Умоляй меня
Шрифт:
Я с грацией эквилибриста достаю ствол, красиво проворачиваю его на пальце, приставляя к ее гладкому лбу.
– Правильный ответ – «да», принцесса.
Но она смотрит на нанятого мной регистратора и одними губами беззвучно умоляет:
– Помогите.
– Помочь тебе могу только я, но не буду. Если только ты хорошо умеешь умолять. На коленях, – намекаю я.
Но она не понимает намека.
– Парни, отведите ее в комнату прихожан, – распоряжаюсь я, пряча ствол. – Мы ненадолго уединимся с невестой. Порепетируем
Я знаю, что регистратор будет ждать, сколько понадобится.
Моя душа ликует. Я дождался момента, когда месть свершится. Ее отец будет плакать кровавыми слезами, когда получит дочурку обратно.
Но я захожу в комнату и вижу принцессу в слезах.
– Вы ее трогали? – вопросительно выгибаю бровь.
– Нет, Тень. Но если ты прикажешь…
В воздухе повисает тяжелая пауза. Я слежу за невестой. Она напряжена, зажата моими парнями и, похоже, не понимает расклад.
– Итак, у тебя есть выбор. Стать моей женой или…
– Нет!
Снова из нее вырывается протест.
– Или, – невозмутимо продолжаю я, жалея, что мой голос глушит маска. – Мои парни накачают тебя спермой во все щели.
Её глаза становятся огромными. Хотя до этого я не видел таких больших ясных глаз. Как у такого мерзкого чудовища, ее отца, могла появиться дочь-ангел? За что ему такой дар?
– Посмотрим, какие сокровища ты прячешь от нас, – пророкотал я, чувствуя поднимающееся возбуждение. – Парни задерите ей подол.
– Нет, не надо… пожалуйста.
– Не сопротивляйся. Иначе останешься без своего чудесного платья, – предупреждаю я.
И от вида нежнейших кружев, покрывающих ее киску, у меня темнеет в глазах от вожделения.
Может, трахнуть ангела в церкви? Или бог не простит мне этой шутки?
Глава 2. Брачное ложе
Каролина
От свалившихся неприятностей кружится голова. Но я стою ровно, выпрямив спину и вздернув подбородок. Этот неприятный мужлан не дождется от меня просьб о пощаде.
Я не буду умолять, тем более на коленях. Знаю, скоро придет папа и вытащит меня из неприятностей. Вот тогда умолять придется ему.
За все время он так и не показал своего лица. Для меня он так и остается запоминающимися глазами и Тенью. Так назвал его один из пособников.
– Можете поцеловать свою жену, – закончил регистратор.
Я вздрагиваю. Поворачиваюсь к нему. Сейчас? Он снимет маску, и я посмотрю в лицо тому, кто посмел перейти дорогу папе?
– Обойдемся. Это формальность.
А дальше он бесцеремонно выводит меня из церкви. Ему плевать, что я путаюсь в юбках пышного платья и падаю. Он тащит меня до припаркованной огромной черной машины, заталкивает внутрь и захлопывает дверь.
Вот он, момент!
Пока он обходит свой катафалк, я могу выпрыгнуть
Думаю и тут же насмехаюсь над собой.
Бежать. Как же. На высоких каблуках и в этом платье! На целых два шага успею отбежать от машины. А мужлан сразу же сделает что-нибудь неприятное.
Он садится за руль. Сам. Заводит машину и смотрит на меня через зеркало на стекле. Теперь этот урод натягивает темные очки. Даже глаз не видно.
– Что дальше? – нервно спрашиваю я.
– Медовый месяц, принцесса, – угрожающе бросает он и срывается с места, резко давя по газам.
Я смотрю, куда мы едем, стараюсь запомнить дорогу. Но похититель кружит по городу, пока не останавливается в какой-то подворотне, где его катафалку явно тесно.
Распахивает дверь и подтаскивает меня ближе. Я не понимаю, мне выходить или оставаться в машине? Попытка определить, где я, ни к чему не приводит – я совершенно не знаю город. Те редкие вылазки в театр и оперу совершенно не познакомили меня с подворотнями окраин.
Но от меня никакого соображения и не требуется. В его руках появляется шприц. Я слишком поздно замечаю – он уже сделал мне укол.
– Зачем? – шепчу я, сразу чувствуя онемение губ.
– Чтобы не подглядывала, – глухо говорит он, толкает меня на сиденье и закрывает дверь.
Сознание гаснет.
Тень
Я достаточно быстро добираюсь до нашего логова. Её папаша никогда не догадается искать у себя под носом, в элитном поселке для таких же продажных сволочей, как он.
Крепкий, изолированный от всех соседей дом с двухуровневым подвалом. Обнесенный со всех сторон высоким глухим забором.
Тот, кто его строил, не собирался рисоваться перед соседями своими деньгами и возможностями. Он заложил дом не на виду от подъездной улицы, а в глубине территории, за лесной полосой.
Со стороны соседних вилл дома не видно. Из его же окон открывается отличный вид на лес. Идеальное логово для Тени.
– Место приготовили? – коротко спрашиваю я, вытаскивая принцессу и поражаясь ее невесомости.
– Все, как приказал, Тень. Без окон, в самом дальнем углу подвала.
Я киваю и иду в ее темницу. В мою темницу. Я неожиданно не хочу показывать ей своего истинного лица. По мне, она и так перепугана до усрачки.
Пока принцесса в отключке, я при свете захожу в подвал, кладу ее на надутый матрас и замираю.
Ее глаза закрыты. Она выглядит умиротворенной, как спящий ангел. Жаль, что ей придется потерять невинность во всех ее проявлениях. Взгляд опускается, блуждая по ее кремовой коже. Кровь в жилах закипает, превращаясь в расплавленную лаву, когда я осторожно, как будто принцесса сделана из стекла, провожу большим пальцем по щеке, задерживаюсь на нежных пухлых губах.