Улыбка Бога [СИ]
Шрифт:
С этого момента профессией Вилката стало приманивание хищной добычи в ловушку стада Ргыха. Племя ценило правозащитника. Его не съели даже через месяц, когда целую неделю охота была неудачной…
Вытянутый аппарат, похожий на здоровенный баклажан ярко-оранжевого цвета, беззвучно скользнул по рассветному небу и, никем незамеченный, приземлился на небольшой прогалине между деревьев. В боку устройства
Предварительное сканирование не показало наличия поблизости крупных живых существ. Тем не менее, голова внимательно принюхалась, прислушалась и присмотрелась. Взгляд тщательно обшарил поляну, сосредоточенно рассматривая каждый кустик. Никто не кидался с шумом, гамом и бластерами, и не собирался отстаивать честь незалежной Винлитии какими-либо другими способами.
Запахов подозрительных тоже не было. Лес как лес. Лиственный, в основном. Йети выждал еще немного, выпрыгнул из шлюпки, и тут же метнулся в кусты, покатившись рыжим клубком.
Мгновенно оказавшись метрах в ста от шлюпки, он еще раз прислушался и принюхался. Подтекавшее масло и какая-то особо вонючая пластмасса изрядно отбивали нюх. Да и не желавший сразу замолчать маршевый двигатель прилично чадил. Человек этого бы не учуял. В отличие от йети. Опасности по-прежнему не ощущалось.
Разведчик вернулся к кораблю, вытащил из люка заранее оставленную в «предбаннике» шлюза большую черную сумку с широкими лямками. Такой себе рюкзачок почти в полтора метра длиной…
— Выгружаемся!
Из шлюпки одним прыжком вылетела женщина-йети.
Первым делом принюхалась, смешно морща морду лица, потом осмотрелась и резким движением отправила какой-то предмет в крону ближайшего дерева. Предмет упал на землю в компании крупной вороны и вороха листьев вперемешку с ветвями.
— И зачем? — спросил мужчина.
— Еда, — ответила подруга.
— У нас космических пайков два мешка! — упомянутые мешки появились из люка. — И огнетушитель нам тоже не нужен. Даже в роли бумеранга. А вороны на вкус гадкие. Даже для йети!
— Еда лишней не бывает, — возразила женщина.
— Ты сейчас Света или Звин? — уточнил Костя, уже слегка подзабывший о своем репациенте…
— И то, и другое, — промурлыкала вопрошаемая, томно потянулась и заявила. — Но ночью лучше быть Звин! Мне понравилось!
— А почему ты решила, что была ночь? — удивленно спросил Костя.
— Ну… Короче, ночь была! Я так хочу, — ушла от прямого ответа Света-Звин в типично женском стиле. — А сейчас рассвет. Считай, что на вороне я тренировалась в метании. Мы вообще где?
— Меня больше интересует, когда. Деревья знакомые и привычные. Скорее всего, вокруг нашего времени. А плюс-минус пятьсот
— Ага! Березки, елочки… Что делать будем?
— А ты что хочешь?
— Ну… Сначала всё-таки понять, где мы.
— Тогда уж сначала отойти от шлюпки метров на триста. Она самоуничтожится скоро, таймер на пятнадцать минут выставлен, а мы уже сколько тут бездельничаем. Всё полезное снаружи, а бесполезное нам не полезно.
— Ну, пошли, предусмотрительный мой! — Светка небрежно подхватила могучей лапой пару мешков и двинулась в чащу, помахивая плотно набитыми емкостями.
Через десять минут оба, сидя на куче мешков, сундуков и сумок, с интересом наблюдали, как покинутая шлюпка начала медленно оседать, складываясь внутрь самой себя, а потом осыпалась кучей порошка, напоминающего ржавчину.
— Надо какую-нибудь пещеру найти, — произнесла Светка. — Не таскаться же с сумками, как торговки на рынке.
— Можно захоронку вырыть. Даже крестик на карте не нужен, без проблем найдем.
— Ага! Хорошо быть йети! — улыбнулась девушка.
— И это я слышу от той, которая целый месяц мочила мне слезами шерсть на тему ненравящегося тела.
— Я передумала! Теперь оно мне нравится!
— Чисто женская логика!
— А ты чего хотел? — Светка снова жизнерадостно оскалилась в улыбке. — Я же женщина!
Под несмолкающий треп вырыли большую узкую яму. В нее сложили большую часть поклажи, закрыли тайник, наскоро сработанной из прутьев орешника крышкой. Поверху Костя аккуратно размотал полосы дерна и, не стесняясь, помочился на результат своей работы.
— Интересно, есть ли тут звери, которые пренебрегут нашим запахом?
Вопрос был риторическим, но напарница ответила:
— Не, животные умные, свою жизнь берегут.
— Вот и я так думаю. А человек не должен ничего заметить. Орешник я метрах в пятистах ломал.
— Куда дальше?
— Помозговать треба… Ты что мыслишь?
— Я? — удивилась девушка, обтерла грязные лапы о пушистую задницу, потом задницу о траву и в который раз улыбнулась. — Ты мужчина, ты и мысли! У меня женская логика: типа, я должна идти за мужчиной и управлять им исподтишка. Чтобы он даже не догадывался, что им управляют!
— И зачем ты мне это рассказываешь? — ехидно поинтересовался Костя.
— Ну… Ты слишком умный. Всё равно догадаешься, — без тени смущения призналась девушка.
Разговор был прерван возникшим шумом, едва заслышав который, Костя бросился под крону самого большого дерева, за руку таща ничего не понимающую Светку.
— Ты чего, — прошептала та, уже прижатая к стволу его телом. — больно же!
— Тихо! Заметят!
— Кто? Ты нормально сказать можешь?