Укуси меня, имплант!

Некрасов Илья

– Отстрелил себе ту конечность, и из нее пошел дымок?

– Зря вы так, хозяйка, - робот повесил бластер за спину, - просто, когда в меня попадают, из ран выходят частицы души... и я оплакиваю их, - HK47 заломил руки.

– Сочувствую, дроид. Ты действительно уникален.

– Спасибо, хозяйка... Кстати, вы не поверите, но я еще знаю, что такое любовь.

– Откуда, железка?
– с подозрением спросила Селин.

– Точно не помню... э-э, мне об этом шепнул один коллега.

– Тоже робот-убийца?

–

Настоящий профи.

"Он все равно только номер два", - добавил HK47 вполголоса.

– И?

– Любовь это искра, что проскакивает между бластером и мешком требухи за миг до умиротворения.

– Весьма глубокое понимание любви, - поморщилась киборг, - ты открыл мне глаза, Казанова.

– Мы дроиды-профи... Наша любовь трепетна, - HK47 нежно погладил бластер, - и жестока...
– он резко передернул затвор.
– Один вопрос, хозяйка?

– Быстрее.

– Можно я убью Томба?
– заискивающим тоном попросил HK47.

– Хочешь проверить, - усмехнулась Селин, - есть ли душа у этого "плевка органики"? Или заняться "любовью"?

– Э-м... скорее, первый вариант, - немного помедлив, выдавил из себя дроид-убийца.

– Уверяю, если просто свернуть шею, души не окажется.

– Вы уже пробовали?!

Селин на секунду задумалась.

– Оп-па! Вот как я размажу тебя!
– воскликнула она.
– Почему всегда оказывается так, что убитые голыми руками не умели души, а убитые из бластера - имели? Ты ведь не можешь знать заранее, кого как убивать!.. Но это и не может быть случайностью!

– Конечно! Это не случайность, а судьба, - робот развел руками.
– Необъяснимое... неизбежное.

Теперь уже HK47 с подозрением уставился на кибервампиршу.

– Неужели вы не понимаете?! Я - длань фатума! Карающая десница рока!

– Все, достаточно, - Селин замахала руками, увидев, насколько тверд и непоколебим робот в своей вере.
– Вернемся к Томбу. Его нельзя убивать.

– Это необязательно. Достаточно отстрелить конечность.

"А лучше две, для верности. И еще надломить парочку шейных позвонков... но это минимум. Необходимо более глубокое и системное исследование органики", - вполголоса добавил HK47.

– Даже не думай, - отрезала Селин.

– Хозяйка, - дроид упал на колени, - ну, пожалуйста...

Не ожидая такого поворота, Селин растерялась:

– Может... как-нибудь потом... когда он станет ненужным.

– Превосходно!
– дроид вскочил на ноги, ликуя.
– Пойду, скажу ему об этом.

– Не смей говорить! Это приказ!

"Тогда напишу записку", - проворчал HK47, когда Селин выбежала из комнаты.

"В его голову слишком часто попадали из бластера", - подумала она.

Киборг подошла к лобовому стеклу, через которое Космос смотрел на капитанский мостик.

"Я ненавижу тебя?" - произнесла или подумала она.

– Что?
– внезапно спросил Томб,

которого Селин не заметила, приближаясь к иллюминатору. Она стушевалась - не могла понять, как ящер смог услышать ее мысли.

– Мне показалось, вы чего-то хотели, - извиняющимся тоном сказал Томб.

– Какова ситуация?
– задала неопределенный вопрос Селин.

После небольшой заминки ящер ответил:

– Мы направляемся на Сайлекс Прайм. Я выбрал кружной путь. Он безопаснее и... даст больше времени.

– Спасибо.

Затем Томб сосредоточился на приборной доске и принялся стучать пальцами по клавишам.

– Он почти поправился, - произнес рептилоид, искоса глядя на Селин.

– Он... очнулся?
– спросила девушка, опасаясь ответа.

– Нет, - ящер заметил, как Селин выдохнула, - еще несколько часов.

Она вошла в медицинский отсек, не включив свет. В темноте помещения мерцал единственный огонек - капсула работала в точности с заданной программой.

Киборг бесшумно приблизилась и взглянула на тело, боясь посмотреть на лицо. Тело мужчины было покрыто специальной обтягивающей тканью из мельчайших трубок и электродов, по которым жизнь возвращалось в уставшую плоть. На открытых участках кожи не оказалось следов ожогов.

Затем Селин решилась. Взглянула на лицо Драгоша и тотчас онемела.

На щеке парня застыла слеза, сорвавшаяся с закрытых глаз какое-то время назад. Но сейчас он спал. Селин видела, как пульсируют артерии на его шее. Чувствовала его дыхание. А еще - жуткую ненависть к такому красивому лицу. К почти ангелу. Ее передернуло.

Казалось, что взгляд Селин пылает в темноте...

Враг. Ненавистный враг лежит без движения. Беспомощный. Не способный сопротивляться... Всего месяц назад Селин бы не сомневалась и позволила ярости убить его, однако сейчас кое-что заставляло сдерживаться.

Вдруг она еще услышит нотки его голоса в голосе врага? Сможет уловить свет синих глаз в темноте взгляда врага... Она была готова на все ради призрачной ускользающей надежды.

"Человек", - внезапно осознала Селин.

Она все еще человек... Слабый и сомневающийся раб, готовый следовать за иллюзией, лишь бы этот мираж давал ощущение тепла в настоящем. Космос принял ее новое сильное тело, но вот разум...

"Чего ты хочешь от меня, тварь?! Чего?!" - беззвучно завопила она, уставившись в глухой потолок и сжав кулаки. Где-то там, за стенами и переборками, чернел этот проклятый космос.

Безумная смесь эмоций переполняло ее, и Селин не выдержала. Она бессильно опустилась на пол, прислонившись спиной к саркофагу.

Совсем рядом находился друг. Враг. Спаситель. Убийца. Селин ненавидела и любила его. Это было невыносимо. Оставаться прежней уже не хватало сил. Космос изменил ее, но Селин не понимала в какую сторону - сила и слабость переплетались в слишком сложный узор.