Умри, старушка!
Шрифт:
Два стука разбитыми костяшками по белому дубу двери и вхожу. Пересекаю кабинет, сажусь. Она смотрит какую-то корреспонденцию у себя на столе. Типа психологический прием. Типа I занервничаю. Уловка бездарная. Нельзя за десять секунд успеть вкурить, что там тебе на стал положила секретарша. Не удивлюсь, если листок она держит вверх ногами. Немая сцена длится довольно долго, она держит паузу как неталантливый актер, я уже откровенно забавляюсь ситуацией, отвратительная тошнота прошла. Если стул, на котором я сижу, был бы повыше,
НуНу, она поднимает свои блеклые поросячьи зенки и глядит на меня. Мля, ну школа, пятый класс, завуч взъебывает пионера Сергея за то, что тот из окна класса скинул водяную бомбочку на голову прохожего. — Сергей!
— Да, Да? (я готовно улыбаюсь. Прям по Карнеги. Так легче скрывать полунервный смех, который предательски зашебуршал в глотке).
— Два месяца назад наша фирма (она произносит — Наша Фирма) наняла вас на работу. На собеседовании Вы произвели благоприятное впечатление. За эти два месяца вы неоднократно проявляли инициативу, показывая себя опытным менеджером (Ой, нет! Кажется, меня все-таки вырвет!!!). Но-это-не-умаляет-ваших-многочисленных-ошибок-сделанных-вами-за-пос-леднее-время. Мы-вынуждены…
Ну, все! Поплыли муды до глубокой воды. Это надолго, и прикрутить фонтан не удастся никому. Я тут же перестаю ее слушать, это косноязычное красноречие меня не трогает нисколько. Я сижу, виновато глядя ей в глаза, и в тысячный раз пытаюсь понять, как откровенно тупая и несимпатичная баба смогла стать начальником фирмы. „.Мы Будем Вынуждены Снижать Зарплату Некоторым Сотрудникам И Боюсь Вы Можете Попасть В Их Число,… - Снижайте!
— Да, я полностью с вами согласен. Последнее время мне не удавалось удерживать свою производительность на должном для Нашей Фирмы уровне, и вы вправе снизить мне зарплату.
Такого она не ожидала. Такой расклад вышибает ее в нокаут одним ударом. А молодой клерк сидит и улыбается вежливой улыбкой. Для него процветание фирмы превыше всего. Даже личной выгоды. — Ну, можете возвращаться к работе, — произносит она заторможенно. Как будто в плейере садятся батарейки. Я еще раз улыбаюсь и выхожу.
День тянется невыносимо, это похоже на зубную боль или на вытаскивание занозы. У меня напряжена каждая мышца, на лбу выступил пот. Я борюсь с собой, борюсь с желанием выйти и никогда не возвращаться в эту комнату. За день не было ни одного клиента, я не знаю, чем себя занять, служба | информационной безопасности стерла с моего ПиСи все игрушки.
— Сергей, к вам пришли!
Ура!!! Кто бы это ни был, ура! Я чуть не бегом спешу в курилку. Это Джой. Она отдает [мне ключи. Спааайк, я пропылесосила и помыла посуду. Ах, Джой, ты лучшая I работница на всех плантациях Юга! Мы закуриваем, я вижу, что у нее подрагивают руки, смотрю внимательно в ее бездонные глаза и вижу какое-то непонятную эмоцию.
— Джой, что случилось?
— Спайк, я от тебя обзванивала друзей (у Джой дома нет телефона, когда она
Гизмо, Гизмо… Джой меня давно хотела познакомить с каким-то своим земляком, она часто рассказывала про него просто взахлеб. Этот черный был эфиопом, он принадлежал коптской церкви и приехал в Россию учиться в православной академии. Я, хотя и было любопытно, заминал эти благие поползновения Джой. Два ниггера в активе — это для меня было бы через чур.
— Представляешь, его увезла скорая как раз в тот день, когда я тебя встретила. Я тогда забила на встречу, а должна была с ним встречаться.
— А где?
— На Маяковке. Представляешь, Спайк, его кто-то избил до смерти (- До смерти? — Ну, почти до смерти), он до сих пор лежит в реанимации. Наверное, это скины были.
Я вспоминаю, что в тот день была игра сборной России. Конечно, это были скины. В тот день в Городе была повышенная хулз-актив-ность. И у кого еще, кроме правых, хватит наглости в центре Города забивать кого-то до полусмерти. Я не удивлюсь, если это были мои друзья.
— Спааайк!
— М?
— Ну зачем вы такие злые? Зачем?
— Джой, ты сама знаешь зачем. А если бы я не был злой, ты бы меня не полюбила.
Ха! «Мы…» — она равняет меня с остальны-ми бритоголовыми, не понимая, что, если не› моя доброта, я устроил бы ей общак-субботнш еще тогда, в снежном мае.
Я вернулся в офис и сказал, что иду обедать. Законный час отдыха. Надо проставить Джой пиво. Пусть выпьет, пусть поуспокоится. Да и есть у меня какое-то чувство неловкости перед ней, как будто это я лично мудохал ее друга ниггера.
Мы зашли в летний ресторанчик, она заказала себе кучу салатов, я — здоровый шмат мяса, Его сготовили довольно быстро, и, когда еще чуть шкварчащий кус оказался передо мной, у меня произошел легкий адреналиновый выброс, Сидящий внутри мохнатый мужик, завернутый в шкуру мамонта, довольно зарычал.
Я утешаю Джой, как могу (а Джой любит мешать пиво с виски — тут кто угодно утешится), и это у меня получается неплохо, во всяком! случае она снова начинает улыбаться. Она рассказала мне историю понравившейся мне — фляжки, и я даже постучал себя кулаком по коленке — я угадал все с точностью до мм. Это | был какой-то сморщенный похотливый папик. Джой наконец-то заулыбалась. Но улыбка у нее все равно не такая, как обычно. Но уже не грустная, а наоборот — в глазах скачут как че-то искорки.
— Спаайк. У меня для тебя есть сюрприз.
Джой протягивает мне бумажку. На ней адрес и телефон. И имя. Необыкновенное, волшебное имя. Я СРАЗУ догадываюсь, ЧЬИ это координаты (даже еще раньше, ДО того, как увидел, что на бумажке что-то написано, еще когда она только протягивала ее). Я понимаю, что это очень глупо и вообще так не бывает, но все равно догадываюсь, что это ЕЕ семицифрие.
— Джой, что это?
— Это телефон и адрес твоей новой любОви.
— Джооой! Откуда?!!