Укротить хищника

Светлая Лана

— Тет Тань, что случилось? — я подскочила и бросилась к ней.

Сердце забилось просто с астрономической скоростью. Первая мысль: близнецы, что то с ними случилось.

— Ой, горе то какое! Светочка! Прям не вериться! Как же так?!

— Тет Тань, ну говорите уже! Что случилось?

— А-а-а… Светочка… Мама твоя умерла…

Глава 2

Звук закрывающейся за мной двери прозвучал для меня почти что музыкой.

Сколько грёбаных лет я мечтал

именно об этом моменте. Моменте, когда я буду стоять за пределами территории тюрьмы и вдыхать во всю силу легких этот сладкий запах свободы. Кто-то может и скажет, что это всего лишь образное выражение чего-то несуществующего и нереального.

Но только не я. И не те люди и «нелюди», которые остались там, внутри. Сейчас я даже не мог точно сказать к какой из этих двух категорий себя отнести.

Десять лет проживания в аду выбили из меня всю дурь, связанную с такими понятиями как человечность, доверие и любовь. Теперь я собирался жить по принципу хищника, агрессивного и безжалостного. Готового разодрать глотку любому. А особенно тому, кого он посчитает своим врагом или добычей. У меня уже были на примете двое, которых я определил в категорию врагов.

Сегодня отсюда выходил человек, который отличался от входящего как небо и земля. Тут ломали всех! Жестоко и безжалостно! А особенно тех, кто был самоуверенный и наглым. Таких, каким я был, кажется целую вечность назад.

— Ну и как дышится на свободе? — услышал я голос откуда то сбоку.

Я обернулся в сторону говорившего. В пяти метрах от меня стоял пожилой, худой мужчина. Старый друг моего отца, а также мой адвокат.

— Петрович, вы прям экстрасенс какой-то. Я ведь только что думал именно на эту тему.

Он не спеша подошел ко мне. Внимательно просканировав моё лицо, обнял за плечи. И заключив в объятия, похлопал по спине.

— Суровые мужские объятия? — заулыбался я.

— Не дерзи мне щенок. А то ведь не посмотрю, что крестник и выпорю старым добрым ремнем.

Он отстранил меня от себя, положив руки на плечи. В его глазах блестели слезы, которые он и не пытался скрыть.

— Ты как Бандит? — именно это детское прозвище, которым называли меня в детстве отец и Петрович, заставило улыбку сползти.

— Нормально я. Лучше не бывает. И давайте уже завязывайте с такого рода вопросами Петрович. А то я нервничать начинаю. А когда я нервничаю, кто-нибудь пострадать может.

Он отвел взгляд и засуетился:

— Ладно, поехали. Отвезу тебя к Виктору. Он тебе торжественный приём готовит.

— Это в виде бухла и девочек?

— В точку. А я завтра ближе к вечеру подъеду, раньше ведь не очухаетесь. И поговорим спокойно.

— Есть о чём говорить?

— Есть Сергей. Даже смогу предложить несколько вариантов.

Глава 3

Я проводила тетю Таню до ворот. Она уходила с поминок последняя.

— Свет, точно не надо помочь с посудой?

— Нет,

спасибо. Я сама всё уберу.

— Ну, смотри… Ты держись давай. Глядишь, теперь может и в город переберешься. Что тебе тут теперь делать? А там и работу найдешь по специальности. Да глядишь и замуж выйдешь.

— Я подумаю, тет Тань.

Я зашла в дом, на автомате переносила грязную посуду на кухню и перемыла её.

Мыслями прокручивая весь сегодняшний день, но как то вяло и уже безэмоционально. Видимо сказывалось действие пустырника, которым напоили меня соседки перед поездкой на кладбище.

Похороны прошли для меня как будто в тумане, поминки дома тоже. Я половины событий не помнила с того момента как мне сказали о смерти мамы. Спасибо соседям, которые всё время находились со мной, поили какими то лекарствами (видимо успокоительными) и помогли с похоронами. Я даже не могла представить себе как бы я справилась со всем одна.

В десять часов вечера раздался стук в дверь и зашел мой сосед через забор, дядя Вова. А ещё он приходился дедом моих любимых мальчиков близнецов Ваньки и Леши.

Он появился в нашей деревне два года назад с близнецами, которым на то момент было четыре года. Купил пустующий рядом дом. С соседями он практически не общался и ни с кем дружбы не водил. На все вопросы был один ответ: родители близнецов погибли, а он единственный живой их родственник, приходится им родным дедом.

Каких только слухов не было про соседа в первое время. И что якобы он родом из этой деревни. И что он украл пацанов и теперь тут прячется. Каждый выдвигал свою версию и каждая была всё невероятней.

К нему даже приходил участковый, а после визита сказал всем интересующимся, что документы все в порядке и дядя Вова является их официальным опекуном. Разговоры после этого поутихли.

У нас с ними был общий забор и дверца в нем, через которую однажды и проникли на мой участок близнецы. Не влюбиться в этих ангелочков было просто невозможно. Сейчас же это были два дьяволенка, за которыми мы с дядей Вовой пытались уследить.

Первое время дядя Вова пытался отвадить их от меня, так же как и остальных. Со временем понял, что это бесполезно. Да и видимо сыграло роль то, что он видел как сильно мы с ними привязались друг к другу. И с тех пор он стал постепенно впускать меня в свою жизнь.

На похоронах его с мальчиками не было, так как они уехали неделю назад в город к кому то в гости и видимо только сегодня вечером вернулись.

Дядя Вова молча дошел до меня и обнял, прижимая голову к своей груди. Плакать сил уже просто не было, и я закрыв глаза стояла, принимая его отеческую заботу.

— Дядь Вов, а близнецы…

— Спят пацаны уже. Проверил что уснули крепко и пришел. Ты как дочка? — он гладил меня по голове словно маленького ребенка. — Ты поплачь если надо.

— Я уже сегодня наплакалась. Надо же и назавтра что-нибудь оставить — попыталась пошутить, отстраняясь.