Ундервельт. Западня
Шрифт:
Наган распахнул окно, чтоб проветрить кабинет после Тарасовой. Солнце висело над крышей торгового центра, озаренной нимбом голографических реклам. На площади перед торговым центром было безлюдно, если не считать притаившегося в засаде аниматора в костюме хот-дога.
Наган создал шифрованный канал в телеграме и набрал бывшего сослуживца. Майор Зяблик, которого в главке все называли Орлом, ответил после первого гудка и просипел:
— Слушаю.
— Привет, Олег!
— Наган, ты опять номер сменил? — Орел приободрился. — Что
— Да погоди ты! — проворчал Наган. — Я сегодня заказ принял, клиентка параллельно ищет справедливости и в вашей конторе.
— Ага, — Орел снова поскучнел. — Кто?
— Жена пропавшего Тарасова, слышал о таком?
— Тарасов, Тарасов, — забормотал, стуча по клавишам, Орел. — Да! Знакомые все люди! Тебе бы он понравился. Честный бизнесмен с самых низов. Не состоял, не привлекался. Два покушения в девяностые, три пулевых и реанимация, но с криминалом — ни-ни. Высокие технологии, благотворительность, медицина. Теперь в друзьях депутаты, и с самим президентов здоровается… То есть — здоровался.
— Думаешь, его убрали?
— Скорее всего, — легко согласился Орел. — Слишком жадный до справедливости, перешел кому-то дорогу и уперся. Например, партнеру своему — Гурскому. Слыхал о таком?
— Карина говорит, что ему меньше всех выгодно исчезновение Тарасова. Гурский — говорящая кукла, лицо бизнеса, а мозг — это Тарасов.
— Я бы не стал сбрасывать его счетов, — сказал Орел и протянул мечтательно: — В мире развелось слишком много гадов, ошалевших от безнаказанности. Прижать бы их к ногтю, словно блох, и наслаждаться треском…
— Мне бы не знать. Хорошо, Олег, спасибо тебе, — Наган выбрался из кресла, принялся ходить по кабинету туда-сюда; его уже тянуло взять след: найти, настигнуть, вывести на чистую воду. — Можешь выяснить, кто ведет дело?
— Женя Минин, — сразу ответил Орел. — Ты его не знаешь, недавно из Питера перевелся.
— Доверять можно?
— Да, но не переносит художественную самодеятельность, вроде частного сыска. Но… — Олег замялся. — Если ты будешь делиться с ним информацией, то и он потерпит вольнонаемного детектива.
Наган выглянул в окно: хот-дог пытался завязать знакомство с двумя девушками, похожими на старшеклассниц. Девицы снимали аниматора телефонами и звонко смеялись.
— Ты скажи лучше, водку брать на тебя или нет? Приезжай, я сам куплю мяса, хрен с тобой, если ты такой лентяй. Приезжай, оттопыримся, обсудим заодно и твое дельце.
— Ладно, Олег, я тебе перезвоню. Спасибо.
— Удачи, старик!
— Пока!
Наган положил мобильник на стол. Согнал рассевшихся на подоконнике голубей и проследил, как сизая стая проносится над ходячим хот-догом, подкрашивая сосиску из папье-маше в светлые тона.
Затем опустился в кресло, уставился в экран. Итак, сперва нужно повторить маршрут Тарасова, поговорить с людьми, с которыми он соприкасался. Попытаться добыть пропуск в «Проксиму», узнать,
Стандартный набор действий. Подумав немного, он связался с Яной:
— Дорогая, что ты об этом обо всем думаешь?
— Хм? О чем именно? О водке для Орла? О Карине?
— О заказе.
— Мне он не нравится. Мутный. Деньги нравятся, заказ — нет. Но я не могу объяснить почему. Возможно, я не права, и это из-за Карины, уж очень она мерзотная.
— Поехали домой, — сказал Наган, вставая.
А сам задумался, потому что интуиция жены работала отлично. Но сейчас, да, возможно, дала сбой из-за клиентки. А может, и не дала, и нужно быть осторожным. Время покажет.
Глава 3. Восприятие
Вросшая в землю хижина, которую обещал проводник, оказалась маленькой, необитаемой. Окон нет, крыша выстлана хворостом. Арон, а за ним — Тарвит вошли в щербатую дверь, щелкнул засов, и воцарилась темнота. Тарвит прижался к бревенчатой стене, Арон завозился в мешке, чиркнул огнивом, поджигая огрызок толстой свечи — по стенам потянулись колыхающиеся тени.
Настроен Арон был, похоже, действительно мирно. Положил посох на единственную полку, водрузил свечу на стол, заляпанный воском, сел на кровать, сколоченную из досок. В голове Тарвита толпились вопросы, но он не был уверен, что проводник удовлетворит его информационный голод, уж очень странный этот Арон.
— Долго до ближайшего населенного пункта? — спросил Тарвит
— Два километра, час ходьбы…
— Час?!
— Да, тут не побегаешь, везде магические ловушки.
Тарвит не утерпел, от бессилия вскочил и ударил в стену кулаком. Зашипел, сбив костяшки.
— Да что тут творится? Я ничего не помню, даже своего имени. Мне кажется, что это тело, — он огладил бока, свое лицо, — чужое. Вокруг творится натуральный дурдом. Почему я тут? Чудовища, ловушки невидимые, орки… Орки, твою мать!!! Которые хотели меня допросить, с кем-то спутав.
— Успокойся, — Арон поднял руки. — Не знаю, что вы все тут ищете. Кто собирает магические предметы, кто правды хочет, кто замок Госа, кто еще чего-то.
— Философ, блин! Может, у тебя есть хотя бы лишняя рубаха? Или… — Тарвит покопался в голове, но не нашел конкретную мысль. — Оружие. Мощное. А то у меня два ножа, с ними не повоюешь.
Арон промолчал. Тарвит принялся мерить шагами комнату: три шага вдоль и три поперек. Наконец замер и посмотрел на Арона, положившего подбородок на скрещенные руки. Лицо его, озаренное бликами трепещущей свечи, казалось потусторонним.
— Мне надо знать, что происходит. Кто ты такой, зачем помогаешь…
— Я это уже слышал, и не только от тебя. Устал объяснять то, что не понимаю до конца. Если бы мог помочь, уже бы сделал это. Вот придем в деревню, там и людей расспросишь, и оружием разживешься. Наверняка тебе подскажут и с удовольствием помогут.