Укротить Ураган
Шрифт:
В комнату молодые люди крались почти бесшумно. Судя по тишине и запертым дверям, домочадцы либо спали, либо готовились ко сну. И Ива беспрепятственно провела полубога в свои скромные апартаменты. Комната была не такой просторной, как хозяйская спальня в деревенском доме Вольных. И значительно уступала в размерах. Но молодых людей это не пугало.
Стоило дверям спальни Иветты закрыться на замок, как скромные мысли испарились, бесследно улетучились, оставив только фантазии о грядущей близости. У Иветты даже не возникало
— Совсем скоро мы поженимся, ты понимаешь это? — тихо шептал парень, помогая стягивать мешающую одежду.
Что-то в голосе, в хриплых нотках и прерывистом дыхании надломило Иву, прогнало все сомнения и страхи, оставив одно лишь осознание того, что она действительно станет женой своего любимого мужчины.
Тарас снимал одежду с Иветты, она дрожащими пальцами пыталась расстегнуть пуговицы на его рубашке. А из карих глаз скатилась одна маленькая слезинка, упала на тонкую ткань рубашки и оставила небольшой след.
Вольных замер. Не слез он ждал от своей любимой ведьмы, а улыбок и радости.
— Иви, не плачь, малышка, — тихо попросил Тарас, готовый пообещать ей все, лишь бы ее глазки вновь светились озорством, — Ну, хочешь, я пошлю бабулю, и мы сбежим на какой-нибудь остров? Буддийский монах нас обвенчает прямо на пляже. Босиком. На закате. Хочешь? Или в горы рванем? Я знаю одну церквушку на самой вершине горы. Тихо и спокойно зарегистрируем там брак. Только не плачь, родная.
— Дурак ты, принцесса, — всхлипнула Иветта, — Это я так радуюсь. Потому что ты — мое чудо.
Несколько долгих секунд Тарас смотрел в глаза своей ведьмы, смотрел и поглаживал влажные щеки, убирая слезы, наслаждаясь бархатистостью кожи, теплом, проникающим через кончики пальцев к самому сердцу.
— Будет трудно, Иви, — тихо шепнул Тарас, его голос звучал сбивчиво, но проникновенно, обволакивая и заставляя трепетать каждую клеточку девичьего тела, — Я трудный человек, Иви. Капризный и избалованный. Но я никогда тебя не предам. Никогда. Ты самое ценное, что есть у меня. И я никогда не смогу от тебя отказаться. Поняла?
Спазм перехватил горло, и Иветта только согласно кивнула. И Тарас уже не мог больше держать в узде все эмоции и страсть, разрывавшие его тело. Ему было плевать, что где-то за стеной спит Барин, что они в крохотной спаленке, что под рукой нет тумбочки со средствами контрацепции. Было плевать на все. Откровенно и глубоко. И именно поэтому, полубог, молча, усадил любимую ведьму поверх своего тела и показал, как сильно он ее любит. Боготворит. Как сильно скучал. И уже не отпустит. Пусть даже весь мир перевернется. Ну,
— Напомни, почему я должен согласиться? — рявкнул Василий Павлович, впечатывая кулак в ребра Вольных.
— Потому что мы теперь партнеры, — пыхтел Тарас, нанося ответный удар, такой же меткий и крепкий, как у Барина, — Потому что я теперь занимаюсь поставкой мебели на все твои объекты, а ты с дядь Пашей помогаешь мне разобраться с делами компании.
— Насрать! — рявкнул Барин и нанес очередной удар, — Не путай с бизнесом мою сестренку.
Тарас не удержал равновесия, впечатался в стену спиной и тихонько съехал на пол. Он был выше Барина, но не так широк в плечах. Да и чувствовалось, что Барычинский регулярно тренировался в этом самом спортзале, где парни устроили спарринг.
— Тогда назову главную причину, — улыбнулся Тарас и взглянул на противника капельку осоловевшим взглядом, — Я люблю Иву. Ты даешь «добро» или мы женимся без твоего согласия.
— Борзометр у тебя зашкаливает, — хмыкнул Барин, но подал руку Вольных, помогая тому подняться с пола, — Я еще поинтересуюсь, любит ли Ивка тебя.
— Любит, — сурово, поджав губы, прошипела Иветта.
Спарринг был честным, но ей хотелось вмешаться. Она знала слабые стороны Барина и, вполне возможно, могла бы победить его, ну, попыталась бы точно. Да и Васька бы поддался. А вот так, стоять и смотреть на то, как брат метелит ее парня — было тошно.
— Слышал? — довольно улыбнулся Тарас, стирая кровь с припухшей губы, — Да и, знаешь ли, незащищенный секс дает свои последствия. Не ровен час, и ты станешь дядей.
Слова Вольных окончательно взбесили Барина. И под тихое восклицание «Идиот!», донесшееся со стороны Иветты, Вася схватил парня за горло и прижал противника к стене.
— На ремни порежу! — рявкнул Барин, но Тарас словно был готов к такому выпаду будущего родственника. Ударив ребром ладони по запястью, Вольных тут же провел пару коротких ударов в корпус и в челюсть.
Василий Павлович с тихим матом стукнулся затылком о стену. И теперь уже настала очередь Тараса протягивать руку и помогать противнику подняться.
— Так каково твое решение? — широко улыбался Вольных.
Рукопожатие Барина было крепким, а где-то в глубине темного взгляда промелькнуло уважение.
— Мне, знаешь ли, трудно свыкнуться с мыслью об отношениях младшей сестренки, — честно признался Барычинский.
— Она сама еще не свыклась, — подмигнул Тарас своей девушке, которая, скрестив руки на груди, гневным взором буравила парочку побитых друг другом парней, — Но я работаю над этим. Днем и ночью.