Улыбка бога
Шрифт:
Илья махнул рукой официанту, давая знать, что уходит. Не ожидая паренька, отсчитал деньги и подсунул их под блюдце. Затем накинул пальто и заторопился к выходу. Разговаривать с Аллой – оператором банка – при посторонних не хотелось.
Жизнь давно приучила Илью к осторожности, но сейчас он стал подозрительным до маниакальности. Его не оставляло чувство, что вокруг него сжимается кольцо. Найдя тихое безлюдное место, он позвонил девушке-оператору на номер ее сотового телефона.
– Алла? Это Илья Захаров. Вы хотели меня слышать?
– Ах, как хорошо, что вы позвонили, –
– Вполне вероятно. Со мной просто рассчитались за товар.
Алла помолчала.
– Это были очень, очень большие деньги...
– Были? Они что, растворились?
– Вы только не волнуйтесь, Илья Григорьич, скорее всего, это какая-то ошибка, сбой системы...
– Алла, прошу вас, говорите по существу. – Илья вдруг понял, что по лбу его течет холодный пот, а в трубку он вцепился как в последнюю свою надежду.
– Пятнадцать миллионов долларов, – понизив голос, уважительно сказала Алла. – Причем они сегодня утром пришли, а уже через два часа на счете их не было.
– Что? – Илья подумал, что ослышался.
– Вы не переживайте, Илья Григорьич, думаю, это все-таки ошибка. Если бы сумма была меньше, я бы вам и сообщать не стала: мало ли какой сбой в системе произошел...
Алла еще что-то говорила, но у него в мозгу стучала только эта фраза: «пятнадцать миллионов долларов».
Ровно столько, во сколько он оценил византийский крест Воронцовского, если продавать его сразу, не прибегая к торгам.
Мимо пронеслась «Скорая», завывая сиреной, и Илья машинально проводил ее взглядом.
«Если это сбой, то недоразумение скоро разрешится и мне не стоит переживать, – думал он, идя по направлению к оставленному недалеко от кафе автомобилю. – А если нет? Тогда что это за деньги, и куда они исчезли? Да нет же, это совершенно точно какая-то ерунда. Надо просто выбросить все из головы».
Машина, его синяя «Хонда», оказалась «запертой» со всех сторон. Пришлось протиснуться между своим автомобилем и чужим, стоящим к нему вплотную, и, приоткрыв дверцу, надавить на сигнал. Действия это не возымело, не считая того, что из окна второго этажа высунулась всклокоченная голова и довольно нелицеприятно высказалась в адрес Ильи и его мамы. Хозяин же автомобиля, перекрывшего дорогу, так и не появился. Подождав еще пару минут, Илья в сердцах пнул ногой колесо иномарки, и она взвыла дурным голосом.
Отойдя чуть в сторону, он достал сотовый телефон и, перекрывая завывания сигнализации, прокричал в трубку:
– Оксана? Дозвонитесь моему клиенту, тому, что с образцами ювелирных изделий, извинитесь и попросите подождать там, где мы с ним договорились. У меня проблемы, я опаздываю.
– Хорошо, Илья Григорьич. Звонила ваша жена, просила напомнить вам: сегодня у детей Александры Ильиничны – Алисы и Мити, школьный концерт. Что ей ответить, если еще раз позвонит?
– Скажите, я постараюсь успеть, но не обещаю.
Машина вдруг перестала завывать, и последние слова показались слишком громкими из-за наступившей тишины. Илья обернулся. Пухленькая миловидная
– Ну как же так можно, девушка! – укоризненно произнес Илья подходя.
– Я только на минуточку отошла! – Она белозубо улыбнулась. – А вы что, ждали, да? Ой, как нехорошо получилось. Мне показалось, я и двух минут там не пробыла.
Илья открыл рот, чтобы съязвить, что за две минуты она успела бы только нахватать одежды с вешалок, не меряя. И то вряд ли. Потом, оценив количество купленных вещей, решил, что это вполне может оказаться правдой: покупала оптом. Махнул рукой и молча сел за руль своего автомобиля. Девушка отъехала, освободив дорогу, и он покатил по направлению к остановке, где его уже полчаса ждал клиент.
Высокий, с глубоко посаженными медвежьими глазками, он почему-то вызывал антипатию. Но дело есть дело. Подавив раздражение, Илья нарисовал на своем лице улыбку и приветливо пригласил клиента сесть в машину.
Ошибка – это улыбка Бога. Как еще направить вас по верному пути?
Эти слова настойчиво вертелись в голове, и Илья от кажущейся их абсурдной простоты впал в оцепенение.
«Где, в чем мой промах, – думал он. – Да и был ли он? Может, я совершенно зря накручиваю себя?»
– Здесь налево, – хрипло сказал пассажир.
– Что? – Илья резко повернулся. За мгновение до этого он успел отключиться от действительности и забыть, что в салоне автомобиля он не один. – Далеко еще?
– Нет, не очень, – мужчина осклабился, и Илью покоробило от его ухмылки.
«Что же такого неприятного в нем есть? Меня буквально выворачивает наизнанку. И зачем только я поехал, – с тоской подумал Илья, – надо было все-таки отказаться. Может, съехать сейчас на обочину и извиниться? Пообещаю, что посмотрим образцы в другой раз».
Он повернулся к пассажиру, собираясь это сказать, но не смог. Это был бы единственный случай за всю его карьеру, когда он не выполнил своих обязательств. Илья вгляделся в безмятежное лицо пассажира, который что-то тихо напевал, раскачивая в такт мелодии головой, и ему стало стыдно.
– У вас не будет сигареты? – спросил Илья. – Я два месяца как бросил, но сейчас просто нестерпимо хочется курить.
«Господи, детский сад какой-то. И чего меня так колбасит?» – мрачно подумал он.
– Да, сейчас, – мужчина полез в карман.
И тут...
Полы куртки его оттопырились, и Илья успел увидеть что-то длинное, резное и перламутрово-белое во внутреннем кармане.
На мгновение он замер, соображая, почему предмет показался ему знакомым. И вдруг боковым зрением увидел, что пассажир тоже оцепенел. Илья повернул голову и встретился с настороженным взглядом маленьких темных глаз.
«Нож для бумаг, – понял он. – Тот самый, из квартиры убитого коллекционера. Бог мой, так это же он его порешил!...»
– Только попробуй дернуться, и я проделаю в тебе дыру, – «медведь» мерзко хмыкнул, и дуло пистолета больно впилось в бок. – И не забывай, мы знаем, где учатся твои внуки, да и дочь у тебя – отменная красотка.