечно, защищен сверх всякой меры и находиться рядом с ним совершенно безопасно - в теории. На практике же Джон очень тревожился на тему того, что однажды, вернувшись из похода, не сможет ничего сделать со своей женой. Тем более, пара неприятных случаев у него уже была, хоть проныра-психолог и объяснил все это какими-то хитрыми словами, списав на неосознанные ожидания самого Джона, а не на его физическую неполноценность.
Психолог, конечно, пустобрех, но верить ему хотелось, да и после пары посещений жить стало легче. Впрочем, совсем перестать тревожиться, зная, что за стеной варится адская ядерная смесь, Картер все равно не мог.
– Здорово, Расист, - поприветствовал его сидящий за пультом сменщик. В отличие от большинства трудящихся здесь, он был белым и на него Джон за кличку не злился.
– И тебе привет, Чарли. Как тут?
– Все системы в норме, сбоев нет. Да и откуда им взяться, если мы у причала стоим и у нас почти ничего не работает. Ладно, я потопал, теперь твоя очередь поджаривать шары, - Чарли гнусно захохотал. Впрочем, на дежурную шутку Джон внимания тоже не обратил.
Сесть в мягкое продавленное кресло, немного отрегулировать по высоте, сделать запись в журнале, проверить несколько экранов с данными... И все, остальные пять часов сорок минут вахты можно ничего не делать. Можно читать книгу или даже спать - все равно любое изменение ситуации сопровождается звуковым сигналом. Вот только как тут поспишь, когда сволочь Диллинджер, наверняка, время от времени поглядывает на картинку с камеры слежения и держит наготове открытый файл с бланком рапорта.
Приходилось сидеть и смотреть в мерно ползущие по экрану одинаковые цифры.
Младший лейтенант Джозеф Викс. 8640.
Джозефу было скучно. И скучать ему придется еще примерно сутки, до тех пор, пока "Барак" не выйдет в открытое море и батарея рельсовых орудий правого борта не встанет на боевое дежурство. Тогда хоть можно будет вволю порезвиться, отслеживая всевозможные кораблики и самолетики. Капитан, вначале неодобрительно смотревший на инициативу Викса, во время прошлого похода взявшегося из любви к искусству держать на прицеле своих установок одновременно все потенциальные цели в зоне прямой видимости, видать, поразмыслил немного своими старыми мозгами и сделал вывод, что постоянная боеготовность - дело нелишнее. И теперь ведение целей рельсотронами прочно вошло в штатное расписание корабля. Жаль только, что в зону прямой видимости к авианосцу мало кто рисковал приближаться.
Увы, но на порт это расписание не распространялось и Джозеф, закинувший ноги на тускло мигающий несколькими огоньками пульт управления стрельбой, прозябающий в спящем режиме, никуда не мог приложить свою кипучую энергию.
Хотя, с другой стороны... Младший лейтенант воровато оглянулся и перещелкнул несколько тумблеров. Серая стена за пультом мигнула и спустя мгновение показала вид Сан-Диего, разукрашенный жирными красными точками и пунктирными линиями. Почти мгновенно звякнул динамик внутренней связи.
– Рельс-один, ответьте мостику. Что у вас происходит?
Викс мысленно чертыхнулся, но ответил ровным тоном бывалого вояки:
– Рельс-один на связи, сэр. Провожу внеплановую проверку систем наведения и моделирования обстановки, сэр. Разрешите продолжить?
На несколько секунд повисло молчание. Викс как будто наяву слышал, как крутятся шестеренки в голове у дежурного. С одной стороны - несанкционированный запуск пары служб, с другой - запуск этот абсолютно безвреден - все равно все орудия отключены с мостика, а проверка систем наведения вполне входила в компетенцию младшего лейтенанта.